Инна Тронина - Постумия

Я ожидала, что со мной поступят точно так же, но этого не произошло. Меня посадили на заднее сидение «Форда». И вдруг к горлу подкатила дурнота. Я поняла – сейчас заблюю весь салон. И стюардессы с пакетиком нет, а потому надо срочно вылезать.

Прижав ладони к горлу, показывая пальцем на рот, я выбралась из «Форда», бросилась в кусты. Низко наклонилась, держась за ствол дерева, и лишь успела пролепетать какие-то жалкие извинения. А после меня долго, больно, мучительно рвало. На сломанные ветки куста, в канаву, прямо на кроссовки…

21 марта (утро). Рядом с моей постелью, на столике, стояли кенийские розы. Дядя Сева сидел рядом, держал меня за руку и рассказывал о «Роза-хуторе», где недавно катался на горных лыжах. Я вместе с ним была в Красной Поляне – сразу после Олимпиады. Он отвёл с моего лба волосы, взял уже обе руки и поцеловал. Я была потрясена – раньше такого никогда не случалось.

– Тебя всё ещё тошнит? Сильно? – тревожно спрашивал он. В голосе звучали ласковые, прямо-таки воркующие ноты.

Понятно, дядя чувствует себя виноватым в том, что произошло четыре дня назад. Одни сутки провалились во тьму. И я только со слов Лёльки знаю, что она всё это время просидела рядом со мной.

– Нет, сейчас уже лучше. А то когда мы из Зелика вернулись, я вышла на лоджию – подышать. Мы были с Лёлькой – сама боялась. Голова кружилась дико. И вдруг я увидела северное сияние. Днём и вечером так ярко солнце светило, что иначе и быть не могло. А тогда я решила, что всё кажется, и со страху в обморок грохнулась. Лёлька волокла меня до постели, потом вызывала «неотложку». А я смотрела на потолок и видела там падающие звёзды…

– Эх, сядут они у меня – первый сорт! Будет время о жизни подумать. – Дядя хрустнул пальцами. Заодно с этими парнями он ругал и себя – за то, что послал меня одну в Молодёжку. Я уже устала говорить, что его вины здесь никакой нет. – А ты молодчина, Марьяшка! Из безнадёжной ситуации вышла. За такое во все времена сразу в звании повышали. Ребята говорят, что Водовозов с ужасом тебя вспоминает.

– А я его – с восторгом. Такой гонщик пропадает! А теперь ещё и срок получит…

– Раньше думать надо было! – отрезал дядя. – Расскажет, кто их снарядил, получит меньше. Попробуем его раскрутить. Тот, другой, Александр Классен, на Водовозова сильно влияет. Если Денис пошёл на дело, то с ним за компанию. Надо их поодиночке колоть, чтобы не выпендривались друг перед другом. Эти – даже не менты с Петроградки. Совсем пацаны. Одному девятнадцать, другому двадцать. Холостые ещё, ветер в головах свищет. Но ИЖи, ослабленные «макаровы», носили на законных основаниях. И, пользуясь своим статусом, проникали во все щели. А директор этого ЧОПа, «Мангуста», на «Volvo XY-90» по Зеленогорску рассекает. Прекрасная машина! Большая, просторная, и в салоне полная тишина. Дорогущая – ужас! Так что не мангусты они, а змеюки поганые. Вот им! – Генерал показал дулю куда-то в пространство. – На кого хвост подняли? Пожалеют об этом – обещаю!..

Дядя был загорелый, посвежевший, весь какой-то летний. И мне стало стыдно за свой тухлый вид. Вообще рехнулась – четыре дня маникюр не делала, лак не меняла! Про педикюр вообще молчу. Хотя сейчас, конечно, март. И шузы у меня с закрытыми носами. Нет, как только встану – сразу в SPA-салон! Через несколько дней у Лёльки банкет, а я будто на свалке ночевала. И подружке отдохнуть не дала тогда после смены…

– Никогда себе не прощу, Марьяна! – Генерал ударил сжатыми кулаками по своим коленям. – У меня, говорят, в Сочи седина уменьшилась. А у тебя здесь появилась.

– Да ты что?! – Я хотела вскочить, бежать к зеркалу.

– Не дёргайся. – Дядя силком уложил меня обратно. – Поручи всё мне. Похищение человека. Побои, нанесённые из хулиганских побуждений. Угон автомашины. Неплохо, а? Ведь за рулём твоей «тачки» был Водовозов, и все это видели. Лепечут, правда, что ты сама разрешила, а потом передумала. Но это не поможет. Ампула с ядом в стволе пистолета – очень веское основание для того, чтобы закрыть их лет на десять как минимум. Состав пока неизвестен, вещество на экспертизе. Но всё очень серьёзно – без вопросов. Противник у нас достойный, Марьяна. Я не эту шелупонь в виду имею. Правда, если не остановить, они далеко пойдут. Надо мэнов этих сейчас током ударить. А теперь о том, что довелось узнать в Сочи…

Дядя немного помолчал, собираясь с мыслями. Я видела, как дёргается жилка на его виске, и боялась очередного срыва. Будь его воля, генерал «примочил» был этих ЧОПовцев собственноручно.

– Что там творится, ты себе не представляешь! Я ушам своим не поверил. Оказывается, глава администрации Центрального района исполнял свои обязанности, находясь под судом. Был привлечён за хищение денег, выделенных на строительство олимпийских объектов. На Молодогвардейской улице, в новостройках, где мой зять и племянник квартиру получили, дали по голове аж вице-мэру города! А ещё говорят – «лихие девяностые»! Что-то я тогда подобного не припоминаю. Так чего уж тут удивляться, Марьяна? Понимаю, что ты устала. Возможно, заболела. Но мне не обойтись без тебя.

На секунду у меня возникло желание добавить, что я ещё и беременна. Впрочем, это вряд ли усугубит вину Классена и Водовозова. Явных признаков нет, а я им ничего об этом не сказала. Адвокат откинет довод одним щелчком, поэтому пока лучше помолчать. У дяди и так забот полон рот. Ведь узнал он что-то в Сочи. Наверное, сейчас и расскажет.

– Водовозов, когда в мою машину сел, сразу вырубил видеорегистратор и навигатор. Странно, но я только сейчас вспомнила… Действовал о грамотно – не отнимешь.

– Правда? Вот артист! Когда его взяли, все приборы уже работали. Таким образом, проще всего выпасть из поля зрения. И ведь ничего не упустил, не забыл во время гонки по Зеленогорску! Ему бы у нас работать. – Дядя усмехнулся уже по-доброму. – Жаль, что с судимостью путь в МВД закрыт. Такие кадры пропадают! Конечно, в полиции деньги не те. Это ведь многодетная семья, без отца. Мать – инвалид второй группы. На Денисе всё и держалось. Понятно, парень хватал копейку, где мог. Ну, чего разлёгся на полкровати?

Дядя легонько турнул рыжего Мэйсона, которого Богдан доставил мне для лечения. Кристина уверяла, что кошки обладают такими способностями. Действительно, мне стало легче. Сейчас кот недовольно мяукнул и задвигал хвостом – от возмущения. Он не терпел мужиков – как истинный, не кастрированный натурал.

– Да ладно, пусть валяется! – Я потрепала Мэйсона между ушами. Он тут же сменил гнев на милость и свалился мне под бок. После этого прекратила ныть печень, и стала лёгкой голова. – Расскажи лучше, что новенького узнал. Ты ведь в Сочи не только на лыжах катался.