Григорий Дьяченко - Духовный мир

Вопр. При видениях или откровениях Божиих самое ли существо Божие являлось людям ?

Отв. Св. Иоанн Златоуст говорит: «как же Иоанн сказал: Бога никто же виде нигде же (Иоан. I, 18)? Ясно, что все видения были только приспособительные, а не видения самого существа Божия: ибо если бы благочестивые мужи видели самое существо Его, то, конечно, не могли бы видеть оного различно; потому что оно просто, не имеет вида, неописано, не сидит не стоит не ходит поелику все это есть принадлежность одних только тел. Как же Бог приспособляется к человеку знает только Он Сам; и о сем-то приспособлении говорит устами пророка: A3 видения умножих и в руках пророческих уподобихся, т. е. Я приспособлялся к ним (Осии 12, 10), но не показывал Себя во всем существе» [69]). Преп. Макарий Египетский говорит: «как Сам Бог благоволил и как полезно было, являлся Он каждому из святых отцов иначе Аврааму, иначе Исааку, иначе Иакову, иначе Ною, Даниилу, Давиду, Соломону, Исаии, и каждому из святых пророков иначе Илии, иначе Моисею. Все что ни захочет удобно для Него, и умаляя Себя, как Ему угодно, плодотворит и преобразует Себя, делаясь видимым для любящих Его, по великой и невыразимой любви; в неприступной славе света являясь достойным соразмерно с силами каждого» [70]). Св. Ефрем Сирин говорит: «говоришь: почему же евангелие сказало: Бога никто же виде нигде же (Иоан. 1, 18)? Никто не видел величия, или естества Божия; но святые видели Бога в символах: Моисей в огне купины, Иов в буре, Исайя в облаке, Павел в свете, весь Израиль во гласе; и ныне видят святые, именно же руководимые делами, как бы чем-либо посредствующим» [71]). Блаженный Феодор епископ кирский, говорит: A3 видения умножих и в руках пророческих уподобихся (Осии 12, 10). Не говорит: видим был, но уподобихся. Подобие же предмета не самое естество видимого предмета, напр., портрет царя, сколько бы ни разительно было сходство изображения с лицом изображенным не представляет естества царя» [72]).

Вопр. Какая тайна существа Божия открыта людям ?

Отв. Бог есть един по существу, но троичен по лицам: Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святый. И крестився Иисус взыде абие [73], от воды: и се отверзошася Ему небеса, и видев Духа Божия сходяша яко голубя, и грядуща на Него. И се глас с небесе, глаголя, Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Нем же благоволих (Мат. 3, 16 и 17). А Сам Иисус Христос сказал апостолам: шедше научите вся языки, крестяше их во имя Отца и Сына и Святого Духа (Мат. 28, 19). Св. Иоанн Богослов говорит: Трие суть свидетельствующий на небеси: Отец, Слово и Святый Дух, и сии три едино суть (1 Иоан 5, 7).

Св. Афанасий Александрийский говорит: «когда в вас Дух, тогда в вас же дающее Духа Слово, а в Слове и Отец. И таким образом исполняется сказанное слово: приидем A3 и Отец и обитель у Него сотворим (Иоан. 14, 23). Ибо где свет, там и сияние, а где сияние, там и действенность и светозарная благодать. И сему также научая, Павел написал еще к коринфянам во втором послании, говоря: благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любы Бога и Отца, и общение Святого Духа, со всеми вами (2 Кор. 13, 13). Ибо подаваемая в Троице благодать и дар дается от Отца чрез Сына в Духе Святом, потому что, как благодать, даруемая Сыном есть от Отца, так не может быть общения даяния в нас разве только в Духе Святом; Его причастившись, имеем любовь Отца, и благодать Сына, и общение Самого Духа» [74]). Еще он же говорит: «три ипостаси должны быть представляемы нераздельными между собою, как о людях представляем телесно, чтобы и нам подобно язычникам не ввести многобожия; но представляя как бы реку, которая, исходя из истока, не отделяется от него, хотя два здесь вида и два имени. Ибо Отец – не Сын, и Сын – не Отец, потому что Отец есть Отец Сыну, и Сын есть Отчий Сын. Как исток – не река, и река – не исток, но тот и другая суть одна и та же вода, из истока льющаяся в реку: так и Божество от Отца не слиянно и не отлучно пребывает в Сыне, как Господь говорит: изыдох от Отца и иду ко Отцу (Иоан. 16, 28). Святый же Дух исходя от Отца, всегда пребывает в руках посылающего Отца и носящего Сына, и Им он наполняет всяческая. Отец имея бытие от Себя, родил Сына, а не создал – родил как реку от истока, как растение от корня, как сияние от света, все же это видим в природе нераздельным» [75]). Свят. Епифаний, епископ кипрский говорит: «сама единая голубица и святая невеста (церковь) исповедует Бога Отца и Сына и Св. Духа, – Отца совершенного, Сына совершенного и Духа Святого совершенного. Троицу единосущную. Троицу не слиянную, – Сына истинно рожденного от Отца, и Святого Духа, не чуждого Отцу и Сыну, – Троицу присносущную, не имеющую никогда приращения, не заключающую в Себе ничего низшего и возводимую к одному единству и единому началу Бога и Отца» [76]). Преп. Максим Исповедник говорит: – едино есть Божество, безначальное, простое, пресущественное, не сложное и не раздельное. Оно есть единица и вместе Троица. Божество состоит из трех лиц: Отца, Сына и Духа Святого; но как в Отце, так и в Сыне, равно и в Духе Святом единое по существу Божество. Божество не раздельно: потому что Отец не есть не полный Бог равно и Сын и Дух Святый… Но все Божество всецело находится во всем Отце, также всецело находится во всем Сыне, и все, наконец всецело во всем Духе Святом. Следственно весь Отец всецело находится во всем Сыне и Духе, также и Сын весь всецело находится во всем Отце в Духе; равно и Дух Святый весь всецело находится во всем Отце и Сыне. Ни одно из трех лиц Божества и не существует и не может быть представляемо отдельно от другого» [77]). На африканском берегу, в городе Иппоне, блаженный Августин писал свою глубокомысленную книгу о Св. Троице. Утомленный чрезвычайным напряжением ума, силившегося проникнуть в глубочайшую из тайн великий писатель вышел на морской берег для прогулки. Наслаждаясь вечерним воздухом по временам устремляя взоры то на небо, то на широкое море, Августин не выпускал однако же, из мыслей предмета своих исследований. Вдруг заметил он на морском берегу отрока необыкновенной красоты, который небольшой серебряной ложкой черпал воду из моря и выливал ее в маленькую яму. Такое занятие отрока блаж. Августин сначала почел за обыкновенную детскую шалость, но тайное чувство побуждало его приблизиться к отроку. На вопрос что ты делаешь, отрок отвечал: «хочу вычерпать это море и поместить его вот в эту ямку». «Но это явно невозможно», – сказал Августин. «Разумеется, невозможно, – отвечал отрок – но скорее я вычерпаю моею ложкою это море и вмещу его в эту ямку, чем ты своим умом проникнешь недоведомую тайну св. Троицы и вместишь ее в твою книгу». Так сказал отрок и мгновенно сделался невидим [78]).