Инна Тронина - Постумия

– Я понимаю, что дураки и гуси созданы специально для того, чтобы их дразнить. Так говорил великий Ландау. Но я – не гусь и не дурак.

– Микола, я восхищён твоей способностью учиться всю жизнь! Давно ли ты узнал имя Ландау? Оксана говорит, что ты даже читал, шевеля губами.

– Не одной ей совершенствоваться, – скромно потупил глаза Финансист. – Правда, её долго натаскивал Озирский. А ведь было времечко, когда от платья Оксаны за версту разило детской мочой – как от любой няньки. Ныне же пани Бабенко – одна из шикарных дам Киева. Но вот мне пришлось учиться самому, иначе я так и застрял бы в «шестёрках». Мышечной массой Господь меня обидел, зато извилинами – нет. Конечно, я несколько раз попадал под обстрелы, был контужен. Может, это и повлияло. Где-то я сплоховал, «зевнул». С каждым может случиться. Но вам ещё предстоит попотеть, доказывая мою вину…

– Я не сомневаюсь, что адвокатов ты наймёшь хороших, – согласился Грачёв. – И я к этому готов. Но вот Ирек Ситбатуллин, узнав о твоём задержании, запаниковал. Он ведь в боях не бывал. Если Раджабов пока держится молодцом, начисто откусив язык, то его наниматель враз явился с повинной. Не стал ждать, пока его сдаст кто-то из вас. Иреку, как и другим, ты предложил найти «коровушку». А уж подоить её обязательно помогут, как и в случае с Великойскими. Дама из Татарстана, к счастью, осталась жива. Но её деньги быстро провели через подконтрольные вам фирмы – как поступившие от благотворителей. Конечно, ты и себя не забыл. Это нормально. Теперь в посёлке будет стадион. А пожертвовал деньги фонду какой-то нефтяник, пожелавший остаться неизвестным. Всё просто и изящно. Именно этим вы и занимались в московском хостеле. Там ведь много народу. И в то же время никакой «спецуры», как в отелях. Тихо и приватно. Вернее, вы так считали. Но ошиблись. А теперь, гражданин Матвиенко, сделаем перерыв. Между прочим, я тоже проголодался…

22 июня (вечер).

– Ну как, Микола, заморил червячка? У нас, конечно, не «Хаккасан», где вы любите бывать по приезде в Лондон. Но всё же лучше так, чем ничего. Теперь можете отвечать на вопросы?

Генерал Грачёв, потирая руки, уселся за стол. Официант только что забрал тарелки. Всё то время, что задержанный насыщался, за ним следил конвоир. Когда он вышел, допрос возобновился.

– Душно тут, – глухо пожаловался «НН». Он смотрел на пенал, с которого свисали плети традесканции. На полках выстроились одинаковые серые корешки скоросшивателей. За окнами ещё было светло. Но из-за ярких ламп казалось, что наступила ночь.

– Что ты, Микола, как барышня? То есть хочу, то душно… В бою, наверное, тяжелее было. Потерпи немного, скоро закончим. После десяти нельзя тебя допрашивать. Так что давай в темпе. Вот, глянь на эту газету… Узнаёшь, кто здесь изображён?

Генерал протянул задержанному лист. Он был сложен так, чтобы не читалась надпись внизу. На фоне зелёной стеклянной доски, какие были и у нас в школе, стоял мальчик-эльф и с лёгкой улыбкой смотрел в объектив. На доске пестрели невероятно сложные формулы. По крайней мере, мне так казалось.

– Похоже, что это Галицкий. То есть Кучеров. Про него уже в газетах пишут? – саркастически усмехнулся «НН».

– А ты не знал? Компостируй мозги кому-нибудь другому, будь другом! Опять провал в памяти? Тогда вот тебе ещё! – Грачёв вытащил из папки другой газетный лист. – Сергей Кучеров, чемпион Международной Олимпиады по информатике, благодарит благотворительный фонд «Спасение» за помощь в создании компьютерного класса. И рядом с юным гением – сопредседатель фонда Н.Н.Матвиенко. Вот так прямо и написано. Что скажешь, Микола?

– Что скажу? – Финансист ожесточённо потёр лоб. – Я и не скрывал, что помог с этим классом. Забыл только имя вундеркинда. Слишком много народу перед глазами проходит. Так вот, у гениев свои причуды. Зачем он сменил фамилию, я не знаю.

– А вот зачем! – Грачёв в очередной раз полез в папку. – Сделай милость, ознакомься. Это ещё одна фотосессия, с камер видеонаблюдения. Может, качество и не очень, но узнать человека можно.

– Что это?

Матвиенко был буквально раздавлен обилием улик, но держался спокойно. Только птичьи глаза его бегали и часто моргали.

– Галицкий, то есть Кучеров, вечером шестнадцатого июня, тоже в Москве, снял крупные суммы с банкоматов, предварительно заражённых вирусом. Этот парень – сын одинокой учительницы. И что с того, что он – чемпион Олимпиады? На мозгах у нас не разживёшься. А ведь хочется иметь возможность и в Калуге реализовывать свои идеи. Один класс оборудовали даром, а на другой предложили заработать. Вы всегда так делали. У вас ведь не собес, правильно? Деньги на войну нужны, а тут какие-то очкарики лезут. Но люди, получившие помощь ранее, уже у тебя в кулаке. Они не могут просто повернуться и уйти. За ними стоят большие коллективы страждущих. Так что делать будем? Готовить очные ставки с Ситбатуллиным и Кучеровым?

Матвиенко молча, тщательно счищал пылинку с брюк. Наконец-то он задумался по-настоящему, но сдаваться пока не спешил. Ему нужно было выяснить, какие ещё козыри в рукаве у генерала.

– Великая сила – телевидение – на сей раз оказалась доброй, – продолжал Грачёв. – Если Раджабова взяли прямо на заправке, а Ситбатуллин явился сам, то Кучерова по этим вот кадрам узнала классная руководительница из Калуги. Она сразу же обратилась в полицию. Когда парня взяли, он не отпирался. Сказал, что снятые с банкоматов деньги отдавал двум мужчинам, которые ждали его в машине. Куда они увезли добычу, Кучеров не знает. – Это твой фирменный почерк, Николай Николаевич. Человек тем или иным способом похищает деньги и ценности и тут же передаёт их сообщникам. Точно так же поступил и Тэрджи Джиоев в случае с семьёй Великойских. Беспрепятственно забрать добычу он не мог, и потому убил супругов. Между прочим. Кучеров с компанией ездили по Москве в автомобиле «скорой помощи». При необходимости включали сирену и мигалку. А кто посмеет остановить врачей, спешащих на вызов? И охрана банков была введена в заблуждение. Что скажешь, Микола? Неужели все эти люди хотят тебя оклеветать? И при этом проявляют завидную изобретательность? Ещё примерчик – до кучи. Тэрджи Джиоев опознан Сергеем Прокопьевым. Это – скупщик подержанной техники. Месяц назад Джиоев продал Прокопьеву «яблочный» планшет, похищенный у одного из служащих банка, Гарри Манухова. Планшет украли в походе, на привале. Манухов вспомнил, что к одному из его приятелей пришёл человек, внешне похожий на Тэрджи Джиоева. Потом он очень быстро пропал. С тех пор Манухов своего планшета не видел. Подозревает в причастности к краже своего сослуживца Александра Дряхлова. К нему и приходил Джиоев. Молодые люди на стоянках спали в одной палатке. Дряхлов знал, что у Манухова с собой планшет. Сейчас, конечно, он всё отрицает. Вы всё верно рассчитали, Микола, но не учли одного обстоятельства. У Манухова на компе стояла программа, позволяющая следить за содержимым планшета по стационарному компьютеру. Гарри вовремя заметил, что планшет вскрыт, и данные клиентов банка похищены. Кстати, вскрывал его Сергей Кучеров. По заявлению Манухова счета были заблокированы, и опустошить их не удалось…