Гусейн Гусейнов - Солнечный огонь

- Я так и знал, что "теневой" бизнес играл во всех этих событиях большую роль...

- Да, и об этом я пишу в своей новой работе "Откровения "комиссара", разоблачая весь тот тенденциозный бред, который Зорий Балаян выдал под видом книжонки "Между адом и раем", изданной, кстати, в Москве и представленной там же с большой помпой весьма знакомыми и зловещими персонажами, у которых руки по локоть в крови невинных жертв... Балаян, не стесняясь, пишет в своем опусе, как им помогали все эти нуйкины, оскоцкие, старовойтовы, боннэры, московская и зарубежные общины армян... В Москве особую роль играл так называемый Центр русско-армянских инициатив, вовглавляемый неким А.Вартаняном, президентом фирмы "Империал", хозяином нескольких ресторанов, в том числе и известного в столице "Серебряного Века"... Целую колонну "Нив" Вартанян приобрел для карабахских сепаратистов... Кстати, он не раз выступал в московской прессе, в частности в "Независимой газете" и в "Литературке", со статьями, где живописал для русского читателя мрачные картины перспективы сотрудничества России с Азербайджаном. Мол, азербайджанская "нефтяная дипломатия" затянет Россию в опасный стратегический омут... Вы же понимаете цену и искренность этой "заботы"? Кстати, находясь в Карабахе, я впервые основательно задумался над проблемой спюрка, над вопросом о том, что же собою представляет эта сеть национально-религиозных общин. Тема эта непростая, но и в ней тоже спрятан один из ключей к причинам армяно-азербайджанского конфликта. А знаете ли вы факт, что когда в 1923 году в Нагорном Карабахе был проведен референдум по вопросу статуса автономии, то большинство его населения, в том числе и армянского, поддержало этот акт? Людям уже тогда ясно было, что пребывание области в составе Азербайджана сулит большие экономические выгоды и перспективы. А вот когда в СССР развился и укрепился "теневой" сектор, который в Армении получил огромный размах, то и в Карабахе пошло активное сращивание внегосударственных и полугосударственных хозяйственных образований, носивших криминальный характер. В результате чего там появилась целая прослойка людей, благополучие которых напрямую зависело именно от взаимодействия с теневыми хозяйственными объектами Армении. Иными словами, многонациональная область превращалась в пространство, где начала доминировать еще одна армянская община. А общинная психология - страшная вещь! Можно по-разному относиться к Марксу, но то, как он, в частности, охарактеризовал жизнь человека в общине - поражает своей точностью. Он писал, что жизнь в общине это "пребывание в порах общества". Здорово сказано! Не в обществе, а именно в порах, то есть в его пустотах. И вот - спюрк: живет, скажем, человек в стране N и знает, что его предки являлись выходцами из страны М. Спрашивается, что является его родиной: N или М? Для нормального человека, то есть не общинника, его родина, конечно же, N, то есть место, где он родился, и, быть может, родился его отец. Однако, если этот некто - общинник и воспитан в нравах и обычаях этой общины, то родиной своей он, оказывается, должен считать страну М, откуда родом его далекие предки. Следуя этой логике, Пушкин должен был считать себя эфиопом, поскольку его прадед Ибрагим Ганнибал происходил из этого уголка Африки, а, например, Лермонтов шотландцем, ибо его далекий предок родом из Шотландии...

А что такое сеть общин с точки зрения финансового рынка? Это своеобразный холдинг, или, если угодно, консорциум, а каждая отдельная община - финансовая структура, оформленная наподобие акционерного общества. В сети, как в холдинге, каждая община формально самостоятельна, но контрольный пакет принадлежит холдингу в целом, то есть общему совету председателей или совету директоров этих общин. Руководство из единого центра при наличии оперативной связи между общинами позволяет холдингу в нужный момент направлять все средства сети в нужное место, в соблазнительную часть мирового рынка, и тем самым спекулировать валютой и скупать акции и прочие ценные бумаги или, наоборот, сбрасывать их, и на всем этом иметь огромные барыши.

Человек, воспитанный в общине, никогда не станет полноправным членом гражданского общества. Не стали таковыми и общинники, переехавшие в Армению. У них ведь совершенно иной опыт - опыт обитателей "пор общества", социальных кротов. Зато они принялись насаждать в ней те нравы и представления, которые впитали в себя под воздействием своих дашнакствующих духовных пастырей. Загоняя самих себя в "поры общества", в стесненные обстоятельства и замкнутые пространства, общинники всегда злы, ехидны, саркастичны по отношению ко всему, что не вмещается в общинные представления, что шире их ограниченного мирка. А цели всегда одни и те же: утвердить в обществе мировоззрение общинника, разрушить все государственное, общенародное... Эту разрушительную функцию в сфере идеологии в Армении взяли на себя партии и организации, воспитанные в сети зарубежных армянских общин, например, Дашнакцутюн, Рамкавар и прочие, с ними схожие. Они окончательно развратили Армению, развратили духовно, насадив среди ее населения идеологию национального чванства и национальной нетерпимости.

В конце концов республика и превратилась в то, что она сегодня собой представляет, когда ею де-факто правят общинники из Карабаха... Как писали в "Комсомольской правде", "армянские пенсионеры могут себе позволить менее половины хлебного пайка узников сталинских лагерей". А председатель Союза писателей Армении Давоян признался в "Литературной газете": "Мы все еще экономически, морально катимся вниз". Уж куда как красноречивее!..

- Но зато они имеют до зубов вооруженную армию, - вставляю я.

- О! Это особая история... - вздыхает Роберт. - В конце 80-х - начале 90-х годов в Армении денег было еще меньше, чем у Азербайджана. Как же они вооружились? На рубли купить было уже ничего невозможно, но в долларах исчислялся армянский зарубежный капитал. Он-то и взял карабахскую авантюру на свое валютное обеспечение, что и предопределило изменение ситуации на карабахском фронте. Помимо этого, Армения завязала тесные связи с теми службами Российской армии, которые ведали реализацией военной техники, и, прежде всего, с Управлением торговли Минобороны России, где сидел генерал Ка-ракозов. Эти связи позволили удешевить приобретение вооружения, поскольку оказалось возможным перейти от заключения официальных договоров к тайным сделкам, оплачиваемым взятками. В свое время Государственная Дума России даже ставила вопрос о привлечении Каракозова к ответственности и лишения его генеральского звания, но, говорят, "рыночные демократы" его отстояли...

- Похоже, вы во многом разгадали тайну карабахской трагедии, - замечаю я.