Виктор Острецов - Статьи разных лет

В краткой биографии рабочего, члена Союза Русского Народа Снесарева («Книга Русской Скорби») описывается эпизод, когда этот черносотенец вошёл в трактир возле завода и застал как раз сцену раздачи рабочим-активистам денег. Он вступил в драку, а через несколько дней был убит прямо на заводе.

В Москве в октябре 1905 г. войск почти не было. Чтобы вызвать голод, красные громили булочные, магазины, обливали керосином мясо и муку. По их приказу были закрыты все аптеки. Прекратилась подача воды и электричества. 15 октября студенты Московского университета явились в Охотный ряд и потребовали от продавцов, чтобы те прекратили продажу продуктов, в первую очередь мяса. По мысли красных «освобожденцев», кричащих: «Долой самодержавие!», «Да здравствует коммунизм!», голод должен был сделать жителей революционерами, озлобить москвичей на власть. И вот тогда продавцы магазинов и лавочек Охотного ряда вышли из-за прилавков и начали бить юных «освобожденцев» Забавно, но наши демократы не могут и по сей день забыть нанесённой им обиды, до сих пор клеят неугодным ярлык «охотнорядцы».

В те грозные осенние дни 1905 г. несколько десятков человек сошлись по инициативе редактора газеты «Московские Ведомости» Владимира Андреевича Грингмута и договорились положить начало первой монархической политической партии, её назвали Русская Монархическая Партия. Видное место в создании её принадлежит протоиерею о. Иоанну Восторгову, прекрасному оратору и публицисту, автору многих сочинений, раскрывающих враждебность всех социалистических прожекторов христианству. Отец Иоанн расстрелян в Петровском Парке в 1918 г. вместе с русскими министрами Маклаковым, Щегловитовым, Хвостовым, генералом Белецким, ксёндзом Лютостанским, епископом Серафимом. Русская Монархическая Партия быстро приобрела вес в политическом мире, открыла десятки отделов по всей стране. В ней состоял художник Виктор Михайлович Васнецов, автор большинства памятников на могилах русских людей, погибших от рук боевиков-социалистов.

В 1905 г. в городах и даже сёлах появились многочисленные патриотические «общества борьбы с крамолой». Возникает и масса монархических патриотических газет. Организуются лекции, манифестации с национальными флагами, иконами и портретами царя. Краснофлажники неожиданно для себя столкнулись с народной стихией как раз в тот момент, когда деморализованные губернаторы шли на все уступки им, сами зачастую торопились на улицу и шли под красным флагом, кричали «Долой самодержавие!», как это было, скажем, в Уфе или Чите.

22 октября 1905 г. на квартире скромного петербургского врача Александра Ивановича Дубровина (в 1918 г. расстрелян большевиками) собралось первое учредительное собрание, положившее начало самому крупному и известному среди всех национально-патриотических объединений той поры Союзу Русского Народа. В первом пункте устава говорилось (и звучит сверхсовременно): «Союз Русского Народа постановляет себе неуклонною целью развитие национального русского самосознания и прочного объединения русских людей всех сословий и состояний для общей работы на пользу дорогого нашего Отечества — России, единой и неделимой». Особо выделялась та мысль, что «Самодержавие русское создано народным разумом, благословлено церковью и оправдано историей».

Все православные, кому были дороги честь страны, её исторические заветы и святыни, перед лицом нарастающей революционной вакханалии объединялись в С.Р.Н., создавали его отделы. И вот результат: именно Союз Русского Народа и другие монархические организации подавили кровавую смуту, прекратили погром русской земли, разбили бундовские козни и показали огромную силу самодеятельного русского народа. 21 ноября 1905 г. состоялся первый многотысячный митинг в огромном Михайловском манеже, на который были приглашены и «состоятельные товарищи». Те, конечно, не пришли. Язык обмана злобной клеветы, браунингов и бомб был им сподручнее. Они-то прекрасно знали, что нет аргументов в пользу убийств и разрушения страны. Ведь повседневность «революции» — обычный бандитизм, разврат, шкурничество и, в конце концов, распродажа страны кланам международной олигархии.

В отличие от своих политических противников — кадет, эсдеков, эсеров, октябристов, для которых чем хуже жил народ, тем лучше было для них, члены Союза Русского Народа стремились каждодневными своими делами помогать бедным, нуждающимся, обременённым. Можно вспомнить приют св. Веры, там член главной палаты союза Михаила Архангела В.В.Казаринов содержал на свои средства детей-сирот, ставших таковыми по милости красных бандитов. Казаринов организовал школу для детей, одевал, кормил их, платил зарплату учителям, врачу, прачке, агроному. Подобных примеров великое множество.

В то время, когда одни проповедовали ненависть, звали убивать, другие — члены монархических обществ, в том числе Союза Русского Народа — стремились помочь ближнему своему. Член Союза Русского народа генеральша Мария Николаевна Гринева могла бы спокойно промотать деньги в Париже, но она всю себя посвятила кропотливому труду повышения благосостояния своей Родины.

Ещё два слова об истории Союза Русского народа. В 1908 г. из него вышел В.М.Пуришкевич, он создал свой союз — имени Архангела Михаила. Союз издавал «Книгу Русской Скорби», выходившую выпусками с 1908 по 1914 год. В ней помещались биографии погибших от красных бандитов верных присяге и долгу русских людей. Описывались обстоятельства убийств. Книгу оформлял В.М.Васнецов. Отделы Союза получили наибольшее распространение в Сибири и на Юго-западе страны.

Социальный состав союза — от крестьянина и дворника, рабочего и служащего, до сенатора и графа. Среди членов С.Р.Н. и будущий Патриарх всея Руси Тихон, и отец Иоанн Кронштадский. 32 епископа насчитывал С.Р.Н, в своих рядах.

Большинство Союза ставило себе целью достигнуть роста благосостояния русского народа, его самосознания, укрепить положение Русской Православной Церкви, утвердить законность и порядок в обществе. Малейшее нарушение закона влекло за собой исключение из рядов С.Р.Н. Документально установлено, что там, где действовали отделы С.Р.Н., не было еврейских погромов. Во-первых, само существование отдела С.Р.Н. охлаждало горячие головы еврейских «освободителей». Во-вторых, члены Союза стремились не допустить раздражения населения до погромов. В 1908 г. в Ростове-на-Дону руководитель С.Р.Н. Александр Иванович Дубровин заявил, что революционеры обладают «властью и громадными денежными средствами», что на создание революции в России Ротшильды, Нобели и другие «еврейские банкиры сыпят миллионами, но бороться с ними надо не погромами, так как погромы нас ни к чему ни приводят, от погромов только страдает беднейший еврейский класс, „пархи“, да русские люди, которых хватают на погромах, таскают по тюрьмам и судам и ссылают. А главные виновники — богатые евреи — остаются в стороне и ещё больше богатеют». Дубровин заявил, что бороться надо мерами экономическими, объявив бойкот еврейской торговле, создавать повсюду свои потребительские общества, артели, склады, общества взаимопомощи. Союз предпринимал все шаги к тому, чтобы во взрывоопасной ситуации не допустить столкновения еврейского и русского населения. Но именно в таком столкновении и были заинтересованы руководители «революции», которые провоцировали погромы своих соотечественников, сородичей по крови. Так было и в Белостоке в 1905 г., когда бундовцы обстреляли крестный ход православных, а затем и католиков-поляков.