Франсин Риверс - Звуки Шофара

Стивен, оценив ситуацию, решил, что пастор Пол в состоянии позаботиться о себе, раз уж оказался в водах, кишащих акулами.

На противоположной от Сентервилльской христианской церкви стороне улицы в своем стареньком «де сото» сидел Сэмюель, на пассажирском сиденье лежала газета с заголовком, из‑за которого он, собственно говоря, и вышел из дому: «Продан исторический памятник». Двери церкви были широко распахнуты. На обочине стоял подъемник с люлькой, команда из двух рабочих занималась своим делом на колокольне. Сэмюель заметил подъехавший пикап. Оттуда вышел человек, выдернул щит со словом «Продается», бросил щит в кузов и уехал. Представители местной фирмы, которая занималась изготовлением вывесок, устанавливали новую табличку на фасаде здания.

Сэмюель услышал крики, раздавшиеся из люльки подъемника. Деревянный крест, который возвышался над деревьями на протяжении более сотни лет, сняли, он покатился по крыше и упал на каменные ступеньки старой церкви, разлетевшись в щепки. Сэмюель горестно вскрикнул, но его никто не услышал. Кого мог заинтересовать старик, сидящий в своей старенькой машине и наблюдающий, как город движется по пути прогресса?

Два молодых человека вышли из церкви. Один из них нес в руках коробку. Оживленно болтая, они прикрепляли буквы на вывеску. Закончив работу, молодые люди обнялись. Команда высотников собрала остатки креста, побросала их в кузов грузовичка, потом получила чек от молодых людей. Когда подъемник отъехал, Сэмюель сумел прочитать новую вывеску:

НОВАЯ ОБИТЕЛЬ ЦЕРКВИ РАЗУМА

Службы проходят каждое воскресенье в 10.00

Добро пожаловать!

Склонив голову и сотрясаясь всем телом, Сэмюель плакал навзрыд. Измученный душевной болью, он завел машину и поехал домой, молясь о том, чтобы Господь забрал его поскорее с этой земли.

Со второго звонка Пол взял трубку и услышал на другом конце знакомый голос, от которого у него замерло сердце.

— Пол, мне нужно поговорить с тобой.

Он посмотрел в сторону кухни, где Юнис чистила картошку.

— Я говорил тебе, чтобы ты никогда не звонила мне домой.

— Не удержалась. Роб вел себя просто чудовищно. Перед отъездом наговорил мне кучу гадостей. Мне нужно увидеть тебя. Я в отчаянии.

Пол слышал ее тихое всхлипывание.

— Шила, я уже объяснял тебе. Ты должна позвонить в офис и назначить встречу через Риту. Я не хочу, чтобы поползли сплетни.

— Рита не любит меня.

Юнис посмотрела в его сторону. Пол пожал плечами и закатил глаза, показывая всем своим видом, что разговаривает с кем‑то не очень важным.

— Почему ты так считаешь?

— Ты ведь знаешь, Пол, я бы никогда не побеспокоила тебя без причины. Я знаю, какой ты занятой человек.

— Может, мне позвонить Кэрол Мэттьюс? Она опытный консультант по вопросам семьи и брака.

— У меня не получается разговаривать с женщинами о личных проблемах, Пол.

— Она хороший специалист.

— Неважно, насколько она хороший специалист. Она не сможет мне помочь.

Юнис снова посмотрела в его сторону. Пол перенес телефон в гостиную, но обнаружил там Тима, лежащего на диване и читающего учебник по истории. Толкнув стеклянную дверь, Пол вышел во дворик.

— Женщины не любят меня, Пол. По–моему, они мне завидуют. У меня есть деньги. У них нет. Я делаю все, что в моих силах, чтобы блестяще выглядеть для своего супруга. А они сплетничают обо всем, начиная с разницы в возрасте между мной и Робом и заканчивая размером моей груди. Спорю, ты не знал об этом, не правда ли?

— Нет, не знал.

Маленькая невинная ложь.

Пол, безусловно, признавал, что Шила — самая красивая женщина в общине. И ему, безусловно, доводилось краем уха слышать пересуды. Буквально на днях за обедом Лавонн Локфорд прокомментировала внешний вид Шилы Атертон, заявив, что Шила своими якобы искусственными формами очень напоминает героиню сериала «Звездный путь» по имени Семь–из–Девяти. Пол не знал, прибегала ли Шила к услугам пластического хирурга. Но он здоровый мужчина. И когда Шила приходила к нему на консультацию в обтягивающих брюках и свитерах, он не мог не замечать прелестей ее плоти. Порой она так двигалась, что у него дух захватывало.

— Я стараюсь не приходить к тебе часто, Пол, — проронила Шила на прошлой неделе. — Я не хочу, чтобы думали, будто я неверна мужу. Но, по–моему, лучше быть честной и открыться. С Робом творится что‑то неладное. Я предложила ему пойти к врачу и провериться, но он упорно твердит, что все в порядке. — Пол настоял на том, чтобы она объяснила, в чем дело. — Ладно, не знаю, как это сказать… — И она в деталях обрисовала свою деликатную проблему.

Не мудрено, что бедная девочка чувствовала себя несчастной.

Шила сказала, что ей безумно хочется иметь детей, но, кажется, шансы у нее невелики. Кроме того, у Роба уже есть трое детей от первой жены и вот–вот должен родиться внук.

— Я старалась подружиться с ними, но они люто ненавидят меня. Они винят меня в распаде брака их отца и матери. Хотя отношения Роба и его первой жены испортились намного раньше, чем я появилась в его жизни.

Чем больше Шила говорила, тем больше разных мыслей лезло Полу в голову, тех мыслей, которых, как он знал, ему нужно всячески избегать. В последний раз Шила невзначай обняла его, и Пола ошеломила пугающе мощная ответная реакция его тела. Разумеется, Шила ничего такого не имела в виду. Посредством объятия она лишь благодарила его за то время, которое он потратил на консультации, пытаясь спасти ее брак. Она была очень признательна ему.

— Мог бы ты заехать ко мне домой? Роб уехал утром, и мне так тошно. Думаю, я даже не смогу вести машину, обязательно попаду в какую‑нибудь передрягу. Пожалуйста, Пол.

— Я не могу, Шила. — Роба нет в городе. — Сейчас неподходящее время.

— Неподходящее? — В ее голосе послышалось разочарование. — Но почему? Ты же мой пастор, разве не так?

— Люди неправильно истолкуют.

— Что, собственно, они должны истолковывать?

Она сама невинность.

— Мне нужно с особой тщательностью заботиться о своей репутации.

— И ты думаешь, что я способна навредить тебе? О, нет. Клянусь, не сделаю ничего такого.

— Я знаю. Но люди могут легко ошибаться. Они любят болтать лишнее.

Репутация, заслуживать которую пришлось много лет, могла быть потеряна в одночасье. Пол почувствовал угрызения совести. Ни в Сентервилле, ни в ближайших окрестностях уже давно не было видно Стивена Декера, потому что Джеральд Боэм и Марвин Локфорд заявили, что Декер не является таким уж надежным партнером, каким люди привыкли его считать. «А знали ли вы, что он провел какое‑то время в наркологической клинике?» Пол остался в стороне от этого, но его молчание только усилило разбушевавшийся пожар негодования по отношению к подрядчику. Стивен же ничего не сказал в свою защиту. Первые несколько воскресных собраний, когда сплетня только набирала силу, он приходил в церковь, садился в первом ряду и пристально смотрел на Пола. Через месяц Стивен перестал посещать Центр новой жизни.