Николай Вагнер - Преодоление
- Название:Преодоление
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Пермское книжное издательство
- Год:1980
- Город:Пермь
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Николай Вагнер - Преодоление краткое содержание
Жизнь и творчество Николая Николаевича Вагнера тесно связаны с городом на Каме — Пермью. Здесь он родился, учился, здесь в молодости работал на моторостроительном заводе, стал журналистом.
Первая книжка Н. Вагнера — повесть «Не той дорогой» — вышла в 1955 году. В последующее время он создает романы «Счастье рядом», «Преодоление», «Ночные смены», документальную повесть «За высотою высота».
Работал писатель и над созданием документальных книг из истории промышленных предприятий Перми, Березников, Соликамска, Кунгура, Чусового.
Его романы посвящены созидательному труду советских людей.
Герои романа «Преодоление» — гидростроители. В романе делается попытка проследить, как разительные перемены, вызванные масштабной стройкой, влияют на людей — творцов новой жизни.
Преодоление - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— От кого привет-то? — усмехнулась Катя. — Леночка для вас, между прочим, Елена Андреевна…
Катя съежилась от холода, втянула голову в плечи и побежала к подъезду, хлопая тапками на босых ногах.
— Как говорится, — сказал Норин, обращаясь к Василию, — от ворот поворот. Ну, ничего, ими в Речном пруд пруди. Дойдем до реки и спать? Между прочим, с этой Леночкой надо познакомиться поближе. Я ее только раз видел, да и то на сцене.
— Она поет?
— Нет — гимнастка. Чуть ли не чемпион. Лицом похуже Кати, но фигура!.. Знакомство с этими девчатами полезно со всех точек зрения.
— Полезно не полезно, — задумчиво проговорил Василий. — Чем ее измеришь, эту полезность? Вы, например, ощущаете себя полезным?
Норин молча сделал несколько шагов.
— Полезен ли я?.. Если говорить вообще — это демагогия. Оглянитесь вокруг — кто ждет от нас пользы? Конкретно? Никто. Никто вообще, но каждый — для себя.
— Странная философия.
— Странная? Ничего странного — для всех никогда не будешь хорош. Василий Иванович, не обижайтесь, но вы, по-моему, витаете в облаках. Это пройдет. Когда-нибудь поймете. Вы мне симпатичны, и я к вам — со всей искренностью.
— Я тоже, но у вас не тот прицел. Заблуждаетесь. Вот у вас-то действительно пройдет. Давайте-ка спустимся лучше к реке.
— Давайте. Жизнь, между прочим, такая штука, что если ее не возьмешь за горло, она тебя возьмет. — Норин спустился к самой воде, широко расставил ноги, потянулся. Так же не торопясь, он поднял камень и запустил его в темноту. Глухо хлюпнула вода. — Вон там мой Разъезд. Километров двадцать отсюда. Между прочим, по вашей теории я до конца лет своих просидел бы на этом Разъезде.
— Вас переводят?
— Надо, чтобы перевели. Есть все шансы. И, вообще, почему кто-то должен жить в хорошем городе или даже в столице, а мы на какой-то периферии? — Норин неестественно рассмеялся. — Дорогой Василий Иванович, человек должен ставить перед собой цель и добиваться ее. Прозябать не люблю.
Норин снова нагнулся, подобрал камень побольше и лихо швырнул его в реку.
— Идемте! Завтра надо проворачивать дела.
Глава четвертая
ВСТРЕЧА
К трудовым будням управления Лена привыкла с первых дней. Все, что делалось тут, в конечном счете было связано со стройкой, с ее нуждами, а они вчерашней работнице были понятны и близки. Бесконечный поток сводок, просьб, требований, сообщений об исполнении приказов и распоряжений, телеграмм и писем на фирменных бланках предприятий-поставщиков стекался к Лене, а от нее шел к начальнику управления Груздеву.
Илья Петрович, как только Лена узнала его поближе, понравился ей добродушным ворчанием, хлопотливостью, смешинкой, которая светилась в глазах и слышалась в голосе. О чем бы ни говорил Илья Петрович, как строго ни спрашивал за непорядок, Лена всегда улавливала подбадривающее: «Не робей». И она не робела: дозванивалась до самых далеких участков стройки, перечитывала после машинки срочные бумаги, сновала по длинным коридорам управления и вызывала людей, которые нужны были Илье Петровичу.
«Прирожденный референт», — шутил он, и Лена знала, что это тоже было проявлением заботы, а не похвалой. Илья Петрович понимал, что настоящее место Лены совсем не здесь, за этим полированным письменным столом, а там, где шел бетон, ставились многотонные опоры, гудели газосварочные аппараты. Она была благодарна начальнику стройки за то, что он взял ее в управление, иначе пришлось бы ехать в деревню, как рекомендовали врачи, и жить там до самой зимы. Теперь — другое дело. Пусть она была не в бригаде, но зато каждый день могла и видеть, и чувствовать стройку, жить теми же заботами, которыми жили все, помогать людям.
Вскоре Лене стала ясной и простой, казалось бы, обыкновенная истина: всякая работа на стройке не только хороша, но и необходима, в том числе и управленческая. Без управленцев, без специалистов как бы взаимодействовали тысячи людей на неоглядной территории стройки, как бы они соблюдали точности проекта, согласовывали сопряжения и сроки? Вон как раскинулась она, стройка. Через открытое окно доносился скрежет кранов и экскаваторов, слышались сигналы машин, глухие удары парового молота. Основные бетонные сооружения спускались широкими амфитеатрами к голубевшей полоске реки. С горы ползли самосвалы с замесами бетона, а навстречу им пробирались машины, уже разгрузившиеся на лесах стройки.
Лена отошла от окна, сняла с валика машинки отпечатанное письмо, вложила его в папку. Рабочий день закончился. Она могла уйти домой еще час назад, но не вернулся Груздев. Вдруг она понадобится? Ведь бывало же, что Илья Петрович врывался под вечер в приемную и, тяжело дыша, просил «отбарабанить» срочную телеграмму или вызвать Москву или звонил в управление с какого-нибудь участка, передавал распоряжения для диспетчера и главного инженера.
В коридоре послышались тяжелые шаги. Нет, это не Илья Петрович. И не исполняющий обязанности главного инженера Коростелев — тот лишнего не пересидит.
Вскоре Лена увидела коренастого белокурого мужчину. Он взглянул пристально круглыми карими глазами, и на лице его тотчас появилась улыбка. Она была располагающей, но и беззастенчивой; со стороны можно было подумать, будто бы этот человек давно знал Лену.
— Познакомимся! — сказал он и шагнул к столу. Рука Лены затерялась в огромной ладони. Лена попыталась высвободить руку, но вошедший не отпускал ее, стоял склонив голову и говорил: — Давно не бывал в управлении. А тут такие приятные перемены. Рад представиться: Петр Иванович Норин. Это имя вам мало о чем говорит, но все, что вы носите, все, что питает стройку, поступает непосредственно через мои базы. Это для вас! — Норин выпустил наконец руку Лены и положил на стол плитку шоколада.
— Как же это может быть для меня, если вы и не подозревали о моем существовании?
— Подозревал! — горячо заверил Норин. — Еще как подозревал! Даже имя ваше знаю. — И, переходя на дружеский тон, сказал: — Вы не обижайтесь. Просто не знал, когда придется поужинать. Вот и прихватил шоколадку — червячка заморить. Давайте по-братски! — Не развертывая плитки, он переломил ее пополам и протянул Лене: — Выбирайте любую.
— Спасибо, не хочется.
— Ну, этого не может быть!
Норин отломил кусочек, бросил его в рот и, улыбаясь, стал разглядывать Лену. На его розовых щеках появлялись ямочки и исчезали, глаза смотрели безотрывно, и Лене трудно было отвести от них свой взгляд.
— Это верно, что Груздев вернулся из Москвы?
— Да, он прилетел рано утром.
— А сегодня будет?
— Теперь уж вряд ли.
— Жаль. А как он завтра? С утра попаду?
— У вас — срочное дело?
— Чрезвычайно.
— А почему бы вам не пойти к заместителю? Вашими вопросами ведает он.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: