Алексей Бакулин - Письма в Небеса

Так что, уважаемые предприниматели, святой Димитрий может быть вашим помощником и покровителем, ответит на молитву, поможет в трудную минуту — только не жадничайте!

Что ещё мы знаем о преподобном? Что он славился как могучий бесогон: к нему везли бесноватых со всей Руси. Обратите внимание все, кого постигла такая беда!

Вот ещё интересный факт. Это случилось, когда преподобный уже преставился… Как-то раз новому игумену Спасо-Прилуцкого монастыря приснился сон, будто собрались у него в обители все великие русские святые. Он смотрит: а Димитрия-то нет между светлыми гостями. «Где же наш святой покровитель? Все к нам пришли, а он почему свой монастырь позабыл?» И слышит ответ: «Старец сейчас в Казани!» Проснулся настоятель, и тут ему приносят весть, что царь Иоанн Васильевич одолел татар под Казанью и взял город. А у царя с собой была икона святого Димитрия, которого он весьма почитал и кому усердно молился. Выходит, что победе над татарами-мусульманами мы в немалой степени обязаны вологодскому старцу… Может, и теперь пришло время помолиться ему всем миром?..

Интересен рассказ о том, как образовался Спасо-Прилуцкий монастырь. Когда Димитрий по благословению Сергия Радонежского пошёл искать место для новой обители, то сначала пришёл к реке Леже, что неподалёку от Вологды. Место было хорошее, но вдруг явились к старцу местные крестьяне и заявили: «Уходи-ка ты отсюда подобру-поздорову! Знаем мы вас, монахов: глазом не моргнёшь, как всю землю у нас оттяпаете!» Смиренный старец не стал спорить, тут же собрался и ушёл на реку Вологду. Наученный горьким опытом, сперва спросил у крестьян: «Что, мол, если мы тут храм Божий поставим и обитель монашескую учредим?» Крестьяне так обрадовались, что попросили начать строительство немедленно. «Где же мы будем строить? — удивился Димитрий. — Тут же поле у вас, хлеб уже выколосился… Подождём хотя бы до жатвы…» — «Ничего, — говорят, — лишь бы храм поскорее встал, а поле мы сейчас вытопчем!»

Вот как появляются на земле благодатные обители: мало иметь святого настоятеля — нужны ещё и святые прихожане…

Старец Димитрий жил долго. Как-то, проснувшись поутру, монахи Прилуцкой обители почувствовали несказанное благоухание, разлившееся по всему монастырю. Стали искать источник аромата и вскоре нашли: у себя в келии на ложе лежал их настоятель — ночью он тихо почил и теперь тело его источало неземные запахи и светилось ярко, как солнце.

…Побывать в гостях у святого Димитрия легко: поезжайте в Вологду — невдалеке от этого славного русского города стоит большой, удивительно красивый монастырь, окружённый могучей крепостной стеной с разноцветными башенками. Там уже шесть веков спит преподобный. Он и вашу молитву услышит…

Сколько было на Руси святых? Кто их сочтёт! Набравшись смелости, можно сказать: святость в России обыденна. Великий сонм угодников Божиих известен всей земле по именам, ещё большее количество угодников известны только в тех местах, где они подвизались, но поистине несчётное число подвижников осталось и вовсе никому не известными — а ведь какие это были люди! Полжизни можно отдать, чтобы жить в окружении таких людей, учиться у них, напитываться от них благодатию…

Но мы хотим сказать не о безвестном святом, а, напротив, о муже весьма славном — о прп. Ниле Сорском. Даже в несметном воинстве русских угодников, где каждый своим светом светит, каждый по-своему ярок, старец Нил особенно выделяется. Как же так? Как такое возможно?

А дело в том, что преподобному Нилу удалось подвигом своим и словом своим выразить чисто русский идеал «жизни по правде», — той жизни, о которой в глубине души мечтает всякий русский человек, решивший посвятить себя Богу. Святой Нил создал такой образец монашеского жития, который до сих пор имеет огромное духовное обаяние, и силе этого обаяния трудно противиться верующему человеку. Образец этот называется «нестяжательным житием».

Итак, с самого начала. Старец Нил (1433-1508), в миру боярин Николай Майков, начал монашеский путь в Кирилло-Белозерском монастыре. Обитель — одна из богатейших на Руси в те годы, с обширным хозяйством и, как сейчас сказали бы, «развитой инфраструктурой». Хозяйственная суета, царящая здесь, не понравилась молодому Нилу, и он ушёл искать правды у греков. Побывал в Константинополе, в ту пору уже турецком, видел турецкий полумесяц над Святой Софией и, верно, думал: «Вот-де к какому падению привела Греческую Церковь забота о мирской славе!.. Такая роскошь, такая мощь — и всё досталось нечестивым… Вышло так, что для турок богатство копили!..»

Долго Нил подвизался на Афоне. Так познакомился он со скитским устроением монашеской жизни, о котором на Руси не знали. У нас было так: или монастырь большой, общежительный, или уединённая келья отшельника. А тогдашний афонский скит — это серединный путь, когда несколько монахов живут рядом, но не общежительно, а каждый сам по себе. И решил Нил, что такой путь не только для Афона, но и для Руси, а может быть, и для всего православного мира — самый лучший. И пошёл обратно на Русь — устраивать скитскую жизнь.

Устроился он неподалёку от родного своего Кирилло-Белозерского монастыря, но место выбрал настолько дикое, пустынное и мрачное, что даже видавшие виды окрестные жители ужаснулись: кругом унылое болото и глухой, тёмный лес. На этом-то болоте Нил построил себе малую келейку, а потом к нему присоединились несколько единомышленников. Каждая келья отстояла от другой на расстояние брошенного камня; братия собиралась вместе только по субботам и воскресеньям — на общую молитву.

Какую же жизнь предлагал прп. Нил своим ученикам? Во-первых, иночество — подвиг не столько телесный, сколько духовный! Не столько плоть усмиряй, сколько дух совершенствуй! Не за брюхом своим следи, а за сердцем — мыслям не давай расслабляться во грехе. Ослабевшая от чрезмерного пощения плоть может и дух ослабить. Тело следует держать «по потребе без мала», и даже «успокоивать его в мале». (Впрочем, сам преподобный носил такую жёсткую власяницу, словно она была сплетена из острых игл.)

Инок должен заниматься рукоделием, но чтобы только обеспечить себе пропитание — не более того. Главный же труд инока — изучать Священное Писание, ибо все наши грехи, по прп. Нилу, «от еже не ведети нам Святая Писания». Нужно не просто читать, но изучать написанное, глубоко вникать в смысл, пробовать на собственном подвиге применять прочитанное — вот тогда будет толк! Сам старец и на этом не останавливался: он внимательно сличал разные списки книг, исправлял ошибки переписчиков, искал наиболее верные редакции, и тем самым положил начало русской «книжной переписи», ибо, как он выражался, «писания многа, но не вся Божественна». Понятно, что безграмотный крестьянин в скит преподобного Нила быть принят не мог: знание грамоты было обязательным требованием.