Софроний - Духовные беседы

Часто не все обладают даром суждения о живописи, о поэзии, о чем-нибудь другом, потому что не знают тайн искусства или науки. Так мир не знает того, о чем говорим мы, — о наивысшем образовании как цели, которую ставит перед собою монастырь, — достигнуть познания и знать Отца и Иисуса Христа, Его Сына. Это есть вечная жизнь. Это есть высочайшая точка для человека. Это есть то, чем заняты люди в монастыре, и вся культура и наука монастырская сводится к этому пункту.

Для Духа Святого чужда всякая гордость, и в Священном Писании она называется нечистотою. А мир живет гордостью! Она культивируется как аристократизм и превосходство ученых людей. Но они сами не знают, что, гордясь, они закрывают дверь для Духа Святого. Правильное отношение христианина — при обладании всеми знаниями, которые вообще возможны для человека в плане земли и Неба, — пребыть кротким и смиренным, как Господь, Который Сам про Себя сказал: «Научитесь у Меня, яко кроток есмь и смирен сердцем» (Мф. 11:29).

Так что цель наша не в знаниях, хотя и их мы должны иметь, и не в функции, когда ценится функция какая-то в общественной организации, будь то министра, или президента, или даже короля. Старец Силуан говорит: «Это неважно». И никакой зависти нет у него к сильным мира сего: у них своя работа, своя должность. Но высшая цель есть любовь — как говорит Силуан: «Кто больше любит Бога, тот глубже знает Его». [216] См.: Архим. Софроний. Преподобный Силуан Афонский. С. 153. Почему любовь и ведение — это есть единое в вечности духовной? Почему заповедано все время любить? — Потому что любовь соединяет в самом бытии. А когда у нас есть отталкивание, защита и так далее, то это — лишение жизни. А если есть молитва, любовь и слезы, то это приближает нас к высшей науке, когда мы знаем Отца, и Сына, и Святого Духа.

Каким образом монахи должны приветствовать друг друга. Мы должны избегать физических контактов. Борьба со страстными помыслами. Монастырь — высшая школа, но связана со страданиями и преследованиями. Размышления о кончине и готовности к ней. Если мы будем пренебрегать нашим собственным спасением, Бог тоже пренебрежет им.

Надо постоянно помнить, зачем мы здесь. И последней нашей цели мы никак не должны забывать. Но путь наш может быть очень далеким, как может он быть и очень сокращенным — пришествием самого Бога.

Кто-то из вас спросил меня: «А как надо приветствовать друг друга среди монахов и сестер?» — Не во всех монастырях одинаково. Гораздо сложнее дело обстоит в монастырях русских. Проще обстоит дело на Афоне. И еще проще у нас. В Пантелеймоновском монастыре на Афоне с самых первых дней моего монашества я встретил такой обычай — младший приветствует старшего просьбой благословить: «Благословите, отче!» И старший отвечает: «Бог благословит». Эта форма «благословите» существует на Афоне как общая. Так приветствуют друг друга монахи.

Надо сказать, что среди монахов Афона существует неписаное правило, что монахи друг к другу не прикасаются телом: никогда не приветствуют друг друга рукопожатием. И вообще избегают всякого прикосновения со всяким телом, даже животных.

Говоря такую вещь, сам я хожу носимый руками двух монахов: они меня водят, поддерживая. Но это совсем другое положение вещей: это не потому, что я слишком капризный, а потому, что тело мое разлагается.

Вообще хорошо иметь правилом и то, что монах не видит своей наготы. Старается все сделать так, чтобы не видеть себя самого и тем более — тела другого. Это происходит потому, что необходимо сосредоточить наше внимание на самом главном и не дать глазу нашему отвлекать нас тем, что он видит, от мысли о Боге. И когда монах сосредоточен, тогда он полон нелегких впечатлений от самого себя. Тогда его внимание сосредоточивается на его внутреннем мире, и он следит за всякой своей реакцией на что бы то ни было. Таким образом он учится овладевать помыслами, которые его посещают. «Овладеть помыслом» значит отнять у него всякую власть над нами, когда этот помысл противен духу заповедей Христа. Эта наука — как освободить нас от всякого рабства посторонним, чуждым нашей цели мыслям — приобретается после долгого опыта или скоро — при действии благодати. Обычное явление в мире: человек является рабом посещающих его мыслей и никак не может от них отделаться. Некоторые доходят до состояния, когда они становятся жертвой определенной мысли, что называется idée fixe, «идеей фикс», и не могут от нее освободиться. И эта борьба требует от нас действительного подвига и знания, как бороться.

Говоря с вами, я обращаюсь к нашим новым братьям и сестрам. Кто из вас читал мою книгу, помнит, как некий римо-католический доктор Хризостом приехал посетить монастырь. И, беседуя с монахами, он удивился, что они читают такие книги, как «Лествица», Авва Дорофей и т. д. Монах Василий, говоривший с этим католическим доктором богословия, рассказал об этом старцу Силуану. И старец ответил, что мы не только читаем, но и сами могли бы написать такие же книги. Но так как есть уже прекрасные книги, то монах не думает о том, чтобы прибавить еще книг: достаточно старых книг. А когда появится нужда, говорит он, тогда появятся и новые книги, эквивалентные древним. [218] См.: Архим. Софроний. Преподобный Силуан Афонский. С. 32.

Теперь о моем положении по отношению к вам: из того, что уже написано в книгах, каждый из вас может выбрать себе нужное чтение в тот или иной момент. И говорить вам о том, что я писал, как будто бы излишне. Читая сами, вы можете выбирать те тексты, которые говорят о путях к стяжанию Духа Святого. И в моей книге коротко, сжато, но описан этот путь: от начала до конца. Я, как автор книги, не могу рекомендовать, чтобы вы читали ее с большим вниманием. В этой книге описаны различные способы борьбы с помыслом, как надо вести себя, чтобы не оскорбить Духа Святого, Который должен быть с нами на всем пути нашем; как оскорбляется Дух Святой плохим помыслом или каким-нибудь страстным пожеланием.

Пожалуйста, изучайте этот вопрос сами, читая книги о борьбе со страстями. Если вы возьмете, скажем, небольшой отрывок текста из «Лествицы» Иоанна Синайского — одно, два или три из его изречений — и весь день сосредоточите внимание на том, о чем он говорит, — тогда это станет вашим достоянием духовным, уже освоенным.

В то время, когда я был на Афоне, никто из монахов не окормлялся беседами с игуменом. Только в Новом Афоне, где собрались многие образованные люди и богословы, стали беседовать игумены, но не повсюду. Итак, остается необходимым для каждого из вас потратить десять-двадцать минут в день на чтение, но такое чтение, которое связано с вниманием, как надо бороться со страстями.