Семен Бытовой - Багульник
- Название:Багульник
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Семен Бытовой - Багульник краткое содержание
Багульник - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
- Бог даст, будет!
- На него-то и вся надежда, - в тон ответил Щеглов. - Как бы не пришлось тебе, Петр Савватеевич, к бывшему шаману Никандру съездить, привезти его на Бидями и попросить покамлать... - На лице его, исхудавшем от болезни, заросшем щетиной, появилась улыбка. - В старину наши орочи так и делали!
- Ради хорошего дождя стоит и съездить, - слегка засмеялся Костиков и, перехватив иронический взгляд Щеглова, добавил прежним шутливым тоном: - Если бы только знать, что это поможет делу...
- Ладно, Савватеич, шутки в сторону! Что у тебя еще?
- Был на приеме у меня начальник изыскательской партии, показывал схему своих маршрутов.
- Интересно, что они там наметили?
Костиков полистал блокнот, нашел страничку со схемой.
- Значит, вот какая картина, Сергей Терентьевич. В нашем Агуре, как тебе уже известно, предполагается узловая станция. От нее одна ветка пойдет в Мая-Дату, другая к Дубовой роще, где будем закладывать новый леспромхоз.
- А на Кегуй?
- На Кегуй в схеме пока ничего не обозначено.
- Почему?
- Из-за горного перевала. У изыскателей еще нет твердого мнения: прорубать ли тоннель или прокладывать линию в обход горного хребта. В будущем году пошлют по этому маршруту специальную партию. Поскольку работа изыскателей рассчитана на несколько лет, начальник предполагает устроить в Агуре центральную базу снабжения, Просил нашего содействия.
- Непременно окажем им всяческую помощь, - произнес Щеглов.
- Я так и сказал ему.
В палату вошла Ольга.
- Не помешаю?
- Нет, - сказал Костиков, вставая.
- Сидите-сидите, Петр Савватеевич, я на минуту.
Костиков спросил:
- Долго будете держать у себя первого секретаря?
- Разве это имеет значение? - с улыбкой сказала она. - Руководство идет из больничной палаты...
- Неотложные дела, Ольга Игнатьевна, - виновато заметил Щеглов.
Она присела к нему на койку, взяла у него руку и, поглядывая на часы, стала считать удары пульса.
- Пять с плюсом! - сказала она. - А за поведение три с минусом.
- Вот уж не ожидал, - засмеялся Щеглов. - Лежу тише воды ниже травы, и вдруг три с минусом...
Она обратилась к Костикову:
- Продолжайте, Петр Савватеевич.
- Значит, со схемой все ясно?
Щеглов утвердительно закивал головой.
- Карп Поликарпович прямо грудью идет на нас, Сергей Терентьевич, требует, чтобы отдали ему главного инженера из Кегуйского леспромхоза. Похоже на то, что они между собой договорились, теперь слово за нами.
- Спешить не будем, - заявил Щеглов. - После смерти Бурова там и директора нет. Заберем главного инженера - вовсе оголим хозяйство, они и так плана лесозаготовок не выполняют. Выйду из больницы, буду звонить в трест, пришлют Карпу главного инженера.
Неожиданно для Ольги Костиков, не будучи, видимо, посвящен в ее жизнь, спросил:
- А ваш супруг, Ольга Игнатьевна, не собирается обратно в Агур?
Ольга почувствовала, как у нее вспыхнуло лицо.
- Юрий Савельевич Полозов мне уже не супруг и в Агур не вернется, сказала она твердо, поглядывая то на Костикова, то на Щеглова, и уже более мягко, с деланной улыбкой прибавила: - Я, Петр Савватеевич, теперь вдова... соломенная, как принято в таких случаях говорить.
Костиков почувствовал себя неловко, засунул свои длинные пальцы под стекла очков и поспешно стал протирать их. А Щеглов, откинув голову на подушку и вытянув вдоль одеяла руки, молчал: он-то все знал со слов Кати, которой Ольга доверительно рассказала о своей единственной и, вероятно, последней встрече с Юрием в Ленинграде.
- Наверно, я больше вам не нужен, Сергей Терентьевич? - спросил Костиков.
- На сегодня, пожалуй, хватит, - и спросил Ольгу: - Надеюсь, доктор, дней через десять отпустите меня? А то ведь слишком залеживаться мне нельзя.
- Через десять возможно...
...Зная, как Щеглов томится в одиночестве, Ольга частенько по вечерам заходила к нему в палату. Однажды он попросил ее посидеть подольше и рассказать, как проходила в Ленинграде защита. Выслушав ее, стал жаловаться на Катю:
- Никак не сладить мне с дочкой. Очень хочется, чтобы девчонка в люди вышла, выучилась на врача. А она, знаете, ни в какую: "Не поеду я никуда! Не оставлю тебя одного!" Так и не поехала. Хорошо, что для северян на подготовительный курс открыли еще и зимний прием в январе. Может, нынче уговорим ее поехать... Присоветуйте ей, Ольга Игнатьевна, Катя очень слушает вас, вы для нее главный авторитет.
- Непременно, Сергей Терентьевич, посоветую, да и доктор Берестов тоже...
- Пожалуйста, не сочтите за труд...
- Да что вы, господь с вами, какой же это труд? У Кати несомненная склонность к медицине, за время работы в больнице она приобрела кое-какие навыки, дважды помогала доктору Берестову оперировать.
- Знаю, она говорила, - и перевел разговор: - Так вы меня через недельку выпишете? Когда вы сказали через десять, я стал дни считать. Три прошло, осталось семь...
Ольга засмеялась.
- Ключица ваша меня не тревожит, а вот ушиб груди...
- Так ведь боли уже не чувствую!
- У вас, Сергей Терентьевич, из горла шла кровь...
- Неужели шла?
- Немного, правда, но шла.
- Отчего бы это? - испуганно спросил он.
- Ударившись о корягу, сильно ушибли грудь, но пусть это вас не волнует, пройдет.
Он поймал ее на слове:
- Значит, еще не прошло, раз "пройдет"?
Чтобы успокоить его, Ольга сказала обнадеживающе:
- Двадцать первого выпишу, ровно через семь дней! Спокойной вам ночи!
Как ни старался, он долго не мог заснуть. Разговор о дочери невольно вернул его к последним дням Людмилы Афанасьевны, как она в больнице просила Катю: "Слушайся отца, доченька, не оставляй его, смотри за ним..." И Катя, прижавшись заплаканной щекой к ее руке, говорила: "Не уходи, мама, не покидай нас с папкой Щегловым..." И Сергей Терентьевич, все это время как-то державшийся, почувствовал, как у него перехватывает дыхание.
После смерти жены, погруженный, как всегда, в свои неотложные дела, он не так остро чувствовал свою боль. Теперь, в больничной палате, в одиночестве, Щеглов все чаще вспоминал свою Людмилу, и ему почему-то казалось, что он, возможно, где-то недоглядел... Когда они еще жили в Турнине и доктор Окунев, к которому однажды обратилась Людмила, после, с глазу на глаз, высказал ему свои подозрения и советовал везти ее в областную больницу, он, Щеглов, не проявил настойчивости. Но что он мог поделать, когда жена решительно отказалась ехать в город, сказала, что ей гораздо лучше.
Потом Сергей Терентьевич подумал: не слишком ли он строг к дочери? Ведь когда она уедет и он останется один, без родной души, в своем большом доме - ему действительно будет тяжко... В то же время сильно было желание устроить Катину судьбу, довести ее до цели, чтобы она выучилась на врача.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: