Александр Смоленский - Укрепрайон «Рублевка»

– Анатолий! Козел недоделанный, где ты? Возьми трубку! – истошным голосом заорал олигарх.

Однако ответа не последовало. И тут Львов вспомнил, что еще вечером велел охраннику смотаться в магазин купить чего-нибудь съестного, фруктов и соков. Так что, кроме себя любимого, взять трубку было некому.

Преодолевая боль во всех частях тела и унижение от очевидного факта, что олигарх первым поднимает трубку, Львов наконец лениво спросил:

– Это кто?

В трубке послышался голос Эдички Тельцовского:

– Привет, Марик. Я только что встретил в маркете твоего Анатолия. Он мне все рассказал. Тебя избили эти?..

«Вспомнил, гнида, что было неделю назад», – зло подумал Львов о приятеле.

– Они меня и пальцем не тронули, потому что били дубинками и ногами…

– Что ж это такое творится?! – сочувственно и одновременно возмущенно воскликнул Тельцовский. – Тоже мне, нашли мальчика для битья!

– А ты только сейчас обо мне вспомнил? Если бы охранника не встретил, вообще не позвонил.

– Ты говори, Марик, но не заговаривайся. Я понятия не имел, что ты, как и я, оказался в этом заповеднике, – вновь возмутился партнер Львова. – Только сейчас узнал, что мы, оказывается, кукуем вместе. Эти гориллы…

– При чем здесь эти гориллы? Тут дело, Эдик, в другом! Ты же никогда не был идиотом. Жопой чую – нечисто дело…

– Думаешь? Кстати, я видел нашего великого литейщика Стрельцова. Он нечто похожее мне пел. Но я както не прислушался. Он тут сбор трубит. Я подумал, просто безделье свое скрасить. Но после твоих слов?! Действительно, чего это наш волчара стал стаю собирать? Встреча в четверг в два часа на «Веранде». Присоединишься?

– Нет. Мне даже шевельнуться больно. Да и размышлять в одиночестве надо, а не гуртом. Ты, Эдичка, послушай, милый, что этот козел проблеет, а после сообщи.

– Ладно, Марик, выздоравливай. Меня тут ждут, – ответил Тельцовский и резко оборвал разговор.

«Вот падла! Выздоравливай… – со злостью подумал Львов. – А сам спит и видит, чтобы я умер. Быстро все хозяйство к рукам приберет».

В этом момент в спальню вошел Анатолий.

– Я все принес, шеф, как вы велели.

– Где ты прохлаждался столько времени? – рычащим голосом спросил Львов. – Меня тут убить могли, пока ты там лясы точил с Тельцовским.

– Так я всего полчаса… – растерянно ответил Анатолий. В руках он держал белый конверт.

– Ты чего это, козел, каждому встречному рассказываешь обо мне? Опозорить хочешь?!

– Так господин Тельцовский спросил, где вы да как вы… – пытался оправдаться Анатолий. – Он даже не знал, что мы здесь, на Рублевке.

– Что это у тебя?

– Письмо какое-то. Под входной калиткой было, – ответил охранник, протягивая хозяину конверт.

– Чего мне суешь? Он же запечатанный! Не видишь, что ли, я и пальцем пошевелить не могу. Как я его вскрою?! – разозлился больной. – Вскрой. И осторожнее. А потом шагай отсюда, подай свежевыжатый ананасовый сок со льдом.

Сам он принялся читать письмо:

Уважаемый господин Львов! Объявленный на Рублевке карантин – это не просто экологическая катастрофа. Это божья кара на таких, как ты, кровососов на шее России! Но поскольку, благодаря именно таким, как ты, у нас в стране теперь продается все и вся, продается и твоя свобода…

«Как в воду глядел», – подумал олигарх.

…А потому мы можем предложить содействие на определенных финансовых условиях, которые будут сообщены дополнительно. В случае готовности к сотрудничеству позвони по местному номеру 35–87 и сообщи на автоответчик о своем решении.

Комитет по экспроприации.

В первое мгновение Львов подумал, что все еще спит. Затем он решил, что данное послание есть всего лишь съемка для телепрограммы «Розыгрыш». Однако хорошенько пораскинув мозгами, Львов с ужасом пришел к выводу, что это слишком дорогое удовольствие даже для развлекательного телешоу! Похоже, весь этот спектакль поставлен гораздо более серьезными козлами, чем козлы с телевидения!

Поразмыслив еще немного, он невольно стал прикидывать, во что же может обойтись «свобода», исходящая от какого-то комитета по экспроприации. Надо же, название какое придумали. Любопытно, кто же еще получил столь «призывное» послание?..

– Эй, Анатолий! – закричал он на весь свой огромный дом. – Засранец, опять растворился. Давай назад, ко мне. И не делай вид, что не слышишь.

Через десять минут охранник с короткой депешей от Львова выехал со двора на поиски Тельцовского. В конверте, который дал ему хозяин, было полученное письмо и короткая записка, чтобы Тельцовский не забыл спросить у «пацанов», получали ли они подобные послания.

Выпроводив очередного пациента, Марина Танкер выглянула в окно. Под воротами ее особняка шумела длинная очередь практически незнакомых ей людей. Со дня катастрофы минуло ровно одиннадцать дней, которые для нее слились в один цветной кошмарный сон. Строго говоря, красавица Марина никогда не практиковала как обычный врач.

Ее клиентами были исключительно избранные особы мужского пола, которых Марина выбирала по большей части сама по своеобразным критериям. Все они непременно должны были нуждаться как в сексуальных утехах, так и в нежной, почти материнской заботе.

Ее гонорары за курс лечения составляли в зависимости от количества услуг не менее миллиона долларов в год. Многие старожилы Рублевки уже давно могли бы объединиться в клуб миллионеров – любителей Марины Танкер. Если бы не боялись широкой огласки деталей своей непубличной жизни. Еще одним элементом «фирменного» стиля госпожи Танкер было умение сохранять дружеские отношения со своими бывшими и нынешними клиентами. Это ценилось всеми как высший шик.

То, что началось с объявлением карантина, Марине даже во сне не могло привидеться: к ней скопом повалили совершенно не те люди, которых она обычно принимала. Наивная дура, кляла она себя, когда в надежде скрасить быт друзей и приятелей олигархов повесила на шоссе два огромных рекламных щита о парапсихологических услугах. Боялась, клиентов не будет.

Что, черт возьми, происходит, спрашивала себя доморощенный парапсихолог. Когда же придет конец этому массовому психозу? Дом загадили до невозможности, домработница Фрося так и не вернулась с отгула. А пациенты прут и прут…

Неужели и вправду действует космический вирус и люди со слабой психикой не могут ему сопротивляться? В голове мелькнула некая догадка: она вспомнила о подкинутой кем-то из больных посетителей листовке под странным названием «Что каждый должен знать о психотронном терроре».

Марина быстро порылась в куче бумажного мусора на столе и удивилась, что сохранила листок. Она быстро пробежала глазами текст: