Евгения Белякова - Песнь для Близнецов

Они застыли в полной темноте, прислушиваясь.

– Все в порядке, – сказал, наконец, Гринер. – Их не слышно… и даже не видно. Тео, ты как?

– Куча синяков, но оно того стоило. Рик?

– Пара из синяков – мои, не успел увернуться, когда ты падала мне на голову… но в целом – чудесно, особенно если сравнить с перспективой быть разорванным на куски.

Гринер обратил магическое зрение вперед, и увидел, что лестница тянется вниз… и тянется, и тянется – возможно, что и в бесконечность. Он озвучил свое предположение.

– Идем туда. Выбора все равно нет, – фыркнула Тео.

– Если бы я был каким-нибудь эпическим героем из сказания, я бы возмутился, почему мы ни разу ни с кем не сразились, а только договариваемся либо сбегаем… – проворчал бард, нащупывая стену и медленно спуская ногу на следующую ступеньку. – Но, поскольку я не герой, то скажу… Слава Богам, любым. Чтобы добраться до хакаси нам надо как минимум выжить…

Тео согласно хмыкнула. Бард протянул руку в темноту, нащупал пальцы Тео и легонько сжал. Она ответила тем же. Гринер предложил зажечь факел, и, поскольку возражений не последовало, забренчал чем-то в мешке. Огниво, как назло, завалилось на самое дно, но наконец узкий коридор и лестницу осветило пламя. Друзья двинулись вперед и вниз. Шли они долго, даже внутренние часы Гринера сбились – то ему казалось, что прошло всего несколько часов, то – минут. Но потом резь в желудке подсказала, что пора бы подкрепиться, а, значит, о минутах не было и речи. Они перекусили сухофруктами и водой, сидя на ступеньках, и продолжили путь. Через некоторое время лестница кончилась, коридор расширился и, судя по тому, что было видно в свете факела, вел куда-то вперед. Рик пробормотал что «Не тупик, и ладно», и они пошли дальше.

И вот впереди, примерно тогда, когда Гринер уже хотел предложить нормально поужинать (или позавтракать?), забрезжил свет. Ровный, яркий, явно не факелы. Друзья припустили к нему, но вдруг Тео остановилась и тихо сказала:

– Гринни, ты почувствовал?

– Что?

– Вот тут… – она развернулась и протянула руку перед собой, в том направлении, откуда они пришли. Очертания руки чуть размылись, заколебались, будто воздух вокруг стал горячее. – Умно… Тут портал, пробит давно и незаметен глазу… и существует все время, а, значит, на него потратили огромное количество энергии.

– Думаешь, хакаси близко? – спросил бард.

– Определенно.

И они снова пошли к свету. Коридор становился все шире и, наконец, вывел их на большую каменную площадку, с которой путникам открылся, наверное, самый захватывающий вид за их путешествие.

Перед ними простиралась огромная пещера… если представить, что ее потолок какой-то великан срезал гигантским ножом. Или съел верхнюю корку у буханки круглого хлеба, а затем выковырял весь мякиш. Гринеру в голову почему-то приходили в голову исключительно пищевые сравнения, и в конце концов он остановился на котелке. Стены пещеры чуть загибались вовнутрь, создавая естественный навес, а сами выглядели так, будто камень когда-то давно расплавился и застыл диковинными потеками. Такие же причудливые темные наплывы создали и пол пещеры. Противоположная ее часть находилась так далеко, что даже Тео в облике дракона пришлось бы лететь туда несколько минут. А разлом на месте потолка был столь большим, что, наверное, пропускал солнечные лучи почти на всем пути солнца по небу, которое синело наверху. «Значит, уже наступило утро», – подумал Гринер. Лучи, проходя сквозь отверстие, освещали площадку в центре пещеры, даря жизнь множеству деревьев и кустарников, растущих в ней. Сад огибал спокойный ручей, теряясь где-то в камнях, а буйно цветущий остров словно бы переливался всеми оттенками зеленого на ярком свету. Зато стены пещеры были скрыты тенями, но не настолько, чтобы друзья не заметили вырубленные в камне проемы, веревочные лестницы и мостики. Их словно вырезали из цельных кусков гранита; также вдоль ручья, то исчезающего среди скал, то ниспадающего журчащими каскадами в небольшие озерца, стояли скамьи, ажурные беседки и даже располагался амфитеатр, похожий на тот, что Гринер видел в Аджире. Словом, всякому стало бы понятно, что здесь живут люди. Внизу, скрытые листвой, щебетали птицы, и эхо их голосов разносилось по пещере.

– Это… они? – благоговейно осматриваясь вокруг, спросил Гринер.

– Да. – Довольно подтвердила Тео. – Мы нашли хакаси.

Она огляделась и указала на каменные ступеньки, по которым можно было спуститься вниз с естественного карниза, на котором они оказались. Путники поспешили к лестнице, чтобы как можно скорее встретиться с арахандскими магами. После всех испытаний и поисков, Гринер представлял их себе похожими на… скорее, на южный вариант Ольсена и удивился, что они, при всем своем могуществе, не узнали заранее об их прибытии и не вышли встречать.

Добравшись до сада, Тео остановила друзей и прислушалась. Кроме птичьих голосов да плеска воды ничто не нарушало тишину и спокойствие этого места. Гринер заподозрил, что хакаси могли уйти отсюда, и им теперь придется снова их догонять, и мысль эта ему не понравилась. Магичка же тем временем сложила ладони рупором и крикнула:

– Джабир! – обернувшись к остальным, она пояснила: – Так зовут хакаси, с которым я в прошлый раз общалась. Может, его здесь и нет, но мы дали знать о себе. О, груши…

И она, сбросив заплечный мешок на пол, направилась к саду по небольшому мостику, перекинутому через ручей. Гринер решил, раз уж Тео чувствует себя вправе вломиться в чужой сад и нарвать там фруктов, то уж если он умоется в ручье, его всяко не накажут. Рик последовал его примеру. Они сполоснули руки, лица и Гринер отпил местной воды, набрав ее в ладони. Она оказалась холодной и вкусной.

– Не застудите горло, – раздался голос позади них и Гринер обернулся.

Если это был хакаси, ничего в нем не указывало на мага. Обычный песочного цвета халат поверх шаровар, белая рубаха, мягкие сапоги. Никаких балахонов с таинственными символами… да и внешность у хакаси тоже не поражала воображение – мятое лицо с хитринкой, коротко стриженные волосы. Возраст на глаз Гринер определил около сорока. Разве что колец на руках было много – но все дешевые, без изысков.

– Постараемся, – ответил он в тон подошедшему и представился: – Меня зовут Гринер, а это – Рик. А Тео… То есть, Тахиза… сейчас подойдет.

– А, Тахиза… – кивнул мужчина. – Понятно. После нее никто в наши двери так настойчиво не стучал… Уникальная способность достать даже из под земли.

– Вообще-то, – признался Гринер, – это был я.

Хакаси (если это был он) пристально посмотрел на юношу, потом сдержанно поклонился:

– Я – Джабир.

– Он самый, – подтвердила Тео, переходя мостик. Подойдя к друзьям, она стала напротив хакаси… Гринер так и не понял, то ли защищая их от него, то ли обращая на себя внимание. Внезапно она резко опустилась на колени и склонила голову, прошептав: – Хакасси’са артанхи дат’штхан ма Джабир эскхеу.