Кит Миллер - Попрощалась юность

– Я не видела. Но говорят, – Наталья Семеновна посмотрела в окно на садовника, – он с утра развешивал крыс у нас на заборе.

– Вот засранец! Проверю в погребе, – ответила соседка.

Наталья Семеновна вернулась на кухню и выглянула в окно. Толика нигде не было. Вдруг хлопнула входная дверь и из коридора послышалось: «Халтурите, Наталья Семеновна». В арке показался садовник.

– Вы не успеете добежать к телефону.

– А вы что ж покинули пост? – желчно спросила она. На плите в кастрюле закипела вода, и Наталья Семеновна взялась погружать нарезанные овощи. Садовник прошел к раковине и промыл руки и горсть черешни.

– На что вам цемент, Леонид? – между делом спросила она, не глядя в его рыжее лицо.

– Цементировать погреб, – ответил довольный собой садовник. – Вас не беспокоят эти крысы? А нас с хозяином беспокоят.

Наталья Семеновна метнула злобный взгляд.

– Себя зацементируйте. Люди там хранят продукты, зерно для кур. Чем они будут кормиться?

Садовник усмехнулся.

– Им Богдан Алексеевич помогает. Не пропадут.

– А вы не распоряжайтесь, кому как жить. Никто вам не позволит его закрыть.

– Глупая женщина, никто и не собирается закрывать погреб. Вы так помешаны на этом… глупом мальчике, что вам везде мерещатся его враги. Я буду цементировать щели от проклятущих крыс. Идите лучше к телефону. Скоро позвонят.

Наталья Семеновна пришла в ярость от его хамства. Так шутить над ней!

– Идите лучше вы, – прикрикнула она. – Караульте ворота.

Не успела она отвернуться, как раздался звонок.

– Что это? Телефон?

– Вот! Я ж вам сказал, будьте у телефона. Успеете ли теперь добежать в вашем-то возрасте?

Наталья Семеновна сняла с плеча полотенце и бросила в прищуренное лицо садовника.

Наталья Семеновна упала в кресло и схватила трубку:

– Слушаю.

Мужской голос заговорил не про цемент.

– Что? Позвать Богдана? – переспросила она. – Его сейчас нет. А кто это звонит? Кто?

Услышав ответ, она прижала ладонь к губам. Сколько ж лет она ничего не слышала о нем.

– Его сейчас нет, – сказала она встревоженно. – Что ему передать? Тогда перезвоните. Перезвоните вечером.

Услышав гудки, она положила трубку и машинально протерла телефон фартуком.

– Ну? – спросил садовник.

– Вы еще здесь? Воды мне принесите.

Наталья Семеновна с отсутствующим взглядом развалилась в кресле. Садовник опустился перед ней на колени и подал стакан.

– Не послушали меня. Бегать в вашем-то возрасте.

Телефон зазвонил снова, и они затеяли борьбу за трубку.

– Дайте сюда! – закричала Наталья Семеновна. – Алло! – прикрыв трубку, она прошептала, – ваш цемент.

Садовник кивнул и с деловым видом продолжил разговор, а Наталья Семеновна медленно поднялась и прошла на кухню. На плите закипал суп. Она перемешала его ложкой, бросила щепотку соли.

– Сейчас привезут, – послышалось в коридоре, и за садовником захлопнулась дверь. Наталья Семеновна открыла шкафчик в поисках черного перца. Перебирая пакетики с куркумой, лимонной кислотой, она перевернула солонку на столе. Всплеснула руками – плохая примета, и тут же рядом с солонкой заметила пакетик перца. Крышка кастрюли задрожала. Полотенца нигде не было, и Наталья Семеновна совсем растерялась. Она неосторожно схватилась за крышку фартуком и уронила ее. Крышка загрохотала по полу, и Наталья Семеновна, не в силах больше сопротивляться волнению, отключила плиту и присела за стол. Как она преподнесет новость Богдану? С порога скажет, что из Ливана спустя пятнадцать лет позвонил Роман Туманов? Она посмотрела на часы. С работы Богдан Алексеевич возвращается не раньше половины шестого, есть еще время подумать.

Наталья Семеновна все же приготовила суп, и оставшееся время провела в кресле у телефона. Скоро с улицы раздался собачий лай, садовник Леонид загремел воротами и вытянулся рядом с ними по струнке, встречая машину хозяина. В панорамное окно зала она видела, как он сопровождает Богдана к дому, пытаясь подтянуться до его плеча, распыляясь про крыс и непутевого соседского мальчика Толика. Богдан Алексеевич изредка кивал, оглядывая двор.

Наталья Семеновна продолжала сидеть в кресле, когда отворилась дверь, и ясно послышалось, о чем распинается садовник.

– Руслан дома? – спросил Богдан Алексеевич.

– Не вернулся еще, я бы видел, – отрапортовал тот. – Так вы не ответили, в летнице я могу навести порядок? А то и грабли поставить некуда.

– Давайте с летницей повременим.

Они расстались, и Богдан Алексеевич прошел на кухню.

– Наталья Семеновна, – позвал он. Наталья Семеновна не шевелилась. Она вжалась в кресло и прижимала ладонь к тяжело вздымающейся груди.

– Добрый вечер, – раздался голос у нее над головой. – Я вас нашел. Что случилось? Вы сожгли курицу?

Она приподнялась и посмотрела на него безвинными глазами. Богдан Алексеевич положил на спинку дивана пиджак, расстегнул манжеты белой рубашки и присел на подлокотник напротив нее.

– Наталья Семеновна, загадки не ваш козырь. Говорите, что случилось.

– Не знаю, как вы отреагируете.

– Постараюсь без истерик, – улыбнулся он. Глядя в его вдумчивые глаза она понемногу успокаивалась. Он взял ее руку в ладонь, и она рассказала о нежданном звонке. Хмурясь и вздыхая, она удерживала его спокойный, внимательный взгляд. И, когда уставила на него полные тревоги глаза, Богдан уточнил:

– Вы не сказали, что он хотел.

– Да откуда мне знать? – воскликнула Наталья Семеновна. – Разве ж он мне звонил. Как вы сказали? Не его это козырь с прислугой разговаривать.

– Ну, какая вы прислуга, Наталья Семеновна? Вы у нас едва ли не глава семьи. Не обижайтесь.

– Не обижаюсь. С чего это он позвонил первый раз за столько лет?

– Надо было спросить, мы бы не гадали.

– Он же не просто так позвонил, Богдан Алексеевич. Думаете, серьезный будет разговор? Как вы думаете?

– Скоро узнаем.

Он поднялся, и, приглаживая ладонью черные волосы, посмотрел в окно.

– Как вам наш новый садовник?

– Болтает ерунду, – Наталья Семеновна махнула рукой. – Богдан Алексеевич, вы же не будете цементировать погреб у соседей?

– Я? Нет. Цементировать будет Леонид.

– Но вы же проследите?

– Прослежу. Пока не перезвонил Рома, пойдемте ужинать, Наталья Семеновна.

Он подал ей руку, помогая подняться, и повел на кухню.

***

Луна заглядывала в окно, освещая кровать Натальи Семеновны. Сна не было, и она лежала, уставившись в темноту. Сердце давило от предчувствия. Зачем звонил Роман? Неужели опять какие-то козни с деньгами? Или совесть проснулась, и он решил примириться? Чего только она не придумала. И если бы не услышала шаги в зале, так бы и лежала в мыслях бог знает сколько. Наталья Семеновна поднялась с кровати, одернула ночную сорочку и забрала очки.