Ирина Мартова - Странные женщины

– Скажите, пожалуйста, какие мы обидчивые. Ну и проваливай, подумаешь…

Дождь, противный и колючий, поливал город еще два дня, а на третий немного успокоился. Но низкое небо, перепаханное рваными темными тучами, не обещало ничего радостного. Сентябрь, лишивший горожан долгожданного «бабьего лета», по-прежнему больше казался октябрем, сумрачным и холодным, чем золотым и багряным первенцем осени. Рассветы становились все мрачнее, повсюду пахло сыростью, промозглостью и веяло тоскливостью и угрюмостью.

Но что делать… Погода погодой, а жизнь ведь никто не отменял. Поэтому горожане, одевшись потеплее и прихватив зонтики, торопились по своим делам, стараясь не отвлекаться на мысли о грядущих холодах.

Александра проводила в своем центре творческий вечер, посвященный поэтам Серебряного века. В качестве гостя пригласили и Марусю, которая с удовольствием читала стихи любимой Ахматовой, рассказывала о ее трагичной судьбе и о квартире-музее в Петербурге.

Вечер получился трогательным, теплым и очень домашним. После чтения стихов дети и гости пили чай с пирогами, угощались вареньем и другими сладостями.

Когда мероприятие завершилось, Александра кивнула Марусе.

– Ну, что? Поехали домой?

По дороге они еще успели поболтать, обсудить новую кофточку Александры, странную соседку из второго подъезда и удивительно холодный сентябрь. Возле своего дома, они, не сговариваясь, прибавили шагу – уж очень хотелось поскорее в тепло. Вдруг заметили на детской площадке мужчину, одиноко сидящего на лавочке возле качелей.

– Ты только посмотри, – недовольно кивнула Мария. – Опять какой-то бомж на детской площадке отирается…

– О! Я его знаю! Эй, мужик! – Александра ринулась в сторону качелей. – Эй, слышишь? Это опять ты?

Мария, догнав ее, нервно дернула подругу за рукав куртки.

– Остановись. Ты куда? Куда тебя несет, глупая? Вдруг у него нож или еще что-то?

– Перестань, – отмахнулась подруга. – Я его знаю.

– Кого? – Мария остановилась. – Не подходи к нему, слышишь?

Сашка обернулась к ней и весело пожала плечами.

– Говорю же, я его знаю. Стой там. Сейчас я приду.

Но Мария, волнуясь за свою непутевую подругу, пошла за ней. Дойдя до детской площадки, Александра остановилась возле сидящего на качелях человека.

– Эй! Ты чего опять здесь?

Мужчина поднял на нее удивленный взгляд.

– А, это снова вы? Что? Опять деньги предлагать станете?

Мария занервничала. Дернула подругу за полу куртки сзади и зашептала в спину:

– Что он несет? Какие деньги? Пошли домой! Саша, пошли быстро домой!

Александра насмешливо прищурилась, разглядывая замерзшего человека. Тот, съежившись и подняв воротник пиджака, демонстративно отворачивался от назойливой прохожей.

– Слушайте, что вы пристали? Чего хотите?

– Вот наглец, – Александра усмехнулась. – Что? Будешь здесь ночевать?

– Послушайте, дамочка, – мужчина резко поднялся, – отстаньте вы от меня, ради бога! Чего вам нужно? Может, опять сумки донести? – Он сердито отвернулся, собираясь уйти.

– Что ты к нему пристала? – Мария, не выдержав, забарабанила по спине подруги. – Кто это? Пойдем, от греха подальше!

Но Александра уже закусила удила и, отодвинувшись от Маруси, злорадно выкрикнула:

– Я же вижу, идти тебе некуда. Что ж ты нос воротишь?

Мужчина резко остановился.

– Да что ты прилипла ко мне? – покраснев от негодования, неожиданно перешел на «ты» незнакомец. – Тебе что, улицы жалко? Иди своей дорогой…

Александра обиженно замолчала, а потом развела руками.

– Вот, пожалуйста… А потом говорят, народ у нас безразличный. Тут и хочешь помочь, да не можешь. – Она сердито обернулась к подруге. – Ну, что? Чего дергаешь меня? Идем да идем! Не жалко тебе человека?

Саша рванула к подъезду. Мария, ничего не понимая, кинулась за ней, еле поспевая, перепрыгивая лужи и обходя грязь на тротуаре.

– Господи! Да подожди же, куда понеслась? Что за день такой! Да постой же! Что ты как с цепи сорвалась? Можешь спокойно объяснить, кто это? Этот бомж тебе знаком что ли?

– Знаком, – пробормотала Александра. – Сумки мои нес два дня назад.

– Боже мой, – Мария чуть не поперхнулась, – час от часу не легче. Какие сумки? Куда нес? Почему он?

– Маруся! Что непонятно? Я шла, сумки тяжелые, он сидел, потом сумки донес и ушел. Это понятно?

– Это понятно, – кивнула растерянная и ничего не понимающая Маруся. – Но все же я не поняла… Он кто?

Александра прислонилась к стене лифта, сердито глянула на подругу и вдруг захохотала.

– Кто? Кто? Дед Пихто! Маруся, он просто человек. Мужчина с улицы. Я вижу, он порядочный, и чувствую, что с ним беда приключилась. Вот и хотела помочь. Поняла теперь?

– Теперь поняла, – послушно кивнула Маруся.

«Просто белиберда какая-то – бомж, беда, помощь, сумки…» – недоумевала мысленно Маруся. Но Сашке об этом решила не говорить, зная ее взрывной характер.

Они поднялись на лифте до пятого этажа. Постояли, поболтали о том, о сем… Потом, распрощавшись, разошлись по квартирам, договорились попозже созвониться.

Войдя в квартиру, Александра долго стояла у зеркала в прихожей. Задумчиво поворачивая голову то в одну сторону, то в другую, она не разглядывала себя, а словно хотела заглянуть внутрь той женщины, что отражалась в загадочном серебряном стекле. Потом, нахмурившись, вздохнула, прошла в комнату, переоделась в легкий халатик, умылась и отправилась на кухню. Там, включив чайник, подошла к окну.

Уже совсем стемнело. Желтые круги тусклого фонарного света расползлись по всему двору. Проснувшийся ветер швырял в прохожих охапки уже увядших листьев. Где-то хлопала входная дверь да изредка слышался детский плач – у соседей недавно родился внук.

Александра обвела взглядом притихший двор и вдруг нахмурилась. На детской площадке, совершенно пустой, так и сидел понурый одинокий мужчина. Александра, конечно, не видела его глаз, но отчего-то ей казалось, что они полны тоски и отчаяния.

Прикусив губы, она угрюмо побарабанила пальцами по подоконнику, тяжело вздохнула, а потом вдруг резко развернулась, и, как была, в легком халатике, выскочила на лестничную площадку.

Не дожидаясь лифта, Александра выбежала из подъезда, пронеслась по двору до площадки и затормозила перед остолбеневшим от неожиданности мужчиной.

– Быстро вставай и двигай за мной, – скомандовала она. – Если не хочешь, чтобы я простудилась, поднимайся скорее. Ну?

Опешивший незнакомец послушно встал с лавочки и безропотно двинулся за Александрой.

Они молча вошли в лифт, без слов доехали на пятый этаж и в полном же молчании переступили порог ее квартиры. Мужчина, закрыв за собой дверь, недоуменно остановился у входа. Он сконфуженно переступал с ноги на ногу, очевидно, стыдясь своей нечистой обуви. Хозяйка, стараясь не глядеть на него, чтобы не смущать, сбросила промокшие тапочки.