Гордон Оллред - Камикадзе. Эскадрильи летчиков-смертников
- Название:Камикадзе. Эскадрильи летчиков-смертников
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент «Центрполиграф»a8b439f2-3900-11e0-8c7e-ec5afce481d9
- Год:2004
- Город:Москва
- ISBN:5-9524-1469-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Гордон Оллред - Камикадзе. Эскадрильи летчиков-смертников краткое содержание
Эта повесть, написанная живым и образным языком, – история жизни молодого японского летчика Ясуо Кувахары. Пройдя в пятнадцать лет обучение в летной школе, где готовили камикадзе, он стал лучшим в своем подразделении. С 1944-го по 1945-й Кувахара служил в эскадрилье смертников, созданной для уничтожения кораблей военно-морских сил США, и стал свидетелем того, как его товарищи один за другим отправлялись на верную гибель. Только благодаря случайности Кувахара остался в живых.
Камикадзе. Эскадрильи летчиков-смертников - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Шестеро ребят убежали. Они перебрались через колючую проволоку, но вскоре их поймали. Один, правда, продержался на свободе несколько дней, скрываясь в горах и таская по ночам с полей овощи. Но и этого беднягу в конце концов задержали дружинники неподалеку от его дома в Хонго. Для того чтобы убедиться, действительно ли парень был тем самым дезертиром, стражи порядка привели его домой. Какой позор!
– Нам очень жаль, – сказали дружинники, – но этот парень предал свою страну, и нам ничего не остается, кроме как вернуть его в Хиро.
И беглеца увели в наручниках.
Стандартная практика в армиях всех стран мира – дезертиров отдавали под трибунал, и их судьба целиком и полностью зависела от милосердия строгого военного суда. Частенько до нас доходили слухи, что арестованных в тюрьме пытали до смерти, невзирая на мольбы о пощаде. Власти в тюрьмах придумывали различные причины смерти людей в таких случаях, и их редко кто проверял.
Многих пойманных дезертиров подвешивали за руки к потолку, к ногам привязывали тяжелые металлические грузы, а затем били по обнаженной спине ремнями.
Для всех нас время ползло медленно, как червяк, но те из нас, кто не сломался окончательно в суровых испытаниях, постепенно крепли духом и телом. Кое-как мы прошли через жернова мельницы второго месяца подготовки. Две трети срока были позади.
«Ты выдержал целых два месяца, – говорил я себе, – значит, ты выдержишь еще один!»
За проведенные в Хиро недели я заметно подрос и испытывал мрачное удовлетворение от того, что мог выносить трудности, как настоящий мужчина. Даже лучше, чем большинство курсантов. В гимнастике и беге я был одним из первых, продолжал превосходить многих в полетах на планере и в других занятиях. Я никогда не рассказывал о своем чемпионском звании, но ребята узнали про него. И это, думаю, повысило мой авторитет.
Мои перспективы становились все радужнее, когда одно потрясение деморализовало меня на несколько дней.
– Однажды вечером я почистил сапоги и отправился в уборную. Когда я подошел к двери, новобранец сказал, что она заперта. – Засор, наверное, – проговорил он и ушел.
Но мне нужно было туда позарез, и я, подождав минуту, дернул за ручку.
– Есть там кто-нибудь?
Я подумал, что Змей нарочно запер уборную снаружи, чтобы лишний раз насолить нам. Он был вполне способен на такое.
Замок в двери был хлипкий, а нужда моя росла с каждой минутой. Оглянувшись по сторонам, я отскочил на одной ноге назад и ударил тяжелым каблуком в дверь. Замок скрипнул, дверь содрогнулась. Я опять огляделся и ударил по замку с большей решительностью. На этот раз он сдался, и дверь распахнулась.
Пока меня никто не увидел, я торопливо вошел, не включив свет, и столкнулся с кем-то… или с чем-то.
– Что?.. Извините, – пробормотал я.
Никакого ответа. Какие-то неясные очертания виднелись в темноте. Попятившись к двери, я выкрикнул:
– В чем дело?
Кто-то был здесь. Я коснулся кого-то. Он не издал ни звука. Темнота, зловоние и тишина – все это смешалось и обрушилось на меня.
Я стал судорожно искать на стене выключатель… Лампа осветила безвольно висевшую на балке фигуру, еще качавшуюся после нашего столкновения.
Таким было мое первое знакомство со смертью. Это был Миягама, парень, с которым я много раз разговаривал… почти всегда бледный и изможденный. Миягама! Именно его в день посещения родственников ударил сержант.
Взад-вперед, взад-вперед. Он продолжал покачиваться. Я в ужасе смотрел на него и простоял так, словно во сне, всего несколько секунд, но мне показалось, будто прошло очень много времени до того, как меня охватила паника. Я вдруг подумал, что в этой серой плоти все еще могла теплиться жизнь, и испугался. Последние капли ее могли вытечь, пока я беспомощно глазел на висевшее тело. Я бросился к нему, затем развернулся и влетел в одну из комнат.
– Быстро! Дай мне штык! – крикнул я испуганному новобранцу.
– Штык? А что это? – Он уставился на меня, глупо моргая.
Схватив с полки штык, я заорал:
– В уборной человек… мертвый! Повесился!
Новобранец медленно встал с таким лицом, словно только что откусил червивое яблоко.
– Пошли! – приказал я. – Помоги мне, Господи!
Парень молча отправился за мной. На мгновение мне показалось, что он решил, будто я спятил.
Но потом парень увидел Миягаму. Я держал безвольное тело и опустил его на пол, когда новобранец перерезал веревку. Я начал лихорадочно делать искусственное дыхание. Не знаю, сколько прошло времени – пять минут или двадцать. Я остановился, только когда услышал голос:
– Ты напрасно тратишь время, Кувахара. Он мертв.
Это был Змей. Еще дюжина людей собралась вокруг нас.
Едва слышно кто-то произнес:
– Во всяком случае, он сейчас уже счастлив.
Новость распространилась очень быстро, а на следующий день нашли предсмертное письмо несчастного. Он просил прощения у своей семьи за то, что обесчестил своих родных, и за то, чтоумер раньше их, раньше своего часа. Его последние слова звучали так: «Жду вас на небесах».
Это был настоящий кризис для большинства ребят из нашего взвода. Сейчас настало время, когда выжить мог только самый подготовленный. Самоубийство Миягамы произвело ужасный психологический эффект. Мой собственный луч надежды и силы покинули меня. Какой смысл в том, чтобы становиться все сильнее? После базовой подготовки будут новые наказания. Все больше и больше. А что потом? Потом я умру за императора, который даже не узнает об этом, который никогда даже не слышал моего имени.
Мои представления о героизме стали рушиться. Вместо этого появилось лицо Миягамы – качающееся… постоянно качающееся. Перед моими глазами стали возникать картины – Миягаму бьют на глазах у его семьи, все родственники вспыхивают от смущения. И всегда после этого я видел уборную и тело. После отбоя я крепко зажмуривал глаза, чтобы отогнать видение, которое обязательно должно было прийти. Но как я ни старался, всегда возникала картина уборной и висящий там Миягама.
Раскачивался! Он всегда раскачивался! Вцепившись в свою подушку, я крепко сжимал веки, только чтобы не выпускать это видение.
Ежедневные наказания постоянно ужесточались, но я больше боялся ночей с Миягамой, чем дней с сержантами. Несколько раз я вскрикивал во сне, вскакивал на кровати, в ужасе вглядываясь в темноту. Каждый раз по моему телу катился пот. Я вытирал его полотенцем.
Наконец фигура Миягамы начала тускнеть, но только потому, что еще несколько человек решили последовать за ним. Следующим ушел Ватанабэ – тоже парень из моей казармы. Затем еще двое из тех, кто приехал в Хиро чуть раньше нас. А потом покончил с собой курсант, появившийся на базе уже после нас. Кто-то воспользовался веревками, кто-то штыками, а один выбросился из окна. За время моей базовой подготовки в Хиро произошло девять случаев самоубийств.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: