Юрий Рытхэу - Полярный круг
- Название:Полярный круг
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Советский писатель
- Год:1983
- Город:Ленинград
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юрий Рытхэу - Полярный круг краткое содержание
В книгу известного советского писателя вошли произведения, которые составляют как бы единое целое: повествование о глубоких человеческих корнях современных культур народов Чукотки, прошедших путь от первобытности к зрелому социализму.
От древней легенды о силе человеческого разума до сегодняшних проблем развития самобытного хозяйства и искусства эскимосов и чукчей, о сложных судьбах людей Севера, строящих новую жизнь на Крайнем Северо-Востоке, рассказывают произведения Юрия Рытхэу, вошедшие в сборник «Полярный круг».
Полярный круг - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Солнце медленно опускалось. Поднявшийся ветерок не унял комаров, наоборот, они словно бы стали еще злее. Нанок чувствовал, как горит кожа на лице, на открытых частях тела и даже на голове под густыми волосами. Иные комары ухитрялись залетать в рот, и приходилось долго, с отвращением отплевываться.
Ближе к закату стадо согнали со снежника и спустили в речную долину. Олени с видимым удовольствием забирались в холодные струи и подолгу оставались в потоке, над которым комаров было поменьше.
Яранги находились совсем рядом, и Нанок пешком пришел в стойбище.
Здесь царило оживление. Из тундры пришли женщины. Они притащили большие охапки зеленых ивовых ветвей и сухой стланик для кострищ.
Нанок уселся у яранги. Он заполнял дневник. Мимо него сновали люди, что-то носили, вполголоса переговаривались, а на фоне вечернего, еще светлого неба маячила фигура старухи Кававнаут с тяжелым биноклем на выцветшей камлейке.
Уже можно было различить голоса пастухов и отдаленное похрюкивание оленей. В стойбище тем временем нарастало ожидание важного события. Стало темно, и Нанок перебрался в чоттагин, ярко освещенный горящим костром и несколькими стеариновыми свечами, укрепленными в сухих оленьих черепушках.
У костра лежали пекули [6] Пекуль — женский нож.
, тазы и большие котлы, начищенные изнутри, но устрашающе черные снаружи.
Зина возилась в чоттагине, подтыкала под перекладины зеленые ивовые листья, украшая ярангу. Лицо ее стало серьезным, сосредоточенным, и она казалась даже старше. И движения ее как бы изменились, и теперь, глядя на нее, трудно было сказать, что это танцовщица, профессиональная артистка, а не тундровая жительница, исконная обитательница яранги, привыкшая сидеть на корточках перед горящим костром, стелющая мягкие постели в низком пологе, где невозможно выпрямиться во весь рост.
…Олени поднимались по склону, обтекая стойбище с северной стороны, держа направление на небольшое ровное плато, куда приземлялся вертолет. В быстро надвигающихся сумерках Нанок мог видеть цельный живой поток, с деловитым шумом огибающий скопище пустых железных бочек. Пастухи громко покрикивали и возбужденно переговаривались. В их голосах слышалось ожидание важного события. Всеобщее возбуждение начинало захватывать и Нанока, и он невольно, не сознавая сам того, проникался тревожным предчувствием большого дела.
Стадо полностью перешло на площадку, заняв и небольшую низину. Выкрики пастухов, шум копыт, перестук рогов, звяканье посуды, резкие женские голоса в наступившей тьме создавали картину, воскрешенную из тьмы веков.
Канталин, усталый, но довольный, подошел к яранге и весело сказал Наноку:
— Сейчас будем забивать оленей.
Парни выгрузили из вездехода огромные охапки зеленой ивы.
Из яранги вышел Канталин, переодевшийся в чистое, серьезный, преисполненный важности. Через плечо парня был перекинут аркан, а на поясе висел нож в кожаных лахтачьих ножнах. Следом шла Зина и несла большой эмалированный таз, светившийся в темноте светлым дном.
Они прошли мимо Нанока, не замечая его, даже не кивнув, и замаячили в отдалении, где уже стояли другие жители стойбища.
Нанок подошел ближе. То, что сейчас совершалось, касалось только людей, которые вырастили оленей.
Канталин, прежде чем кинуть свой аркан, некоторое время стоял в напряженной позе, обратив взор в сторону догорающей вечерней зари.
Лицо его было темно и почти сливалось с вечерним небом, но глаза светились.
Бригадир выкрикнул что-то резкое и быстрое, Нанок не успел разобрать что, и в воздухе со свистом пронеслись хлесткие петли ременного чаата. Несколько оленей разом оказались поверженными на землю. Брызнула неожиданно светлая кровь, обагрив ветви полярной ивы. Набрав пригоршню крови, Канталин сделал шаг в сторону заката и произнес несколько слов. То же самое проделали и другие пастухи. Через десять минут предназначенные к забою животные уже были разделаны и стадо чуть отошло в сторону, на склон холма с небольшой снежницей.
Зина с неожиданной ловкостью разделывала оленьи туши, складывала в таз требуху, а копыта и губы кидала в жаркий костер. Отрезав кусок теплой печенки, она положила его Наноку в рот.
Нанок вошел в чоттагин, где горел костер и в котле варилось мясо.
— Ну вот и забили оленей на зимнюю одежду, — будничным голосом произнес Канталин, осторожно снимая с себя нарядную камлейку.
— Очень любопытно! — взволнованно сказал Нанок. — Я ведь никогда такого не видел! Этот обряд, темнота и ивовые ветки, которыми вы украшали оленей.
— А, все это пережитки! — отмахнулся Канталин. — Ничего в этом хорошего не вижу!
Нанок с удивлением поглядел на него: только что парень, по всему было видать, не притворялся, а тут вдруг такое говорит… Нанок повернулся к Зине, но та возилась с сырыми шкурами, была занята делом, и от нее еще не отошло благоговение только что совершенного обряда.
Она выкатила из костра опаленные оленьи губы, наколола на деревянную палочку и подала Наноку:
— Попробуйте!
Нанок в жизни ел немного такого, что могло бы сравниться с этими палеными оленьими губами. А когда принялись за мясо, он просто не мог от него оторваться, пока не почувствовал — еще кусок, и с ним будет худо. В довершение всего пили теплый олений бульон.
В чоттагин вошел Петр Клей. Он подошел к костру и строго спросил Зину:
— Как наш гость?
— Спросите сами у него.
— Не беспокойтесь, — заверил бригадира Нанок. — Мне здесь очень хорошо.
— Может быть, останетесь в тундре? — шутливо спросил бригадир.
— Остался бы, если б не работал в другом месте, — ответил Нанок.
— С пастухами у нас плоховато, — продолжал Клей. — Уходит от нас молодежь. Вот Зина — она артистка ансамбля, Виктор хоть и в сельхозтехникуме учится, но другим глазом косит в горный и, похоже, туда перейдет… Так что в семье Канталиных, считайте, династия оленеводов кончилась.
— Потому что будущее нашего края — другое, — решительно произнес Виктор. — В развитии горной промышленности.
— Однако не будешь же ты есть золотые самородки.
— За золотые самородки мне привезут самый лучший завтрак из лучшего московского ресторана на самом лучшем самолете!
— Ух ты! — покачал головой Клей.
— Да ведь научно-техническая революция совершается в стране! — громко и раздельно произнес Виктор. — Неужели вы не понимаете этого? Научно-техническая!
— Тьфу! С тобой разговаривать… А как вы думаете, товарищ ученый?
Нанок замялся.
— Мне трудно судить… Понимаете, с одной стороны, нужно и то, о чем говорит Виктор, а с другой — действительно, что же с нами будет, если ничего своего не останется?
— Да если бы это свое было хорошим, передовым! — перебил Виктор. — А то ведь — скотоводство на грани первобытности!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: