Кэтрин Куртц - Наследник Епископа

Нескольких часов будет достаточно, – сказал Лорис, когда они направились к выходу. – Я хочу немного подождать перед тем, как объяснить Истелину, что он выбрал неправильный путь. Может быть, мы сможем…

От боли Дугал потерял нить речи Лориса, когда Гендон и один из трурилльских рыцарей подняли его и медленно повели к двери. Единственной мыслью, стучавшей у него в голове, пока он через затуманивающую разум боль пытался заставить свои ноги двигаться, было то, что Келсон должен узнать о том, что произошло здесь. Но он еще не знал, как он собирается это сделать.

Келсон и его отряд прибыли в Ремут на следующее утро вместе с грозой, полузамерзшие, промокшие до нитки, несмотря на промасленные кожи и подбитые мехом плащи. Принц Найджел встретил их во дворе замка с обнаженной головой и, не замечая проливного дождя, быстро подхватил уздечку королевского коня. Плохие новости, которые он передал, заставили Келсона вздрогнуть.

– Лорис? Не может быть.

Несмотря на ливень, особо приближенные – Морган, Дункан, Кардиель и Арилан – услышали его слова. Молодой барон Джодрелл первым спрыгнул со своей лошади, пока остальные оставались в седлах, почти парализованные от шока. Его движение побудило к действию и остальных. Спрыгнув с коня, Келсон приказал своим приближенным следовать за ним и пошлепал вверх по лестнице к большому залу, кипя от гнева и отчаяния.

– Я думаю, что Вам самому надо поговорить с гонцом, – сказал Найджел, передав пажу промокшие шлем и перчатки Келсона и стараясь не отставать от него.

– Да, но вкратце перескажите мне что он сказал, чтобы я был готов.

Он слушал молча, проходя через большой зал, одной рукой расстегивая свой мокрый плащ, а другой теребя пряжку ремня для меча. Морган подобрал плащ и меч, когда он уронил их, передавая из пажу в обмен на полотенце, которым Келсон вытер лицо и волосы, с которых текла вода. Найджел оставил короля и прочую компанию в маленькой задней комнатушке, а сам пошел за посыльным.

В ожидании они немного согрелись у огня, свалив свои промокшие плащи в кучу в углу и обмениваясь осторожными взглядами. Никто не хотел нарушить тишину первым. Джодрелл действовал как оруженосец стиснувшего зубы Келсона, снимая с него шпоры и помогая ему вылезти из кольчуги, пока Пейн и Рори, младшие сыновья Найджела, разносили среди остальных кубки подогретого вина. Услышав шаги за дверью, король напрягся, торопливо натягивая сухую одежду на свою липкую нижнюю тунику.

– Это – отец Бевис, милорд, – сказал Найджел, сопровождая возбужденно выглядящего молодого священника в темно-синих одеждах обители Святого Иво ордена Fratri Silentii. – Аббат разрешил ему говорить в полный голос.

Человек был достаточно храбр, чтобы войти, но, опустившись на колени возле ног короля, не смел встретиться с Келсоном глазами. Посмотрев на других, чтобы они подошли поближе, Келсон поплотнее запахнул накидку и повернулся спиной к огню, вытянув одну ногу в сторону, чтобы Джодрелл мог снять с него промокшие ботфорты.

– Добро пожаловать к нашему двору, отец Бевис, – сказал он официально, – хотя я не могу сказать того же о новостях, принесенных Вами. Извините, барон Джодрелл будет продолжать разоружать меня, пока мы говорим, но я не собираюсь расхолаживаться, особенно, если мой старый враг опять на свободе.

Голова священника склонилась еще ниже.

– Нет, это я должен просить прощения, Сир – я и мои братья. Мы нанесли Вам вред. – Его голос был чуть громче шепота, несмотря на разрешение аббата. – Мы приложили все усилия, чтобы надежно охранять отца Лориса, как было предписано Вами, но он… сбежал. – Он испуганно поднял глаза. – Пожалуйста, Сир, не думайте, что вся вина лежит только на нас. Отец аббат сказал, что ему должны были помогать извне.

Морган, гревший спину справа от Келсона, презрительно фыркнул, но Келсон только покачал головой и вздохнул, поворачиваясь, чтобы Джодрелл мог снять второй ботфорт.

– Пожалуйста поднимитесь, святой отец, – сказал он терпеливо. – Мой дядя уже пересказал мне суть вашего сообщения. Мы уверены, что ваш благородный Орден сделал все, что мог для того, чтобы держать вышеупомянутого архиепископа под надежной охраной. Вы не нашли никаких следов?

– Никаких, Сир. И странствующий проповедник, называющий себя брат Джеробом тоже исчез. Мы думаем, что он мог участвовать в этом. Арх… я хочу сказать, что несколько дней назад отец Лорис особо просил, чтобы этому человеку позволили исповедать его. Мы думали, что его впечатлил проповеди этого человека.

– Сбежал прямо из Святого Иво, – пробормотал Кардиель. Но Келсон проигнорировал это замечание.

– Понимаю. И когда он сбежал?

– Шесть дней назад, Сир. В Канун Святого Андрея, где-то после вечерней трапезы.

– Канун Святого Андрея, – пробормотал Келсон. – Пока мы были в Ратаркине. Шесть дней назад, – добавил он, глядя на Моргана. – Он может быть где угодно.

– Хорошо бы в аду! – с горечью сказал Морган.

Келсон еще раз вздохнул и начал поворачиваться к Кардиелю и Арилану, но вспомнил о священнике, все еще стоящем перед ним.

– А, спасибо за то, что проинформировали нас, отец Бевис. Мы можем пожелать задать Вам еще несколько вопросов, но пока Вы можете подождать снаружи. Пажи покажут Вам где.

Когда священник вышел из комнаты, сопровождаемый пажами, явно разочарованными тем, что они пропустят дальнейшее, Келсон развернул свое кресло, чтобы сесть лицом к огню, пока остальные подыскивали куда сесть. Найджел и епископы заняли оставшиеся кресла, и Джодрелл примостился на плите перед камином. Дункан остался стоять, сложив руки на груди и прислонившись к стене слева от камина. Морган, слишком взволнованный, чтобы стоять или сидеть, нервно расхаживал между Дунканом и королем.

– Очень хорошо, господа. Есть какие-нибудь идеи, куда мог направиться Лорис? – спросил Келсон.

Кардиель поджал губы и обменялся взглядами со своим коллегой-епископом, который пока не проронил ни слова.

– Конечно, туда откуда пришла ему помощь. Он не может действовать в одиночку, а весь Гвинедд знает и понимает, почему он был смещен и отправлен в обитель Святого Иво. Это значит, что помощь ему должна была прибыть из-за пределов Гвинедда. Есть два варианта, которые сразу приходят на ум: Меара или Торент.

– Только не Торент, – сказал Арилан. – Во всяком случае, пока трон Торента принадлежит Дерини.

– Значит, Меара, – сказал Кардиель, не дождавшись от Арилана продолжения. – Это не Торент, но звучит не лучше.

– Почему? – спросил Келсон.

– Сир, как мы все знаем, в Меаре светская и духовная политика очень тесно переплетены, а Лорис очень чувствителен к политическим вопросам. Он всегда находил поддержку среди консервативного духовенства, и такое духовенство активно участвовало в споре о том, кто должен стать Епископ Меары. Вдобавок, его поддержат и сторонники мятежников. Два года назад, это был Варин де Грей; а сейчас… ну, почему бы и не Меарская Претендентка? Я думаю, что Эдмунд Лорис поддержит бы почти кого угодно, пока это отвечает его планам восстановить свое положение.