Евгений Ильин - Пол и гендер

Конечно, это объясняет только тенденцию большей агрессивности мужчин и не говорит о том, что любой мужчина обязан демонстрировать более высокие уровни прямой физической агрессии, чем женщины. Так, Р. Бэрон и Д. Ричардсон отмечают, что половые различия в физической агрессии наиболее заметны в ситуациях, когда к агрессии вынуждены прибегнуть (например, из-за исполнения социальной роли), в отличие от ситуаций, когда к ней прибегают без всякого принуждения. Кроме того, склонность мужчин демонстрировать агрессию более очевидна после сильной провокации, нежели при ее отсутствии. В то же время Б. Коппер и Д. Эпперсон (Kopper, Epperson, 1991) выявили, что женщины маскулинного типа более склонны к гневу и к тому, чтобы отыгрывать его на окружающих.

По данным Я. Ю. Копейко (2000) у мужчин и женщин между агрессивным поведением и уровнем тревожности существуют связи разного характера. У мужчин эта связь обратная, а у женщин – прямая. Автором сделан вывод, что агрессивное поведение мужчин имеет более непосредственный характер и связано с контролирующей функцией Супер-эго. У женщин такое поведение является некоторым защитным механизмом, более связанным с силой – слабостью Эго.

Защищенность от агрессии.По данным Л. А. Гаязовой (2007), пожилые мужчины менее, чем пожилые женщины, защищены от таких форм агрессии со стороны близких, как недоброжелательное отношение и публичное унижение (табл. 13.11).

Таблица 13.11.Влияние пола пожилых людей на структурные компоненты защищенности

13.9. Антиобщественное поведение и пол

В работе Хесмана с соавторами (Huesmann et al., 1984) было выявлено, что агрессия, проявляемая в детстве, предсказывает криминальное поведение во взрослости. А поскольку агрессивность лиц мужского пола выше, чем лиц женского пола (рис. 13.5), антиобщественное поведение чаще наблюдается у лиц мужского пола, чем у женского, хотя количественные данные у разных авторов несколько расходятся.

Рис. 13.5.Связь агрессии, проявляемой в детстве, с криминальным поведением в зрелом возрасте: I – низкая агрессия, II – средняя агрессия, III – высокая агрессия

Так, по данным некоторых психологов, соотношение мальчиков и девочек с проблемами в поведении равно 4:1 (Williams H., 1933; Terman L., Tyler L., 1954). По другим данным, юноши в 3 раза чаще девушек проявляют девиантное поведение, однако у девушек делинквентность обнаруживается в гораздо более острой форме (Graham P., 1979). В исследовании Макфарлайна с соавторами (Mcfarlane et al., 1954) было выявлено, что мальчики более лживы и среди них больше тех, кто ворует.

Дж. Виткин (1996) приводит сравнительные данные о правонарушениях, совершаемых подростками обоего пола. Мальчики совершают кражи (в том числе и ночные со взломом) в 10 раз чаще, чем девочки, а разбойные нападения – в 5 раз чаще. Они в 7 раз чаще, чем девочки, угоняют автомобили, в 10 раз чаще совершают поджоги, в 4 раза чаще арестовываются за драки на улице, в 10 раз чаще совершают преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Объясняют это тем, что у мальчиков больше возможностей для «ночного поведения», поскольку им предоставляется большая независимость и свобода передвижения, чем девочкам; мальчики могут попытаться противостоять депрессии, ведя себя буйно и рискуя, тогда как девушки справляются с депрессией по другому; мальчики могут подвергать сомнению авторитет правоохранительных органов, вступать в символическое противоборство с собственными отцами, испытывая в этом возрасте отчуждение от них; мальчики стремятся к насилию вследствие усвоения «мужского» типа поведения, заимствуя его из книг, кинофильмов и телепередач.

По американской статистике, соотношение мужчин и женщин, отбывавших заключение в тюрьмах и исправительных заведениях, 25:1 (Scheinfeld, 1943). Однако при рассмотрении числа задержаний это соотношение снизилось до 19:1, что свидетельствует о более мягком отношении судей к женщинам.

Преступления, связанные с убийством и с угрозой или попыткой насилия, тоже чаще совершают мужчины: в Канаде – соответственно в 11 и 8 раз чаще, в США – в 10 и 5 раз чаще. Это связывают с большей склонностью мужчин к прямой физической агрессии.

Однако женская преступность растет быстрее, чем мужская. К тому же она, как отмечает Л. Шевченко (1999), качественно новая. Часто женщина не только возглавляет преступную группу, но и организовывает и совершает наиболее жестокие и изощренные преступления. Женщина, входя в преступную группу, выполняет роль «приманки» для мужчин.

Структура преступности женщин отличается от таковой мужчин. Это различие объясняется большей занятостью женщин в таких сферах, как материально-техническое снабжение, торговля, общепит. Поэтому женщины в 6 раз больше, чем мужчины, совершают хищения государственного имущества в особо крупных размерах, в 2 раза больше – кражи личного имущества. Если умышленные убийства чаще совершаются мужчинами, то неумышленные (как реакция на издевательство мужа или в состоянии алкогольного опьянения) – женщинами. Жертвами женщин, как правило, становятся близкие люди – мужья, сожители, родственники, знакомые. Женщины в 5 раз чаще привлекаются к ответственности за распространение наркотиков.

Н. А. Челышева (1999) на примере несовершеннолетних нарушителей показывает, что преступления девочек-подростков чаще, чем их сверстников мужского пола, являются результатом их преступного замысла. Только для 9 % девушек преступление было для них случайным, тогда как среди юношей процент «случайных» преступников приближается к 20. Многие преступления совершаются на почве алкоголизма. В момент совершения преступления находились в состоянии алкогольного опьянения почти 70 % мужчин и 43 % женщин.

Наличие последнего фактора в качестве ведущего у мужчин находит подтверждение и в исследовании Д. П. Пискарева (1999). Среди лиц мужского пола, отбывающих уголовные наказания, на нетрезвость как детерминанту противоправного поведения указали 40 %, а среди таких же женщин – только 10 %. С другой стороны, женщины чаще, чем мужчины, ссылались на нужду (соответственно 40 и 30 %) и на бездумность (соответственно 40 и 10 %). Характерно, что при обозначении причин противоправного поведения законопослушными лицами молодого возраста различий между мужчинами и женщинами практически не было. Среди законопослушных потребность в соблюдении правовых норм несколько чаще встречалась у женщин, чем у мужчин (соответственно в 29 и 25 % случаев). Те же соотношения выявились и в позитивных установках испытуемых на законопослушных граждан (65 % у лиц женского пола и 57 % у лиц мужского пола). Зато в отношении незаконопослушных граждан негативное отношение реже на 10 % встречалось у женщин, чем у мужчин.

Делаются попытки (Heaven Р.,1993) связать делинквентное поведение мужчин и женщин с их личностными особенностями: самооценкой, гневливостью, склонностью к рискованному поведению, импульсивностью, экстраверсией, психотизмом, установкой по отношению к авторитетам. Было выявлено, что у респондентов обоего пола психотизм и экстраверсия являются значимыми прогностическими признаками делинквентности. Однако в то время как у юношей другие черты были прямо связаны с делинквентностью, у девушек влияние других черт было опосредовано психотизмом. Автор заключил, что у девушек психотизм выступает в роли канала, по которому передается влияние других черт на делинквентность. Читать дальше