Дьердь Далош - 1985
- Название:1985
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дьердь Далош - 1985 краткое содержание
1985 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Тут я узнал Джулию - мою величайшую и единственную в жизни любовь, моего товарища по пыткам, моего соратника по Движению за реформу. Дав надеть на себя наручники и впихнуть в машину, я сказал ей:
- Да, твое место с ними. Но бежать они тебе не дадут {Мне тоже не дали бежать. На таможне нашли микрофильм, хотя я тщательно запрятал его в серебряный портсигар. "Что это такое? - спросил таможенный полковник угрожающе, но вежливо. - За это мы можем снять вас с поездки. Пожалуйста, ваши документы".
Я потерял голову. Впервые в жизни, вопреки всем своим принципам, я ударил человека - и попал. Полковник изумленно посмотрел на меня и рухнул на пол. С тех пор он при смерти. - Примеч. историка.}.
60. О'Брайен - об укреплении новой системы
-----------------------------------------
Я сейчас выдам государственную тайну. Так называемое Временное правительство Океании было создано не на океанийской территории, а на евразийском крейсере "Стелла". Здесь правительство, состоявшее из тех членов внутренней партии и полиции мыслей, что оказались под рукой, приняло знаменитую сентябрьскую присягу. Оно торжественно поклялось, что при восстановлении порядка не будет пролита ни одна капля крови, ни единая слеза сверх необходимого. Оккупационные силы Евразии не возражали.
Перед вновь созданной полицией безопасности стояла нелегкая задача, требовавшая от нее одновременно осторожности и эффективных действий. В первые дни потенциальных противников нового режима свезли на стадион "Победа", который вмещал 150 тысяч человек. Здесь их разделили на три категории:
1) те, кого следует подвергнуть заключению;
2) те, кого можно подвергнуть заключению, а можно и не подвергать;
3) те, кого следовало бы, но нельзя подвергнуть заключению.
К первой группе относились вожди рабочих-мусульман, авторы "ЛПТ", активисты "Понедельничного клуба" и весь студенческий комитет из Университета аэронавтики. Естественно, от наказания были освобождены те, кто принимал участие в деятельности перечисленных организаций по приказу полиции мыслей. Ко второй группе принадлежали простые верующие рабочие, подписчики "ЛПТ" и случайные посетители кафе "Под каштаном". К третьей категории отнесли тех артистов, ученых и инженеров, которые безусловно заслужили наказание, но были нам нужны для установления нового порядка.
Вот пример тех тонких различий, какие предусматривала новая система наказаний. На стадион были доставлены все те, кто в мае участвовал в премьере "Гамлета". Но Гамлет и Клавдий получили по три месяца, Гертруду и Полония приговорили к домашнему аресту, Розенкранца и Гильденстерна избили, а Офелию в тот же день выпустили.
Было очень трудно соблюдать умеренность в пытках. К этому нелегко привыкнуть. Во всяком случае, из-за постоянных перебоев с электроэнергией нам пришлось отказаться от пыток электрическим током, а применение резиновых дубинок евразийские эксперты допускали лишь в редчайших случаях.
- Допрос - не ремесло, а искусство, - говорил их главный специалист и был совершенно прав.
В создавшейся ситуации пришлось отказаться и от массовых казней {Можно ли убивать человека? Вопрос поставлен неверно. Он должен звучать так: "Возможно ли - и если возможно, то как - не убивать человека?" Где найти ту неделимую истину, которая была бы достойна человечества и при этом применима в земных условиях?
Здесь, в "самой свободной в мире", как ее называют, Иркутской тюрьме никого не пытают. Мне разрешили взять с собой пишущую машинку, так что я могу работать. В моей камере есть телекран и проигрыватель. Есть даже маленькая ванна. Я могу по желанию выбирать одно из трех меню. Могу писать письма и принимать посетителей.
Охранников здесь нет - только психологи. Главный психолог провел меня по тюрьме. Кроме главного входа, огромное здание не имеет дверей. Все камеры встроены в стены.
- Наша система юстиции исходит из того, что заключение и одиночество оказывают на человека депрессивное действие, - сказал психолог. - По той же причине мы не прорубали окон, чтобы не надо было заделывать их решетками.
Все освещается лампами дневного света. Свежий воздух доставляется в запечатанных емкостях в достаточном количестве.
Тем временем я замечаю, что понемногу начинаю ненавидеть всю эту систему. - Примеч. историка.}. Ну, Мухаммед Стэнли, конечно, не мог избежать петли, хотя, познакомившись с ним на допросах, я нашел его довольно симпатичным. Заплатили своей жизнью и все те, кто участвовал в линчевании полицейских или членов внутренней партии. Не могли рассчитывать на милосердие и те, кто уничтожал государственные телекраны. Доказательств было достаточно: в те сентябрьские дни наши люди все фотографировали и снимали на кинопленку. На месте линчеваний иногда оказывалось так много наших фото- и кинооператоров, что, будь они вооружены, можно было бы предотвратить эти отвратительные, жестокие акты народного правосудия.
Конечно, не могло быть и речи о том, чтобы карать смертной казнью за такое незначительное преступление, как распространение "ЛПТ". На стадионе "Победа" мы обнаружили: для того, чтобы запугать сто человек, вовсе не обязательно убить или избить столько же, как мы наивно предполагали в прошлые героические времена. Больше того, многих людей можно удержать от преступления одной угрозой наказания. Самым любопытным примером эффективности такой меры был один профессор, которого по ошибке доставили на стадион прямо из университета. Когда ему объявили, что он может спокойно идти домой и что мы обеспечим его безопасность, он совершенно обезумел от страха.
61. Джулия - о своей роли в новой системе
----------------------------------------
Даже сегодня мне хочется плакать, когда я думаю, что все должно было кончиться именно так. Но история не знает жалости. В такой ситуации я не могла действовать иначе! Сторонница ангсоца, представительница лучшей, более гуманной эпохи, я лишь исполняла свой долг, помогая арестовать Смита. Моя совесть чиста! И до, и после его ареста я целыми ночами боролась с собой, размышляя, правильно ли я сделала. Но в конце концов победило здравомыслие. Я пришла к заключению: если Смит выступал за некую абстрактную революцию, то я, в противоположность ему, представляю революцию, повседневную, движимую воинствующим гуманизмом. В тот момент революция должна была означать мир и порядок, и в этом смысле история меня полностью оправдала.
Я несколько раз лично ходатайствовала за Смита перед следственными органами - не только потому, что он был моим другом, но и потому, что я верю в сострадание как сущность нашей облагороженной системы. В конце концов мне удалось добиться главного: правительство заменило смертный приговор Смиту тюремным заключением {На допросе следователь сказал, что за микрофильм меня ждет наказание. Но если таможенник умрет, то я убийца. Если даже он выживет, то меня будут судить за нанесение тяжких телесных повреждений. "Неужели эта рукопись того стоила?" - спросил он.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: