Кэтрин Куртц - Камбер – Еретик

– Ни на что другое я сейчас не годен, – ответил Джебедия, задумчиво покачав головой. – Просто погрузи меня в сон. Может быть, когда я проснусь, все это покажется только дурным сном.

– Твой доктор согласен с диагнозом и средством лечения, – Рис улыбнулся, взял Джебедия под руку, когда тот подался вперед, чтобы встать, и знаком велел Йораму поддержать рыцаря с другой стороны. – Сейчас мы отведем тебя в комнату Йорама и уложим спать. Утром ты будешь чувствовать себя намного лучше.

– Должен, – пробормотал Джебедия, нетвердо ступая между ними. – Если будет хуже, я просто умру.

Пока они помогали Джебедия устроиться, Камбер взглянул на Эвайн. То, чему он стал свидетелем, потрясло его больше, чем ему хотелось бы. С уверенностью, выработанной за годы совместной работы с Целителем, он знал – следующей на очереди будет его дочь. Она тоже знала – это говорили ее глаза. Камбер подошел, крепко обнял дочь и отпустил только тогда, когда Рис и Йорам вернулись.

С притворной улыбкой Эвайн заняла освобожденный Джебедия стул. Рис взял со стола бокал и задумчиво посмотрел на него, затем, на что-то решившись, он передал бокал Йораму и сел на стул рядом с женой.

– Прежде чем ты выпьешь это, я должен убедиться, что лекарство подействует на тебя так же, как и на Джеба. – Он слегка сжал ее виски. – Если можешь, сопротивляйся как можно меньше, нет, как можно больше, – поправился он. – О, Боже, определяющая точка не защищена, как обычно! Я не могу проникнуть привычными путями, но эта точка совершенно открыта. Ты чувствуешь, что я подобрался к ней? Она выдохнула:

– Нет.

И Рис взглянул на Камбера и Йорама.

– Вы хотите следить за тем, что я делаю? Думаю, операция пройдет почти так, как было с Грегори.

Камбер положил руку на руку Риса и почувствовал, что Йорам делает то же самое. Ведомые Рисом, они проникли в разные уровни сознания, блуждая в поисках незащищенных путей. Камбер сам ни за что не смог бы добраться до этой точки, и Йорам тоже. Способность тонко различать уровни, которой менее одаренные дерини не обладали, была преимуществом Целителей. Камберу было важно знать, только ли Целитель может влиять на эту точку. В который раз он сожалел, что талант Целителя не был и его даром.

– Вот так ты будешь себя чувствовать, – мягко произнес Рис, глядя Эвайн в глаза.

Камбер почувствовал, как что-то сдвинулось, и все было Уже сделано. Эвайн удивленно заморгала, стараясь быстро оценить ситуацию, как ее всегда учили, но, кроме обычного человеческого зрения и слуха, ничто не посылало сигналов сознанию. Она была слепа!

Она заговорила, обращаясь к Рису, руки которого по-прежнему сжимали ее голову.

– На меня это тоже подействовало, – она старалась заглянуть ему в глаза. Сейчас ничего, кроме этих глаз, Эвайн не видела, хотя они привыкли общаться в прямом контакте душ Рис вернул ей обычные способности дерини, наклонился к ней и крепко поцеловал в губы. У него щемило сердце. На мгновение Эвайн прижалась к мужу, но потом отпрянула и глубоко вздохнула. Увидев, что она кивнула, Рис взял у Йорама бокал и передал жене.

– Ты уверена, что хочешь это сделать?

– Нет. Мераша мне не нравится, но то, что я пережила, понравилось мне еще меньше. Давайте скорее разберемся с этим, и пусть все будет позади.

Она осушила бокал, широко раскрыла глаза и покачала головой, потом откинулась на спинку стула и еще раз глубоко вздохнула.

– У меня остался ужасный привкус, – спустя несколько секунд с трудом выговорила она. – Язык костенеет, в глазах мелькает и двоится.

– Обычная реакция, – ответил Рис, профессионал вновь взял в нем верх, когда он сжал запястье Эвайн. – Сейчас действие немного медленнее, чем это было с Джебедия, реакция будет усиливаться.

Она, морщась, закрыла глаза. Рис положил свободную руку на ее лоб.

– Расслабься, любовь моя, Я знаю, что становится хуже. Вдохни глубоко и растворись во вдохе. Присоединяйтесь ко мне, – Рис повернулся к остальным. – Теперь действие зелья вошло в полную силу. Ее защиты разрушены. Способности дерини я не блокировал, но воспользоваться ими практически невозможно. Если бы она попыталась, что-нибудь, может, и получилось бы, но совсем не то, что надо. Самоконтроля больше нет. Это классическая картина действия мераша, такое нам всем приходилось испытывать. А теперь я воздействую и поверну этот рычажок.

Как только он произнес последнее слово, веки Эвайн вздрогнули, и она посмотрела вокруг. В ее взгляде больше не было страдания. Не было и следов могущества дерини. Они исследовали ее мозг, а она оглядывалась вокруг, удивленная исчезновением действия мераша, которое так мучило ее только мгновение назад. Когда все убедились в исчезновении способностей дерини, Рис поднес к губам жены еще один бокал и дал выпить. Затем проводил ее в соседнюю комнату и уложил в постель Камбера, не снимая блокирования, покуда не убедился, что второй бокал сделал свое дело, Вернувшись, он нашел Камбера и Йорама сидящими у камина и, не говоря ни слова, сел на стул между ними. Словно опомнившись, правой рукой Рис коснулся лба Йорама. Прежде чем тот смог отреагировать, Рис передвинул и тут же вернул в обратное положение тот самый загадочный рычажок, оставив Йорама изумляться и качать головой.

– Так я и думал, – сказал Рис, глядя на пламя камина и потирая глаза. – Я начинаю уставать. По-моему, это похоже на передачу энергии при исцелении. Но, очевидно, этап подготовки отсутствует. Это тоже необходимо было узнать. Йорам, ты не испытал каких-нибудь побочных ощущений?

– Была.., чернота на какую-то долю секунды. – Йорам сглотнул слюну. – Рис, ты пугаешь меня!

– Знаю. Я сам себя боюсь. – Рис глубоко вздохнул и посмотрел на Камбера, – Думаю, нашим следующим шагом в познании должна стать проверка того, как это влияет на нашу способность изменять облик. Если влияет, наше открытие становится особенно опасным для тебя. Вдруг не только я могу манипулировать способностями дерини.

Камбер был убежден, что странное явление может принести многие неприятности и беды, но от последних слов Риса невольно напрягся и пристально посмотрел на зятя.

– Есть только один способ выяснить это? – спросил он ровным голосом. – Давай. Я готов.

Камбер почувствовал прикосновение руки Риса на лбу и, когда контакт был установлен, закрыл глаза, зная, по крайней мере, хоть что-то из того, что должно произойти. В это мгновение способности дерини повиновались ему.

А потом наступила темнота, словно кто-то выключил свет и окутал сознание тяжелым непроницаемым шерстяным полотном. Камберу пришлось открыть глаза, чтобы увидеть Риса. Он очень удивился, что, как и секунду назад, тот сидит на стуле. Он знал, где находится и что случилось, но не мог вспомнить свои чувства, он знал только, что-то было утеряно.