Хельга Графф - Одноклассники

Когда мне было четырнадцать лет, мы с моей двоюродной сестрой присутствовали на свадьбе ее институтской подруги. Свадьба проходила в глухой российской деревне, на родине невесты. Торжество оставило в нашей памяти неизгладимый след. Все началось с первого торжественного свадебного обряда – помывки новоиспеченных мужа и жены в деревенской бане. Следом за виновниками торжества водные процедуры должны были принять все гости мероприятия. Не знаю точно значение этого странного водного обряда, но, вероятно, устроители праздника хотели, чтобы за столом находились люди чистые не только душой, но и телом, особенно после нестерильных одуряющих сельскохозяйственных работ. Омовение в бане проходило очень бодро, волнующе и весело. К счастью, с местными мужиками, которые во время процедуры пытались подсматривать за нами в крошечное, не больше носового платка, оконце, париться вместе не пришлось! Зато после этой деревенской бани потрясающее чувство легкости и душевной гармонии не покидало нас очень долго, не говоря уже о состоянии кожи, которая стала буквально шелковой.

Столы в горнице ломились от привычных для нашего человека закусок: оливье, холодца, картошечки, селедочки. Из выпивки только водка и самогон местного розлива. Гости – совершенно обычные непритязательные деревенские жители – не выделялись ни особой культурой, ни манерами, ни внешностью, ни одеждой. Единственным, кто обратил на себя наше с сестрой пристальное внимание, оказался молодой симпатичный парень – обладатель роскошного джинсового костюма, как потом выяснилось, комбайнер. По тем страшно дефицитным временам такой прикид был невиданной роскошью, и мы терялись в догадках, где и как ему удалось «оторвать» такую клевую одежонку. Это выглядело более чем круто! Больше такого шикарного модного мужичка среди остальных приглашенных гостей не наблюдалось. Если бы он сидел тихо и молчал «в тряпочку», все симпатии были бы на его стороне, но едва он раскрыл свой рот, как наши иллюзии, превратившись в грубую реальность, с ужасом умчались прочь, и даже его джинсовый костюм уже ничем не мог ему помочь! Абсолютно тупой деревенский парень умел разговаривать только матом, не понимал ни шуток, ни нормальную человеческую речь. Какое разочарование! А ведь на него имела виды моя незамужняя сестра.

Водка и самогон лились рекой. Ближе к полуночи многие гости уже находились в невменяемом, нет, скорее, коматозном состоянии и несмотря на это еще пытались не только удержаться на своих двоих, но и выделывать замысловатые коленца под гармошку. Хорошо хоть, в нашем присутствии никто не подрался!

Затем нас повели в местный клуб. Делать было абсолютно нечего. Сидя друг против друга, деревенские девушки и парни, ловко щелкая огромные, величиной с фалангу семечки (больше таких здоровенных семян я не видела никогда!), лихо сплевывали шелуху прямо на пол, говорили о чем-то своем, недоступном для нашего понимания, как для инопланетян, прибывших с другой планеты. Ближе к полуночи мы решились покинуть столь «светское» общество и вышли на крыльцо, чтобы определить дальнейший маршрут нашего передвижения. И тут неожиданно нарисовался кавалер, весь вечер проявлявший ко мне свои сельские симпатии. Он решил показать мне всю глубину своих неземных чувств. Резко и грубо схватив за руку, буквально зашвырнул меня в непроходимую от обильного дождя грязь… Завязнув в жиже почти по колени, еле-еле с помощью сестры я выкарабкалась из этого болота, и мы на всех парусах рванули на поиски дома, куда нас определили на ночлег. Здесь тоже ожидал сюрприз. Ни кроватей, ни диванов, ни раскладушек в отведенном нам помещении не наблюдалось. Наше спальное место оказалось… на печке! Каждая из нас вполне ощутила себя героем сказки «По щучьему веленью» Емелей. После столь «сказочно» проведенного дня нам удалось лишь прикорнуть, потому что заснуть в этой избе не было никакой возможности. Среди ночи постоянно кто-то приходил и уходил, ругались хозяева дома, ссорились и шумели дети, да и наши нежные девичьи тела не привыкли к столь жестким и суровым условиям ночлега, таким привычным для местных жителей. Утро не принесло ничего нового. Часам к одиннадцати дня почти в полном составе начали собираться желающие опохмелиться после вчерашнего. Прибыл и «джинсовый» товарищ. Он ловко разлил новую партию водки. Видя, что все, кроме меня, подняли свои стаканы, искренне удивившись, спросил:

– А ты чё не пьешь? Больная, что ли?

Моя сестра поспешила объяснить, что я не пью, потому что еще в общем-то несовершеннолетняя девушка и не имею такой пагубной привычки. По удивленным лицам собравшихся гостей я поняла, что это не причина отказываться от стопаря, тем более на свадьбе!

На последующие праздничные дни мы решили не оставаться и облегченно вздохнули лишь тогда, когда сели в рейсовый автобус. Да… праздник празднику – рознь. Розкина очередная свадьба обещала стать светским мероприятием. Для себя я решила обязательно присутствовать на торжестве, тем более, что Розка захотела взять меня в свидетельницы, а вот с Фимкой или нет, покажет ближайшее время.

Весь вечер перед встречей я приводила себя в порядок: маски, свежий маникюр, педикюр (несмотря на достаточное количество наличных, я никогда не доверяю свои ноги и руки даже профессионалам, эта привычка выработалась у меня еще с юности), прическа и многое другое, как например, выбор наряда.

Розалию очаровала моя шубка, но она совершенно обалдела от ее бешеной стоимости. Мы обсудили с ней возможные варианты развития событий. Первый, самый приятный, если мы с Ефимом помиримся, и второй, самый ужасный, если развод состоится.

– Слушай, – Розалия выдвинула свое предложение, – там вам сложно будет поговорить по-человечески один на один, поэтому предлагаю пригласить его сюда, к нам. Здесь точно никто не помешает, а если помиритесь, можете уединиться в спальне.

Она слегка коснулась интимной темы, а по мне уже величиной с крупный горох дружными рядами побежали мурашки от желания оказаться с Фимой в одной постели. Столь долгое отсутствие любимого мужчины – слишком длительный срок испытаний для безумно влюбленной женщины. Как ни пыталась я заставить себя заснуть хоть на пару часов, этого мне сделать не удалось. Утром, видя мое состояние, приятельница дала мне успокоительные капли. Оглядев себя в зеркале, я пришла к выводу, что выгляжу просто потрясающе, и если Фимка не клюнет на меня такую супер-пупер-шикарно-аппетитную тетку, тогда шансов у меня нет никаких и вернуть его я вряд ли смогу. Розалия, словно услышав мои мысли, с искренним восхищением воскликнула:

– Ты выглядишь просто классно! Если бы я была мужиком, влюбилась бы в тебя с первого взгляда! Давай-ка, соберись, дорогая, все равно он будет наш… то есть твой, вот увидишь! Да, кстати, два дня назад зашла в храм и поставила свечку за удачное завершение дел. Все будет так, как мы хотим, даже и не сомневайся. Сегодня вечером будем радоваться и пить только шампанское!