Иван Лазутин - Родник пробивает камни
- Название:Родник пробивает камни
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Профиздат
- Год:1981
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Иван Лазутин - Родник пробивает камни краткое содержание
В центре романа Ивана Лазутина «Родник пробивает камни» — рабочая династия Каретниковых, пять поколений которой связаны с Московским заводом имени Владимира Ильича. Автор рассказывает о судьбе молодой девушки Светланы Каретниковой, яркой, одаренной личности, не поступившей после окончания школы в театральный институт и пришедшей на завод, где работали ее отец и дед. В дружном рабочем коллективе формируется характер девушки, определяется ее четкая жизненная позиция.
Родник пробивает камни - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Увидите! Обязательно увидите. Сделаю все, чтобы выселить этого негодяя не только из вашей квартиры, но и из Москвы. — Последние слова Петр Егорович произнес уже тогда, когда лифт тронулся и понес его вниз.
День сегодняшний у него загружен до отказа. Нужно успеть в райисполком по депутатским делам, а вечером заглянуть к ребятам в общежитие.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Как и условились по телефону, они встретились в парке Сокольники, в летнем павильоне «Кафе-мороженое». Капитолина Алексеевна пришла на пять минут раньше назначенного времени и села за свободный столик, стоявший на отдалении под легкой, ажурной крышей павильона.
Она волновалась. Кораблинова она не видела около двадцати лет. Последний раз они встретились случайно в Малом театре, на премьере спектакля, поставленного другом Кораблинова Борисом Алмазовым.
Встретились во время антракта, когда после третьего звонка в фойе уже начали тушить свет и задержавшаяся в буфете публика торопилась занять свои места.
Как сквозь туман, вспомнила Капитолина Алексеевна Кораблинова, внезапно выросшего перед ней… От неожиданности и радости он развел руками и воскликнул: «Капелька!.. Ты ли это?!» — но тут же несколько растерялся, увидев поравнявшегося с Капитолиной Алексеевной высокого, представительного мужчину с множеством орденских планок и Звездой Героя Советского Союза на черном пиджаке. Он сразу узнал в нем своего старого соперника, генерала авиации, теперь мужа Капитолины Алексеевны.
Как-то скомканно, на ходу, она познакомила мужа с Кораблиновым, взаимно извинились, подгоняемые предупреждениями билетеров, что-то невразумительно промямлили о том, что хорошо бы встретиться специально, семьями… И разошлись в разные двери партера.
А когда кончился спектакль, то в суматохе гардероба Капитолина Алексеевна так и не увидела возвышающуюся над остальными голову Кораблинова. Решила, что он прошел за кулисы поздравить Алмазова и артистов… А там, глядишь, друзья задержались на традиционный премьерный банкет.
К столику подошел официант и положил перед Капитолиной Алексеевной меню.
— Вы одни?
— Нет, я жду товарища.
Кораблинов подошел к столику, за которым сидела Капитолина Алексеевна, с той стороны, откуда она его совсем не ожидала. Она даже вздрогнула и испугалась, когда кто-то, бесшумно подойдя сзади, закрыл ей ладонями глаза и крепко прижал к себе ее голову.
— Сережа! — вскрикнула Капитолина Алексеевна и с силой разомкнула большие кисти рук Кораблинова.
Встрече были рады оба. Первые минуты разговор не клеился, оба были под впечатлением перемен в облике каждого: оба постарели, на лицах у обоих залегли морщины, в волосах буйствовала седина…
— Время, Капелька, к тебе великодушно… Ты почти не изменилась.
— Если не считать, что подо мной трещат стулья, — попыталась пошутить Капитолина Алексеевна, вглядываясь в лицо Кораблинова. — А ты, Сергей, чем старше, тем становишься бронзовей. Даже ярче, чем в молодости. Тебя и седина красит.
Поудобнее усаживаясь в скрипучем плетеном кресле, Кораблинов вздохнул.
— Раньше все это нужно было бы замечать, Капелька. Не разглядела ты в свое время Сережку Кораблинова. Куда мне было тогда, оборванцу, тягаться с асом Лисагоровым… От одного шума в газетах могла голова пойти кругом.
— Не нужно об этом, — грустно сказала Капитолина Алексеевна и кивком головы подозвала официанта.
Подошел официант, и Кораблинов заказал мороженое «Ассорти», черный кофе и два бокала шампанского.
Незаметно переметнулись в разговоре на годы юности. Вспомнили старых друзей, одни из которых погибли на войне, Другие стали известными и знаменитыми, третьи как-то незаметно и бесследно исчезли из доля зрения…
Когда же Капитолина Алексеевна спросила о делах в кинематографе, Кораблинов поморщился.
— Не нужно, Капелька… Не сыпь соль на раны. Так, как работали когда-то Сергей Эйзенштейн, Пудовкин, братья Васильевы и Довженко, сейчас уж мало кто работает. Вал, план, план, вал…
— А как дела на театре? — спросила Капитолина Алексеевна.
— На театре сейчас свои трудности и свои сложности, которых не было двадцать лет назад.
— Какие? — спросила Капитолина Алексеевна, а сама подумала: не пора ли переходить к разговору о том, во имя чего она встретилась с Кораблиновым?
— Во-первых, не по дням, а по часам у театра на глазах растет богатырь-соперник по имени… Не Илья Муромец, а телевидение.
— А во-вторых?
— А во-вторых, если двадцать лет назад на «Мосфильме» в год выходило всего шесть — восемь кинолент, то теперь «Мосфильм» ежегодно выдает на-гора двадцать пять — тридцать картин. Число кинотеатров в стране растет в геометрической прогрессии. Вот ты теперь и подсчитай, сколько зрелищных конкурентов у театра.
— И в этом вся беда?
— К сожалению, беда театра не только в этом.
— А в чем же еще?
— Ты, наверное, помнишь, как несколько лет назад наша пресса обрушилась на буржуазные издательства за то, что «Анну Каренину» и «Войну и мир» в своих переводах они адаптируют до карманных изданий? Вместо гениальной толстовской эпопеи с ее философией, экономическим анализом феодального общества, с шедеврами-пейзажами России, они выбрасывают на книжный рынок своего рода микробестселлеры, в которых герои целуются, мужья изменяют женам, а жены — мужьям, скачут на лошадях и пьют вино…
— С этими издательствами нужно судиться!.. — почти воскликнула Капитолина Алексеевна. — Это же бандитизм!
Кораблинов резко откинулся на спинку плетеного кресла, которое под ним заскрипело на многие голоса.
— Это же возмутительно!.. — негодовала Капитолина Алексеевна. — Только я не вижу, какая может быть связь между буржуазными издателями и нашими театрами?
— Связи нет, есть общность в приемах.
— Ничего не понимаю!..
— В некоторых наших, даже ведущих, столичных театрах с произведениями классиков русской и мировой литературы стали обращаться так же непочтительно, как буржуазные издатели обращаются с «Войной и миром» Льва Толстого.
— И как они это делают, если не секрет? — спросила Капитолина Алексеевна, видя, что вопрос этот по-настоящему и глубоко волнует Кораблинова.
— Очень просто: делают из пьесы Толстого, Чехова или Горького усеченный вариант, произвольно сокращают его чуть ли не наполовину и в двух актах вместо четырех прогоняют его за три часа сценического времени. И о’кэй!.. Дешево и сердито! Произвол режиссерский полный. Даже не утверждают свой вариант в вышестоящих инстанциях!
Кораблинов отхлебнул кофе и поставил чашку на стол.
— И чем же эти режиссеры объясняют свой произвол?
— Все тем же правом на творческий поиск.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: