Елена Кашина - Пути неисповедимые

В курс лечения входили и развлекательные мероприятия. Один раз в неделю в лечебницу с концертом приезжали артисты, а в конце Катиного лечения состоялась экскурсия в соседний городок касты Э – НГЭ-1, в Академгородок, где в неограниченных по финансированию университетах, проводились фундаментальные научные исследования, обеспечивающие научно-техническое могущество Мира Абсолюта. НГЭ-1 был городом учёных и крупных администраторов, координировавших деятельность промышленных мегаполисов касты Масс. Большинство выпускников технического факультета школы «Луч Абсолюта» поступали в технические вузы этого города.

Электробус колесил по городу; как водится, в достопримечательных местах останавливался, экскурсанты выходили из него, экскурсовод вёл за собой и показывал, рассказывал, а все слушали и осматривали. Город был уютный, чистый. Просторно раскинувшись по берегам горной реки, выше по течению которой находился их город НГЭ-2, НГЭ-1 живописно вписывался в холмистый ландшафт; дома не выше семи этажей, коттеджи среди садов, много цветов – всё очень походило на их родной город. Посетили экскурсанты и лабораторию со сложнейшим научно-техническим оборудованием.

В завершение экскурсии было дано два часа свободного времени. Многие направились в кафе и кондитерские, а новая знакомая позвала Катю за собой. Вела она уверенно, как будто знала город; несколько раз они сворачивали с одной улицы на другую. Найдя нужное здание, знакомая сказала, что пусть Катя никому не говорит, но она не вернётся домой, и если Катя тоже хочет уехать, то здесь находится пункт по вербовке в другие секторы Мира Абсолюта. Девушки вошли в здание. В вестибюле на стенде висело объявление, в каком секторе требуются работники.

Они читали объявление, когда вдруг за их спинами раздался голос незаметно подошедшего мужчины:

– Вам, что – не нравится наш город?

Новая знакомая, отчего-то испугалась, отошла от стенда, быстро пошла по длинному коридору и завернула за его угол. Мужчина рассматривал Катю внимательно, с подозрением, а она растерянно стояла, поджидая девушку, но та всё не возвращалась. Не дождавшись, направилась на выход. Шла медленно, оглядывалась, надеясь, что знакомая догонит, но та так и не появилась. Уехали без неё.

Прошло два года. За это время концертная труппа побывала в Северном и Центральном секторах Мира Абсолюта. Вернувшись в родной город, в ожидании новых гастролей артисты ждали решения куда, в какие края поедут в этот раз и усиленно репетировали.

Новая заявка на гастроли удивила и вызвала недоумение. Особенность состояла в том, что, кроме городов элитной касты, предстояло дать концерты и в некоторых мегаполисах касты М. О предстоящих гастролях было много разговоров, но, в конце концов, все в труппе сошлись во мнении, что будет интересно увидеть иной мир, иных людей. Было невдомёк, что с участием гастролей труппы, идеологами Мира Абсолюта проводится некий проверочный эксперимент.

О том, что труппе нужен художник-оформитель, Катя сообщила соседу, и тот сразу же обратился к руководству с просьбой включить в неё. И руководство труппы в его лице, не ожидая того, обрело помощника, как никто, умеющего всё устроить, обо всём договориться. Особенно пригодились эти его способности во время гастролей в мегаполисах массовой касты. Люди, робеющие перед представителями элитной касты, с простым в общении художником чувствовали себя непринужденно.

Между Художником и Катей уже давно установились дружеские, лёгкие, ни к чему не обязывающие отношения. Не раз он просил её позировать. Она же, смеясь, неизменно отказывалась:

– Не хочу, чтобы меня изобразили в виде абстрактного пугала.

– Ну, что можно создать в элитной касте, если единственный способный чувствовать человек и тот не желает позировать, – полушутя сетовал Художник.

Гастроли в касте М были расписаны на два месяца. В мегаполисах труппа выступала на самых больших сценах, и аншлаг был полный. Но публика заполняла залы не для того, чтобы насладиться музыкой, а чтобы, при случае, можно было похвастать, что был на концерте, видел элитных, но ни то, ни другое не понравилось. Людям, с малых лет воспринимающим музыку только как грохот эстрады и вульгарные непритязательные песенки, никогда не слышавшим классическую музыку, симфонии и инструментальные концерты казались нагромождением звуков. Публика, не способная оценить бельканте, слушая арии из опер и хоры, скучала. Кате было предложено спеть несколько песен из её репертуара исполнения в ДРВ, но и эти песни успеха не имели. Тогда, посовещавшись, руководство труппы выбрало несколько наиболее пристойных песен из репертуара касты М и поручило молодым исполнителям разучить их. Исполнение «туземных песенок» – так называли их сами исполнители – в конце программы, когда публика уже томилась ожиданием окончания концерта, было столь неожиданным и контрастным по отношению к предыдущим номерам, что им с бурным восторгом долго хлопали и не отпускали со сцены.

Города-мегаполисы ошеломили гигантскими размерами и однообразием. Построены они были на равнинных местах. На громадных пространствах, расчерчивая на одинаковые квадраты, перпендикулярно друг другу тянулись бетонно-асфальтовые сумрачные каньоны улиц. Длиной от одного перекрестка до другого, высотные дома были похожи на громадные кирпичи без каких-либо архитектурных украшательств – прямые углы, плоские поверхности. Внутри каждого квадрата пункт водоснабжения, теплопункт с котельной и отходящими от него заизолированными трубами, здание прачечной, небольшой спортивный зал с огибающими его беговыми дорожками и либо здание детского сада, либо столовый комбинат. Дворы полностью заасфальтированы и забетонированы, и только возле стен домов, как что-то здесь чуждое, – чахлые кусты. Средства передвижения по городу – подземное метро и сходящиеся к его станциям движущиеся посередине улиц ленточные транспортные дорожки.

В центре каждого мегаполиса – возведенный на холме Храм Абсолюта, архитектурой, позолотой купола, мрамором стен и колонн, красотой витражей в окнах, резко контрастирующий с бетонно-асфальтовым окружением.

Там же, в центре мегаполиса, на десятки тысяч зрителей массивный квадратный голографический театр с зеленым высоким куполом. Неподалеку от него большое здание Дворца Симпозиумов со стеклянными стенами и просторно раскинувшийся спорткомплекс. А на берегу неширокой реки любимое место горожан – оазис живой природы, обширный парк с аллеями деревьев, клумбами и прудами.

Повсюду – над входами в учреждения, над балконами жилых домов, над местами посадки на транспортные дорожки, при входе в метро и флюгерами вращающиеся над торчащими выше жилых домов трубами котельных – флаги, но не белые шёлковые полотнища с золотой Звездой Абсолюта, развевающиеся в касте Э, а белые щиты с нарисованной Звездой.