Евгений Ташу - DEAD MOROSE. Роман-бред

Стрелки часов приближались к полночи – это означало, что настала пора отложить в сторону все свои дела, даже самые важные, потому, что настала пора отправляться в дальнюю дорогу. Также молча сэр Николас и леди Белоснежка прошли в комнату своих семерых детей, где также тихо и безмолвно поцеловали своих спящих чад, после чего переоделись и вышли из дома вон – на улицу, где также молча, не спеша и даже лениво падал снег, засыпая шато сэра Николаса, которое затерялось где-то в непроходимых лесах Лап-Аландии, расположенной где-то далеко-далеко на севере, что, говорят, снег идет там не только зимой, когда он и должен идти, но и даже летом. Сквозь тучи пробивался лунный свет, коему и предназначалось освещать длинный путь сэра Николаса и леди Белоснежки. Сэр Николас подошёл к своей жене, нежно поцеловал ее в губы и виновато сказал:

– Ты уж извини… Сама понимаешь – работа и ничего личного… Ты готова?

Леди Белоснежка утвердительно кивнула головой, ибо она сама понимала – что настала пора…

А пока сэр Николас с леди Белоснежкой будут в дороге, куда они отправились по своей работе, мы, мой дорогой читатель, расскажем вам о полной приключений и волшебства жизни сэра Николаса, а начнем мы с того, что прочтем вам сперва книжку, которую прислал сэру Николасу из далекого Ниппона его старый друг, странствующий буддийский монах и алхимик Квазимода-сан. Итак, присаживайтесь поудобнее, и, пока в камине догорают поленья, мы с вами за стаканчиком славного single malt, еще называемого словом «ишке-бяху», приступим к нашему повествованию.

Прежде, чем начать повествование, я, раз уж мне выпала такая есть – поведать вам сию гисторию, хочу предупредить вас о том, что все нижесказанное является истинной правдой, которую мне поведал рыжий потомок древних келтов Евгешуа бен Вителиус из клана МакТашу за бутылочкой старого виски. Предупредить, что все нижесказанное является чистым вымыслом, что любые совпадения с действительностью являются лишь нелепой случайностью, а кроме того, раз вы собрались выслушать меня, то вы принимаете на себя обязательство того, что вы слушаете меня исключительно добровольно, а посему предупреждены о том, что вы можете религиозно оскорбиться, если вдруг в данной истории вы случайно обнаружите какие параллели с тем, во что свято веруете, а потому никаких претензий ко мне иметь не будете, ибо, как я уже сказал выше, мой рассказ является чистым вымыслом, который вполне мог произойти на этом белом свете, а может даже и произошло все так, как я расскажу, ну, а правда это или вымысел – решать, в конце концов, исключительно вам, мои дорогие слушатели. Ну, а ежели ваши религиозные, гендерные, алкогольные, гастрономические или еще бог весть какие чувства, подобно кисейной барышне, имеют свойства оскорбляться, то отложите сию книгу и не читайте далее, ибо сия книга предназначена исключительно для друзей и единомышленников. Любая часть сего повествования, выдернутая из контекста, без данного абзаца, считается недействительной. А посему, объявляю сей абзац, являющийся неотрывной частью всего повествования, договором оферты.

Итак, хватит мне уже испытывать ваше терпение и томить вас предвкушением – начинаю свой рассказ.

Многие древние кривичские былины начинаются словами: «Гой еси вы, гости да добры молодцы. Да не послушать ли вам былину дивную о временах, в Лету канувших, в исполнении славного Бояна…». В переводе с еще более древнего хиберского это означает: «Ша, гои, ша! Послушайте, таки, шо имеет вам рассказать старый и мудрый Евгешуа бен Вителиус со слов преподобного ребе Авраама Линный Коль».

Давно это было – во времена незапамятные. В начале было олово, и олово было убого, олово было и пох… И вот создал бог Землю и населил ее разными гадами. И был день первый, и увидел бог, что это хорошо. Затем было много событий – бог создал Агдама и Иву, от которых и произошел род людской, заселивший всю Ойкумену во всех концах оной. И вот однажды появился на свет потомок Агдама – мудрейший ребе Авраам.

Как сообщает етегудское Священное Написание «Да-Нах»:

«Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его; Иуда родил Фаруха и Нару от Фамаки; Фарух родил Ероса; Ерос родил Ажама; Ажам родил Аминатора; Аминатор родил Нитсона; Нитсон родил Сулеймана; Сулейман родил Вагиза от Рапиавы; Вагиз родил Оваба от Руши; Оваб родил Каспесея..»

Далее следует список на четыреста персон с подробными указаниями кто кого родил, пока в мире не произошло нечто странное и рожать начали женщины, одна из которых родила Сару, которая родила Извергиль, которая родила Розу Ицхаковну, которая родила Цилю Моисеевну, которая родила (и еще как родила! – вся Одесса сбежалась посмотреть на это чудо!) Симочку, которая и родила Иакова.

Так и появился на свет простой хиберский мальчик Иаков бен Даниил, что означает Яков сын Даниила, или просто, как говорят у англов, Джек Дениелс.

Проживал Иаков бен Даниил в суровой северной стране диких галлов – в Галлии, в столице оной – у городу Парижу. Галлией в то время правил царь Бурбон, которого очень любил и почитал Иаков. Семья Иакова проживала в мрачном хиберском гетто, где Иаков работал подмастерьем в аптекарской лавке своего отца Даниила. Тяжела была жизнь подмастерья – с утра до ночи приходилось толочь в ступке кости летучих мышей, перемалывая оные с кровью жаб болотных, дабы изготовить снадобье лекарское от насморка или геморроя. Лишь изредка удавалось Иакову, стащив у отца монетку в один су, вырваться погулять на Монмартр. В одну из таких прогулок и произошло с Иаковом бен Даниилом приключение – он познакомился со старым горбатым странствующим буддийским монахом, проживавшим в темных подвалах замка Натри-Даму, в котором размещался алтарь местного бога Пистона.

Старый странствующий буддийский монах был родом из далекой и неведомой страны Ниппон, и звали его Квазимода-сан. В молодости Квазимода-сан был весьма отважным самураем, но однажды подвел своего сёгуна – не уберег его от коварного клинка ниндзя, а потому должен был сделать сеппуку. Однако, Квазимода-сан встретил странствующего мудреца по имени Бо Сяк, известного своими бессмертными хокку. Странствующий мудрец-поэт Бо Сяк, коего еще называли Мастер Бо, и посвятил Квазимода-сан в таинства дзен-буддизма, посвятил его в монашеский сан и отправил в дальнее странствие. Но наложил Бо Сяк на Квазимода-сан епитимью тяжкую – взамен сеппуку – будет Квазимода-сан горбуном страшным бродить по белу свету, пока не повстречает человека душой чистого, который и излечит Квазимода-сан от горба ненавистного. Лишь тогда и будет прощена кровь сёгуна.

Долго бродил Квазимода-сан по белу свету. Вместе с войсками Хабатыя он брал Казань, Перекоп и Шпака. В горах Каукасусса, в провинции Иберико, изучал производство эликсира здоровья из лозы виноградной у местного мага батоно Гиви Камикадзе. Бродил по горячим пескам аравийским на пару с аравийским же Ловренсом, где совершил хадж в Макухху. Бродил по горам Тибе-Тау, где нашел таинственную страну Камбала, и где тридцать лет и три года постигал премудрости и тайны бытия. В катакомбах Бога-Дадуса изучал Квазимада-сан у местных бога-дадусских магов алхимию, искал каменюку философскую, а в Междуречье Бабилоновском повстречал шамана Абин Ци Енну, от которого и постиг таинство куба перегонного, производящего субстанцию магическую Аль-Кохоль. На украденном на базаре в Джаляб-Абаде у беспечных торговцев ковре-самолете Квазимода-сан решил уж было добраться до святаго-града Иерушка-Лайм, но попал в вихри небеснотурбулентные, кои и закинули его в земли неизвестные, где проживали люди странные, прозываемые ацете-ка. В земле ацете-ка познакомился Квазимода-сан с магом-кудесником До Ху Аном. Старый До Ху Ан, кай-тайский беженец-иммигрант, сбежавший от хунты кой-реайского деспота Се Дук Сен, обучил Квазимода-сан таинству нагваля и фигваля, койота и пейота. Однажды До Ху Ан обучал Квазимода-сан мистериям трубки курительной и магическому Ка-на-бис, что открывался только посвященным, мог перемещать человека в места сказочные и волшебные, открывал все чакры и третий глаз. Отпробовал Квазимода-сан магического Ка-на-бис, воспарил над землёй и улетел прямо на Цинайский полуостров. Затем Квазимода-сан посетил землю коптов, где находилась библиотека обширная в древнем городе Александрия. Еще девять лет и девять минут Квазимода-сан изучал манускрипты александрийские, пока не заснул со свечой за чтением коптской «Книги мёртвых». Так и сгорела александрийская библиотека, а Квазимода-сан был вынужден продолжить свое одинокое путешествие. Но нигде не мог найти Квазимода-сан человека душой чистого, который снимет с него проклятие и грех, освободив тем самым от горба ужасного. Уже было отчаялся Квазимода-сан найти человека душой чистого, как астрологи Бет-Лехемские подсказали, что звезды указывают ему путь на далекий север – в Эуропику – и найти там страну свирепых галлов, что только там он избавится от своего проклятия. Пришел Квазимода-сан в ближайший порт и нанялся рабом на генуэзскую галеру. По прибытию в Эуропику, Квазимода-сан побывал мацоном в Аустириции, иезурритом в Ватике Анском, тампаксплиером в Берлинариусе и, наконец, прибыл у Парижу – в столицу земли свирепых галлов. У Парижу Квазимода-сан устроился на работу придворным алхимиком к местному царю Бурбону, который и поселил Квазимода-сан в замке Натри-Даму, в котором к тому же размещался алтарь местного бога Пистона. В темных подвалах замка Натри-Даму и разместил Квазимода-сан свой алхимический кабинет и свою отшельническую келью, весьма убогую и аскетическую, как и полагается странствующему дзен-буддийскому монаху.

Читать дальше