Феодор Студит - Сочинения

Это делается у некоторых не совсем так, как заповедано, а постригают с юных лет, или и в законный возраст, но незаконно и не совершенно; от чего все низвратилось, и священник и пророк обезумели , как написано (Ис.28:7), и явилось бесчисленное множество преданий и самоизмышленных постановлений не по любви, а по сребролюбию, не для спасения, а для прибыли. На это я, несчастный, ничего не могу отвечать, как только вздыхать, скорбеть и оплакивать собственные грехи; ты же достигай спасения, возлюбленный сын.

Получив письмо твоего достоинства и прочитав в слух боголюбезнейшего архиепископа и брата моего вместе с присутствовавшими братиями, я, смиренный, возблагодарил Господа, склонившего сердце твое написать правильно символ веры. Исповедовать, что принимаешь Ветхий и Новый Завет и все, преданное от Святых Отцов Церкви Божией, вообще есть правая вера. Но так как и еретики обыкновенно говорят то же, и однако оказываются вопреки словам своим не право содержащими слово истины, то от присланных братии и особенно от аввы Сосипатра мы старались в точности узнать (как и ты предлагал в письме, потому что в письме нельзя высказать всего), — и по благодати Божией узнали, что переданное им тобою, по словам их, действительно православно. Что же именно? Это нужно кратко указать.

Во–первых, о Пресвятой Богородице; говорят, будто ты утверждал, что Дева существовала прежде веков. Так как ты уверяешь, что ты не говорил и не думал этого, но исповедуешь, что она родилась от мужа и жены, Иоакима и Анны, то хорошо.

Во–вторых, о Господе, будто Он не был распят. Так как ты исповедуешь, что Он распят по Писаниям, то хорошо.

В–третьих, об Ангелах и бесах, будто после суда будет восстановление их в прежнее состояние: и будет одно стадо и один пастырь (Ин.10:16). Так как ты отвергаешь это и исповедуешь, что и осуждение, и Царство Небесное вечно, то хорошо.

В–четвертых, о монахе одном, будто он может избавить от наказания сто пятьдесят осужденных. Так как ты отвергаешь это и говоришь, что после смерти нет покаяния и никто не может избавить от назначенного Богом каждому наказания, то хорошо.

В–пятых, о книге, называемой Антониевою, будто ты говорил, что она достойна принятия, между тем в ней есть много богохульного, как мы сами, прочитав, узнали. Так как ты исповедуешь, что отвергаешь ее, как чуждую Церкви Божией и уже не имеешь и не читаешь ее, — ни ты, ни находящиеся с тобою, то хорошо.

Благословен Бог, сделавший очищение среди вас от вышесказанных соблазнов, и благословенно славное имя Его, внушившего тебе сказать, что ты невежда и неученый и во всем будешь повиноваться и слушаться слова нашего смирения.

Я же не буду внушать или предписывать ничего, кроме того, что божественно изречено святыми апостолами, и пророками, и отцами, но только то самое, о чем ты писал: чтобы ты веровал во Святую Троицу, нераздельную по существу, но разделяемую по личным свойствам — в Отца и Сына и Святого Духа, Единого Бога, Единого Господа, — как и вера одна. Отец есть Бог, и Сын Бог, и Дух Бог, не три Бога, — да не будет, — но один Бог и Господь. Это — учение о Боге.

По учению же о домостроительстве надобно веровать, что Один из Троицы, по благоволению Отца и действием Святого Духа, воплотился от святой Богородицы, наитием на нее Святого Духа, осенившего Ее таким образом силою Всевышнего, по Евангелию (см. Лк.1:35), от Которой Он и родился, как совершенный Человек, будучи вместе и совершенным Богом, единый по Лицу, двоякий по естеству, как изложили богоносные отцы и семь святых Вселенских Соборов. Также нужно исповедовать, что Дева есть Богородица, высшая и Честнейшая всех, и может ходатайствовать, как Матерь, пред Своим Сыном и Господом за весь мир. Еще нужно исповедовать Ангелов, что они также молятся за всех людей, а бесы отлучены от них на бесконечные веки, удалены за отступничество в собственное свое жилище и осуждены от Бога на справедливые наказания. Еще исповедовать, что и все святые, как служители Божии, могут ходатайствовать пред Богом о нашем спасении; еще исповедовать святые иконы как Самого Господа нашего Иисуса Христа, так и Матери Его, Ангелов и всех святых, поклоняться им и принимать их, по учению Второго Никейского Собора; анафематствовать всех еретиков, анафематствованных Соборами, и прославлять всех православных, ими прославленных.

Такова истинная вера христианская: таково свидетельство исповедания Христова. Мудрствующий вопреки этому да будет проклят от Отца и Сына и Святого Духа, как говорит апостол Павел: Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема (Гал.1:8–9).

Так как ты сам обстоятельно изложил все это в письме своем, то непременно нужно удостоверить, что ты так думаешь. Каким же образом? Если в конце этого письма сделаешь свою подпись на приложенном к нему листе. Таким образом, мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет (Флп.4:7) и сподобит нас и вас в одном духе и одном сердце веровать и служить Святой Троице, ко спасению своих душ и разделенного на две части народа. Приветствие господину Иоанникию, духовному отцу нашему, и тебе, почтенному и отцу, и брату нашему.

Вопрос. Как должно называть икону Христову и как надлежит поклоняться ей?

Ответ. Вопрос получает двоякий ответ, именно относительно названия: называется и собственно, и не собственно то, что в ней именуется. Собственно икона Христова называется иконою Его; а не собственно — она называется Христом; это в переносном смысле.

Такое же положение следует признавать и по отношению к Животворящему Кресту и его изображению. Равным образом и при поклонении поклонение ей подобно тому, как в отношении к изображению Креста. Оно относительное, так как первообраз и образ суть предметы относительные, по выражению Василия Великого; ибо чествование образа восходит к первообразу. Поклонение одно в отношении к обоим, не рассекаемое и не разделяемое, но к первообразу оно обращается существенно, а к изображению относительно, равно как и самое созерцание образа там бывает существенно, а здесь по подобию.

Итак, поклоняющийся чьему–нибудь образу, или Христа, или Богородицы, или святого, или просто царя, или начальника, или низшего человека, поклоняется тому, чей он есть образ и, таким образом поклоняясь, не заблуждается, но, православно утверждаясь, верно опровергает погрешающих против истины с той и другой стороны. Кого же именно? Тех, которые отвергают поклонение досточтимым иконам, и тех, которые при поклонении говорят, что они существенно поклоняются самим первообразам. Те и другие из них равно богохульствуют: первые, как отвергающие таинство домостроительства, а вторые, как обоготворяющие или придающие существенность тому, что по существу далеко отстоит от первообразов.