Александр Филимонов - По воле твоей. Всеволод Большое Гнездо
- Название:По воле твоей. Всеволод Большое Гнездо
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АРМАДА
- Год:1996
- ISBN:5-7632-0216-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александр Филимонов - По воле твоей. Всеволод Большое Гнездо краткое содержание
О жизни и деятельности великого князя владимирского Всеволода Юрьевича Большое Гнездо рассказывает роман писателя-историка Александра Филимонова
По воле твоей. Всеволод Большое Гнездо - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
А потом Юрята привел к Всеволоду Немого — похвастаться необычайным искусством, с каким тот владел мечом. И, видимо почувствовав, что Немой пришелся государю по сердцу, предложил заплатить за него закупной долг огнищанину [33] Огнищанин — крестьянин; землепашец.
, включить в дружину и назначить личным телохранителем. Всеволод достаточно видел таких у других князей, заведенных ими по византийскому обычаю; те телохранители смешили его своей спесью, происходившей от безделья и близости к господину. Немой обещал стать не таким. Свое освобождение из закупов и назначение на столь ответственную должность считал великим счастьем, перед которым меркли все страдания, выпавшие на его долю. Это видно было по глазам, а Всеволод очень доверял выражению глаз, веря, что словами можно обмануть, а взглядом — нет, по крайней мере его, великого князя.
Немой словно всю жизнь тут и был, рядом со Всеволодом, — неутомимый, безмолвный, понимающий все без лишних разговоров, удобный, как привычная одежда. Вроде бы и не совсем человек, потому и не страшно было его обидеть невзначай, да и обижать его было не за что. Ведь не заслуживают обиды верный конь и любимая собака.
После полудня впереди показались всадники, скакавшие навстречу полку. Это возвращался дозор. и, судя по торопливости этой скачки, с новостями. В дружине, если кто и разговаривал, — затихли, насторожились.
Скоро увидели, что у дозорных лица радостные. Великий князь остановился, слыша, как за спиной стихает шум конного. полка. Полк прекращал движение вслед за предводителем.
Не слезая с коня, осадив его, подъехал Ласко: во время похода дружинникам, как бы уравненным в воинских правах с великим князем, неписаный походный закон позволял не спешиваться в его присутствии. Ласко чаще других посылали в разведку, и по тому, как он первым хотел сообщить добытые сведения, ему это занятие нравилось. Ласко перевел коня на шаг и остановился.
— Дозволь сказать, княже, — обратился он к Всеволоду.
— Говори, — стараясь не выказать нетерпения, ответил великий князь.
— За тем вон лесом, — Ласко показал вдаль, — рать побитая лежит. Романа-князя войско.
— Романово, говоришь? — Всеволод даже привстал в стременах. — Как побитая? Сколько их?
— Видимо-невидимо, княже, — радостно сообщил Ласко. — Все поле устлано.
— Ты погоди радоваться, — оборвал его Всеволод. — Что же там, все мертвые, что ли? Живой-то есть кто?
— Немного живых, — сразу убрав с лица улыбку, ответил Ласко. — Только покалеченные. Говорят: по приказу князя Романа дружина тебе, княже, навстречу шла. А тут, говорят, наши из лесу на них и налетели. Всех побили и дальше двинули, на Рязань.
— А князь Роман?
— Князь Роман, говорят, в Рязани, с малым войском. Повезло, говорят, вам, владимирцы, что нашего князя с нами не было. Мы бы, говорят, при нем не растерялись бы. Это там один говорил. Сидит, ругается, а у самого печенка горлом идет. Прямо при нас и помер.
— Помер, значит?
— Помер, княже. Изошел весь, — ответил Ласко, при этом рукой коснувшись, как бы невзначай, рукоятки меча, будто нарочно давая понять, что рязанский дружинник умер не без его помощи.
Всеволод глянул на остальных разведчиков и по их лицам понял, что Ласко действительно зарубил раненого.
— Ладно, охотник. Теперь запомню тебя, — сказал великий князь и, предоставляя самому Ласко догадываться — добром или злом помянет ему когда-нибудь сделанное нынче, приказал: — Вперед!
Уже стали попадаться свидетельства разыгравшейся невдалеке битвы. Вот выбежали на опушку леса кони без всадников и встали, не решаясь ни приблизиться к войску, ни броситься обратно в лес. Кто казался им страшнее — лесные лютые звери или люди с оружием? Вот неясно темнеющее в траве пятно оказалось убитым воином, лежавшим вниз лицом, след на примятой траве говорил о том, что он долго полз, пока не обессилел и не помер. Куда хотел доползти, чего искал — никто теперь не узнает.
Вот оно, место сражения. Теперь уже можно было видеть, что произошло здесь, на открывшемся глазу широком поле. Беспечная Романова дружина двигалась вдоль Оки, когда полк Юряты кинулся из прилегающей дубравы, словно из засады. Сеча была жестокая и скорая, у рязанцев не оказалось даже достаточно телег, чтобы укрыться за ними и построиться для отпора. Мертвые тела валялись всюду, как брошенные куклы, которыми войне надоело играть. Теперь она, наверное, отправилась на поиски других кукол — устлать ими еще одно поле и опять искать новых.
Судя по всему, побоище было недавно — утром этого дня. Воронье еще только начинало слетаться на свой пир, кружило над полем, не осмеливалось садиться. Кровь на мертвых телах и на траве еще не почернела, и изредка слышался стон умирающего. Оружие валялось на земле, латы с полегших не были содраны. Это значило, что, управившись с рязанцами, Юрята не теряя времени двинулся на Рязань.
Всеволод отметил это про себя, подивившись тому, как властно Юрята распорядился своим войском. Разбить без потерь такой большой отряд и не позволить дружинникам отвлечься на сбор военной добычи, заставив их, еще разгоряченных боем, без отдыха двигаться дальше, может даже перевязывая раны на ходу — это подтверждало правильность решения: не зря он наделил Юряту воинской властью. Всеволод помнил, как не послушалась его самого дружина при осаде Торжка. С тех пор он особо требовал от своих воевод умения повелевать войском — чтоб беспрекословно слушалось. И Ратишич и Юрята были надежными, умелыми воеводами.
Дружины, посланной князем Романом, больше не существовало. Кто уже нынче станет пищей воронья и лесных хищников, кого Ока унесла вдаль, а те немногие, которым, может, удалось спастись, уже не представляют угрозы. Рязань беззащитна.
И опять перед великим князем предстают сотни и сотни мертвых русских лиц — перекошенных яростью, разрубленных, навсегда удивившихся тому, как быстро настал конец жизни. А если бы не глупость и подлость князя Романа — были бы живы и сейчас, смеялись, разговаривали бы друг с другом. Едва ли не впервые Всеволод, оглядывая устланное трупами пространство, ощутил нечто вроде досады — досады рачительного хозяина на убыток, понесенный хозяйством, как если бы сгорели от нерадивости слуг кладовые или мор свалил стадо, которое могло принести немалый доход. Пропадало имущество. Поэтому Всеволод велел Ратишичу выделить людей — только для того, чтобы собрать оружие, ободрать доспехи, отловить коней.
— Хоронить не надо, — жестко сказал он. — Пусть их Рязань хоронит.
Приказав это, он увидел, что Ратишичу понравилось приказание. Воевода был доволен, что великий князь не тратит лишних слов над поверженным противником, не сокрушается больше о загубленных душах единоплеменников, но заботится о благе своей дружины.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: