Мильхар - Прогрессивный сатанизм. Том 2

А где-то внизу

От зависти скрипят

Челюсти, сведенные трюизмом:

А не была ли ты

В квартире номер 50?

Да была, но только в прошлой жизни.

Колокол звонит,

Но не по тебе:

Ты еще вернешься в этот город,

Вызвав изменения

В вязкой судьбе,

Что расплавят Ведьм

Тяжелый молот.

В пятом измерении

Пробудь пару дней,

А затем в шестое и седьмое

Принеси сомнения

Из Царства Теней

И кольцо Империи стальное.

А где-то на кресте,

Где цепи висят

Спросят опять, негодуя:

А не была ли ты

В квартире номер 50?

Да, была, и вновь туда спешу я.

А не была ли ты

В квартире номер 50?

Да, была, И вновь туда лечу я!

Нечто незнакомое,

Перемена роли,

Вечно недоступная для них.

Это избавление

От длительной неволи,

Волей запечатанное в стих!

Это избавление

От длительной неволи,

Волей запечатанное в стих…

Твой талант – отзываться Тьме и Огню.

Твой талант – эссенция смерти в жилах.

Твой талант – вечный вызов Свету и дню.

Некромант. Ты пируешь на древних могилах,

Ты чувствуешь тлен позабытых костей,

Бледно синий свет из замшелых склепов.

Ты прошел сквозь поток бесконечных смертей

Для того, чтоб познать, как жизнь нелепа.

Танатос тебя не оставит в беде.

Танатос тебе не позволит пропасть.

Memento Mori. Всегда и везде

Танатос, твоя абсолютна Власть.

Призывая тех, кто не жил,

Наслаждайся открытием Врат.

Да проводит тебя Азраил

В круг девятый. В кромешный Ад.

Где лишь свет Бетельгейзе над тенью гробниц,

Где мерцает во тьме твой шеоловый трон,

И стекает роса из усохших глазниц

Звёздной россыпью на ледяной небосклон.

Воды Стикса сочатся сквозь поры твои,

Проникая в кошмары заклятых врагов.

Белый свет, захлебнувшись, утонет в крови

От пылающих жал искривленных клинков.

И гранитом застынет их стон на устах,

Воплотивши бессилие мира людей.

И сомкнется земля, и развеется прах,

Подчинившись незыблемой воле Твоей

Танатос. Баланс. Мрак. Переход.

Контроль. Свечение. Сила. Мудрость.

Пять черных всадников,

Смертью отмеченных,

Тьмой опоясанных,

Вскормленных вечностью,

Пять черных воронов,

Плотью привлеченных,

Сквозь сумрак леса летят.

Пять грозных вестников,

Роком нареченных,

Ужас неспящих

Сынов человеческих,

Пять избавителей,

В латы облеченных,

Чьи души вечно горят.

Ты ль не отчаянный,

Ты ль не воинственный,

Ты ли не истинный,

Ты ль не единственный?

Так почему же

От топота быстрого

Дрожью забился твой взгляд?

Что нам пять всадников,

Пусть и таинственных?

Звук громких окриков,

Гнев метких выстрелов,

Пять дерзких капель,

Летящих осмысленно,

Их остановят отряд.

Пять черных всадников,

Смертью отмеченных,

Тьмой опоясанных,

Вскормленных вечностью,

Пять черных воронов,

Пулями встреченных,

Пущенными наугад.

Путь продолжают,

Дорогой намеченной,

Запахом новой

Добычи привлеченных.

Души глупцов,

В темной просеке встреченных,

Кровью на ножнах блестят.

Разит врагов кривая сабля

Ударом точным, резким, быстрым!

Стекает кровь, за каплей капля…

Удобрим землю кровью чистой!

О Тор, войны могучий бог,

Ты в этой битве – брат мой старший!

Поднимем алой крови чаши

За то, чтоб был победным бой.

Вздымаются фонтаны крови.

Вампиры, пир вам будет тут!

Здесь влаги животворной море,

Здесь сабли смерти гимн поют!

Ликуйте, демоны из Ада!

Тост поднимите за меня,

Не надо мне иной награды.

Встаёт кровавая заря!

Снег превратился

В зыбучий песок,

Он мешает волку бежать,

Вязнут лапы,

Нет сил свернуть

Туда, где нет врага.

Лес! Скрой беглеца!

Лес! Даруй ему жизнь!

Нет его бегу конца,

Его сердце – это сгусток огня,

Это пламя огня!

Огонь его сердца,

Плавящий лёд,

Помогает волку бежать,

Он последние силы,

Ему даёт

Продолжать, продолжать дышать.

Лес! Скрой беглеца!

Лес! Даруй ему жизнь!

Нет его бегу конца,

Его сердце – это сгусток огня,

Это пламя огня!

Но нет того,

Кто пули быстрей,

Боль обжигает сильную грудь.

Упал серый,

Не может взглянуть,

В глаза своего врага.

Мы уходим вдаль,

Забудь печаль -

Она нам больше ни к чему.

Оставь в миру и злость,

И боль души, и грусть.

И мы начнем наш путь

К планетам, звездам и мечтаньям!

И след наш скроет Тьма,

Ослепит преследователей Свет.

Дорога – лишь она одна

На протяжении многих лет.

Красными бликами

И яростными криками

Сверкнут и зажгутся глаза.

Когда мы уйдем,

Забудь о нем,

О нем, о мире унижений,

Где режет овец пастух.

Нам знание подарит Тьма,

Осветит путь нам Свет,

Кровавой плетки пастуха

Сотрет на сердце след.

Уже я вижу свет Звезды -

Она сияет на пути.

Куда он идет, куда заведет?

Я знать не хочу,

Чтоб не спугнуть мечту.

И пусть гадают овцы о своей судьбе -

Лишь мы ступаем в пустоте.

Я радость и горе вижу на пути,

И Свет и Тьма в объятиях сплелись!

И их я не желаю обойти!

Я лишь скажу: за счастье ты борись!

Уходим вдаль,

Забудь печаль -

Она нам больше не к чему.

В леденящем сверкании взгляда – неведомый знак.

Губы шепчут бессильно, что это ещё не конец…

Серебром по скрижалям небес, как пером по бумаге,

Загораются новых созвездий алмазные звенья.

Но есть горечи звёздного неба предвечная мера,

И в рассветных лучах вдруг сверкнёт огранённый сапфир.

Лишь один его взгляд печально взирает на мир

Светлым оком последней звезды – звезды Люцифера.

Вдруг в зловещем безмолвии вскрикнут небесные сферы.

Как хрустальные очи, огни полуночных светил,

И за гранью миров пролегают их взглядов пути

Вслед за льдистым кристаллом, за светом звезды Люцифера.

В их алмазном свечении отблеск на тёмном металле

В складках чёрных одежд. И пути не наступит конец.

Ты сумеешь прочесть эти знаки на тёмных скрижалях

В час, когда сон небес разбудит новый Творец.

В час, когда облака вдруг погрезятся дымом от серы,

Над предутренним мигом бессмертья в безлунные ночи,

Разорвутся, как саван, неверные строки пророчеств,

Обнажив сверкающий облик звезды Люцифера.

Чёрный блеск моего клинка

Разливается алым закатом.

Я теперь древней Тьмы слуга,

И иной мне судьбы не надо.

Вьётся ночь, словно мрачный стяг,

Ветер хладный неся за море…

Для тебя я теперь – лишь враг,