Milla Smith - Судьба амазонки

Осаждённые с высоты сторожевых башен смотрели, как их враги разбивают лагерь, зажигают костры и отдыхают перед решающим штурмом. От стана женщин-воительниц разливался пряный аромат неведомых трав.

– Кого это Роскви привёл против нас? – спрашивали озадаченные защитники крепости. – Надо их пощекотать, а то расположились, как у себя дома!

Издалека им было не разглядеть, как колдовала над сложным варевом охотница-знахарка. Хельга самозабвенно варила усыпляющее зелье, используя все полученные в ходе обучения у колдуньи знания. Архелия поставила перед подругой нелёгкую задачу: отвар не должен иметь ни вкуса, ни цвета, ни запаха.

– Всё поняла? – напомнила в очередной раз свои указания предводительница и удалилась в темноту в сопровождении Коринн.

Отойдя от лагеря на безопасное расстояние, спутницы остановились. Архелия обратилась к белокурой красавице:

– Надо вызвать кого-нибудь из вампиров. Давай. Они тебя лучше услышат.

– Я бы не хотела общаться с ними. Если честно, я их боюсь.

– Вспомни, один из них спас твою жизнь в лесу.

– Всё равно, – замялась Коринн.

– Если ты не сделаешь это, то в завтрашнем бою сложат головы многие наши сёстры. Их жертва будет напрасной, потому что у Роскви недостаточно сил…

– Ну ладно, ладно…

Коринн закрыла глаза и сосредоточилась, потом осторожно крикнула в темноту:

– Я прошу прийти того, кто рядом и слышит меня.

Она приоткрыла один глаз, словно опасалась, что её просьба услышана и выполнена мгновенно. Мир вокруг оставался тих и безмолвен, не считая доносящихся издалека звуков от живущего иной жизнью лагеря. Здесь он воспринимался, как шум прибоя. Спутницы вглядывались во мрак окутывающей их ночи, но видели лишь далёкие маяки горящих костров. Когда надежда стала угасать, над головой раздался свист рассекаемого крыльями воздуха, и на землю спланировало долгожданное существо. Вампир нескладно заковылял в их направлении, используя крылья как дополнительную опору. Коринн сжалась и отступила за могучую спину подруги.

– Ты зовёшь меня и боишься одновременно, – недовольно проворчал прилетевший на зов.

Архелия впервые видела такую крупную особь. Вампир ростом достигал её плеча.

– Я просила позвать тебя, – вступилась она за свою спутницу.

– Я обязан только Коринн, её слышу, её просьбу и выполню, – резко оборвал он дочь барона.

Диалог не складывался. Предводительница умоляюще поглядела через плечо на оробевшую Коринн. Та тяжело вздохнула и выступила вперёд с видом идущего на верную погибель человека.

– Хорошо. Я прошу тебя отнести к колодцу людей в крепости одно снадобье и незаметно вылить его туда.

– Странная просьба. Я выполню. Налейте в кувшин – мне удобнее держать, – он говорил односложно и резко. – Завтра сражение?

– Да.

– Свежая кровь – моя жизнь. Позову других «я». Люди убирают погибших воинов с поля. Я не успеваю насытиться. Долгие перелёты в поисках мест, где гибнут воины… Трачу много сил, чтобы прокормиться и остаться незамеченным, – вампир в предвкушении скорого сытного ужина заметно оживился и дал время красавице сходить за кувшином с отваром. Сосуд оказался горячим, и пришлось поставить его в студёную воду небольшого болотца, расположенного поблизости. Архелия, чтобы заполнить создавшуюся паузу, поспешила заверить нетопыря, что отныне Коринн всегда будет сообщать вампирам о готовящихся побоищах.

– Ты была в пещере? – он пристально посмотрел в глаза дочери барона.

– Почему ты спрашиваешь?

– Пытаешься влезть в мою голову и царствовать там. Не получится. Твоя власть не распространяется на наш род. Поговори об этом со Старейшим.

– Откуда в пещере скелеты ваших детёнышей?

– Детей, – поправил он и гордо вскинул мордочку.

– Извини.

– Они не прошли Испытания. Когда малыш встаёт на крыло, он прилетает с родителями к пещере, чтобы получить дар Единства. При рождении, как и у людей, способности общаться посредством мысли у вампиров нет. Мы получаем её, когда в детстве совершаем ритуальный облёт пещеры, но оттуда возвращаются не все.

– С полученными качествами очень тяжело жить, – сочувственно произнесла Архелия.

– Мы едины. Мы одно целое. Нам нечего скрывать друг от друга.

– Чего не скажешь о людях.

– Вы не готовы к Единству. Прячете столько чёрного на душе, что даже боги не хотят вас слышать. Вы и друг друга боитесь, потому убиваете себе подобных. Пора, светает.

Он, не прощаясь, взмахнул мощными крыльями и, на лету выхватив кувшин из воды, исчез в вышине. Просительницы вернулись к отряду и прилегли отдохнуть, но вскоре над горизонтом показался яркий край встающего солнца.

Мир стряхивал ночное оцепенение. Дружное щебетание птиц известило о наступлении великолепного весеннего утра. Травы пестрели ранними луговыми цветами. Сама мысль о смерти была бы кощунством, если бы её не поддерживал вид просыпающегося военного лагеря. Разномастное войско Роскви готовилось к штурму крепости. Короткая ночная вылазка осаждённых позорно сорвалась, и теперь они зализывали раны и ждали решающего боя. Архелия отметила, что со времени их бегства с подругами в крепости Хозяина произошли серьёзные изменения. Он, как будто предчувствуя скорое нападение, изрядно постарался, укрепляя свою цитадель.

Дочь барона дала знак воительницам быть начеку и продолжала наблюдать за ходом приготовлений. Войско нестройными рядами взяло городок в полукольцо. Готовились длинные лестницы и шесты, тараны из свежесрубленных деревьев обвязывались верёвкой. Лучники натягивали тугую тетиву, они не должны были позволить защищающимся высунуться из-за укрытий. Жизнь внутри городка также кипела. Граф снизошёл до воинственных девиц и самолично прискакал в их стан.

– Твоё средство точно подействует?

– Если не уснут, то ослабнут здорово.

– Смотри-ка! Не хотят за стеной сидеть…

Ворота тяжело открылись, и по полю рассыпались многочисленные всадники. Осаждённые явно предпочитали драться в открытом бою. Архелия заметила среди выстроившихся рядами защитников своего смертельного врага. Он демонстративно скакал перед дружиной и всем видом вызывал противника на поединок. Хозяин искал её глазами, поскольку был предупреждён о присутствии здесь дочери барона. После изгнания Исама его владелец вновь стал первой фигурой среди местных воинов. Его сила и умение сражаться обрастали легендами. Архелия с мольбой посмотрела на графа:

– Можно я?

– Он предупреждён и ждёт тебя.

Одержимость мужественной дикарки пугала Роскви. Граф не ожидал, что Хозяин примет вызов от девушки. Однако он рассудил, что развлечение того стоит. Впервые на его веку против грозного опытного воина выходила амазонка. Роксви наклонил голову в знак согласия, Архелия ринулась вперёд, помахав рукой не прочувствовавшим ситуации подругам. Когда Хозяин заметил приближающегося всадника, то понял, что его вызов тоже принят, и двинулся навстречу врагу. Он издали узнал знакомую невесомую рысь белогривой кобылы.