Элеонора Пахомова - Тихий дом
- Название:Тихий дом
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2019
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Элеонора Пахомова - Тихий дом краткое содержание
Тихий дом - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Понимаешь, они мне сниться уже стали, и мать, и дочка, вот до чего дошел. Поначалу вроде было дело как дело. Ну как… Детей, понятно, жалко больше всего. Так ведь не первая она с балкона сиганула. У нас сейчас процент детских самоубийств такой, что… – Иван Андреевич махнул рукой, будто морок отгонял, и снова затих, поник, кивнул чему-то.
– Эк как тебя проняло, – констатировал Мирослав, сочувственно разглядывая кислую мину собеседника, но мысль продолжить не успел.
– А тебя бы не проняло? – Вскинулся майор. – Каждый день она ко мне приходит, мать. Каждый! И в глаза все глубже и глубже заглядывает. До печенки меня уже пробуравила. А мне-то тоже на нее смотреть приходится, и всякий раз, когда я снова вижу этот потухший, выцветший взгляд, мне кажется, что он затягивает меня как болото в другую, не мою жизнь. Туда, где холодно, одиноко и жутко. Не знаю, в общем, как объяснить, но иногда мне кажется, что даже чай или вот… водка, – он кивнул в сторону ведерка, – в другой, в ЕЕ жизни обретают непривычный для меня вкус. А ты говоришь – проняло!
– Я понимаю тебя, Ваня. Не кипятись. Правда, понимаю. – Погодин на нервный тон не поддался. Посмотрел собеседнику в глаза спокойно и пристально, так что тот сбавил обороты, выдохнул.
– Спасибо… За понимание, – беззлобно, но и безрадостно сказал он и опрокинул стопку.
Ежик волос на коротко стриженной русой голове майора заиграл на солнце золотистыми щетинками. Не рассчитав силы, Замятин вернул стопку на стол так, что она угрожающе звякнула. В напряженной позе, ссутулившись, округлив массивные плечи, он казался лишь еще больше, чем был в действительности, – как до предела сжатая пружина выглядит более угрожающей, чем распустившаяся во всю длину.
– Так, значит, Тихий дом, говоришь? – Уточнил Мирослав.
– Тихий, – подтвердил Замятин. – А чего ты к этому дому прицепился? О многом он тебе говорит? По мне, так гораздо больше говорит совокупность всех остальных обстоятельств, судя по которым – это самоубийство чистой воды и единственная виновница этого умерла.
– Боюсь, Ваня, тебе не очень-то понравится направление моей мысли. Но на твоем месте я эту предсмертную записку так просто со счетов бы не списывал. Эти два слова «Тихий дом» на поверку могут оказаться не такими простыми и безобидными, как кажутся.
– Черт, Погодин, ты специально меня бесишь? Можешь по существу говорить, без этих своих интриганских подвывертов? Что не так с этим домом, неужели опять тайное общество сатанистов-оккультистов? Только этого не хватало. Мне, знаешь ли, твоих телемитов вот так вот хватило*.
И он наглядно продемонстрировал, как именно ему хватило телемитов: поднес ладонь ребром к самому горлу, шею вытянул, под рукой нервно, как истеричный ребенок, прыгнул кадык. Сомнений не оставалось – распутывать сатанинские шашни для него, в отличие от Погодина, развлечение то еще.
– Выдохни, Ваня, взвинченный как штопор, того и гляди в землю уйдешь вращательными движениями. Закуси, – Погодин подцепил на шпажку крупную маслину и всучил Замятину.
Иван Андреевич на шпажку посмотрел как на недоразумение – не его масштаб, – но маслину смиренно заглотил, поморщился.
– Если ты так психуешь, значит, сам понимаешь или чувствуешь, что в этой смерти не все точки над i расставлены. Угадал?
Майор покосился на Погодина, словно его застукали за чем-то неподобающим и он с ходу не может решить: оправдываться или идти на попятную. В конце концов он вздохнул, откинулся на спинку кресла, обмяк. Будто то обстоятельство, что его уличили, освободило от ноши.
– Ну угадал. Ты вообще, Погодин, догадливый. За то и держим. За тем я, наверное, к тебе и заявился, чтобы ты произнес эту дурацкую мысль вслух и она перестала точить меня изнутри. Так, значит, все-таки нечисто с Тихим домом?
Мирослав улыбнулся.
– Навскидку не скажу. Если бы ты меня про каких-нибудь розенкрейцеров спросил, я бы с ходу выдал. Про Тихий дом я слышал вскользь и в тему не вникал, но все же слышал. Так что слова эти не случайные. Возможно, неспроста она их написала. Я бы копнул в эту сторону.
– И что же ты слышал?
– Что это некая запредельная территория, до которой современные подростки пытаются дорваться с помощью Интернета. Высокотехнологичное зазеркалье. Больше пока не скажу, честно говоря, пропустил мимо ушей, всерьез не воспринял. Но раз такое дело, справки наведу. Я так понимаю, что предсмертная записка – единственная загадка в этом деле, которая не позволяет тебе поставить в нем жирную точку?
Впервые за этот день Иван Андреевич позволил себе улыбнуться:
– Я уже начинаю тебя бояться, Погодин. Чисто Ванга.
– Говоришь, и порезы на руках у нее были?
– Были. Я из-за этих порезов еще больше убедился, что девочка мысль о самоубийстве вынашивала давно. Раз запястья резала, значит, пыталась уже с собой покончить. Как мать не замечала, удивительно.
– Ничего, Ваня, это пока еще не значит.
– В смысле?
– В том смысле, что мало ты знаешь о современных детях.
– А ты прямо много о детях знаешь! Вон, я смотрю, у тебя мал мала меньше, – Замятин кивнул в сторону резвящейся Степаниды Михайловны.
– Ты забываешь, что у меня студенты, Ваня. Студенты! Так что в некотором смысле меня можно считать многодетным отцом.
Уровень D. Глава 4
– Вот смотрю я на тебя, Тищенко, и как наяву вижу, что ты всю ночь за компом просидел.
Погодин подловил невысокого взъерошенного парня в коридоре, который вел от аудитории к буфету. Разноцветная клетчатая рубашка и лохматая рыжая макушка то угадывались в толпе студентов, то снова исчезали из виду. Но Погодина со следа было уже не сбить. Во время лекции он то и дело поглядывал на этого парня, будто боялся упустить момент, когда тот в своей обычной манере тихой сапой юркнет из аудитории, и ищи его потом, свищи.
Во время лекции объект наблюдения, очевидно, дремал, уютно устроившись на одном из последних рядов, благодаря чему у Мирослава складывалось обманчивое впечатление, что ситуация под контролем и по окончании пары он спокойненько перехватит его на выходе. Однако стоило ему произнести ключевую фразу: «На сегодня все, надеюсь всех вас увидеть на следующей лекции» – и буквально на несколько секунд отвести от зала взгляд, чтобы застегнуть сумку, как парня и след простыл. «Ну как он это делает?!» – только и успел изумиться Мирослав и, подхватив вещи, самоотверженно ринулся в самую гущу столпотворения у выхода из аудитории. К счастью, рост метр девяносто четыре сантиметра давал ему достаточно возможностей, чтобы углядеть в плотных рядах оголодавших студентов искомую макушку.
Эта рыжая макушка наряду с другими внешними признаками Игната Тищенко была знакома преподавателю философии Погодину так хорошо, что иногда от ее вида ему становилось плохо. Игнат относился к той особой породе студентов, которых природа наделила многообещающим, незаурядным умом, но напрочь лишила склонности к методичной учебе (а в качестве бонуса еще и отвесила неодолимого обаяния, противостоять которому умели лишь матерые педагоги). Погодин матерым пока не стал, может, в силу возраста (в тридцать три года матереют только особо предрасположенные), а может, потому, что у него не было необходимости жить на зарплату бюджетника, на которой и закаляется самая крепкая педагогическая сталь. Поэтому лоботряс Тищенко успел отпить у него немало крови. Как с ним было бороться?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: