Самат Бейсембаев - Изнанка. Том 1

Война с Шамором началась полгода назад, после того как их посол на приеме в честь моего дня рождения позволил себе некоторые вольности. Впрочем, не без нашей помощи, конечно, ибо эта война в первую очередь нужна была мне. Дело, естественно, в деньгах: на их территории есть огромные залежи золота и серебра.

– Есть и плохие моменты, мой император: в битве мы потеряли два боевых пузыря. Что и как случилось, ответа пока нет. По предварительным данным их подбили вражеские маги. Среди людских ресурсов потерь минимально – тридцать четыре человека убитыми, около семидесяти легкоранены – вскоре они вернутся в строй, сорок пять человек с тяжелыми ранениями, и их возвращение в строй маловероятно, – закончил свой доклад Торос.

– Да, потеря летунов неприятно, – с досадой протянул я. Крайне полезные в любом аспекте, начиная от торговых перевозок до военного дела, они обладали рядом очень серьёзных недостатков – дороговизна и время их создания. Каждый такой пузырь, если он обычный, создавался до трех месяцев, а если он еще и военный, то тут надо прибавить еще пару месяцев – зависит от комплектации. Так что они стояли на особом счету, и потеря одного считалось вопиюще, а тут еще целых два, – Вэлиас, разберись, почему им вообще удалось подбить аж две машины – с их-то оборонительными способностями, – конечно, это не его сфера деятельности, но когда человек уж слишком способной и надежный, то невольно вешаешь на него лишнюю работу.

– Слушаюсь, мой император, – подал свой мягкий, на грани шепота голос глава тайной канцелярии Вэлиас, организации, что окутана тайнами. Он всегда старался держаться в тени. Даже его черная одежда говорила об этом. Стоял поодаль и наблюдал своим цепким взглядом, схватывая любую мелочь. Цепной пес императора. Не было человека в империи, кто бы его ни проклинал, не желал ему смерти, и абсолютно каждый его боялся.

– С этим вопросом разобрались. Перейдем к следующему, – повел я взгляд по левую сторону от себя стола, где сидел главный казначей империи, невысокий, немного сутулый мужчина с крупной головой и оттопыренными ушами. Маленькие голубые глазки прячутся за стеклами очков. Сейчас он довольно строен, но в молодости отличался невероятной тучностью. Ходит казначей Олов в развалку, говорит невнятно. Когда этот человек проходит мимо все замолкают.

– Мой император, никаких новостей на данную минуту не имеются. Все идет своим чередом – налоги поступают, торговля приносит исправную прибыль, казна пополняется, но война сжирает слишком большие ресурсы, – отчеканил заранее заготовленную речь.

– Вот с этим я готов тебе помочь. Есть у меня одна идея: брось клич в народ, что император раздает земли в аренду на год всем пожелавшим крестьянам для выращивания злаков, – заметил я, как брови казначея полезли вверх. – Условия таковы: каждый сам решит, сколько земли ему дать, главное, чтоб он успел ее возделывать, ели же не сможет, посули им наказание. Так что пусть думают, сколько им надо. Две трети всего урожая уходит нам, а остальное крестьяне могут оставить себе и распоряжаться по-своему. И предвещая твои вопросы, отвечу; это даст крестьянам личный капитал, который простимулирует экономику, соответственно больше поступлений в казну. Капитализм…, – вертелось странное, незнакомое слово в голове.

– Капитализм? – в недоумении и не понимая таких слов спросил Олов.

– Не важно, – махнул я небрежно рукой.

– Позвольте уточнить: почему всем пожелавшим? Почему бы просто не приказать? – выловил для себя главное казначей.

– Потому что на добровольных основах и предвещая выгоду люди, работают лучше. Так мне, по крайней мере, объяснили, – сказал я, одновременно делая глоток вина из бокала.

– Объяснили, мой император? – в еще большем недоумении спросил мой слуга.

– Да, объяснили. А теперь займись делом, – припечатал я. Не посвященным не стоит много знать о новых, весьма полезных слугах его величества меня.

– Слушаюсь, мой император, – Олов склонил голову и записал указания.

Все-таки разговор с этими иномирянинами принес свои плоды. Столько новых знаний. Некоторые из них были опасными, такие как демократия. Полнейший бред, давать права всем людям. Среди черни мало образованных, много тунеядцев и бездельников. Такие люди не в состоянии принимать судьбоносные для всей страны решения. А они им право выбора главы государства. Впрочем, небольшой намек и они пообещали, не распространятся об этом.

– Хорошо, на сегодня закончили. Все свободны. Вэлиас, Волкер, задержитесь, – остановил я их, уже было собравшихся уходить главу тайной канцелярии и архимага. – Когда тяжелая створчатая дверь закрылась, за уходящими, я снова взял слово, – Итак, что скажете о наших пришельцах? Как их там? Да, вспомнил, Денис и Максим. Необычные имена, что тут скажешь.

– Ваше величество… – начал с некой издевкой седовласый.

Его внешний вид был очень обманчив: хоть и выглядел он, как старик, но возрастом он был не так уж и стар. В чем была причина – было не ясно. Возможно его чрезмерное увлечение всяческими магическими экспериментами дали свои плоды, а возможно обычная природная предрасположенность. Но это если говорить только лишь о его внешнем виде. Когда рядом не было никого из посторонних, в нем просыпался мальчишеский характер. И даже и не скажешь сразу, что это самый могущественный маг империи, а может и всего мира.

– Волкер, хватит издеваться, – пробурчал я на его слова, – и давай начни уже по делу.

Все трое, что сейчас находились в этой, комнате были давними друзьями. Еще со времен обучения в академии. Поэтому когда никого не было рядом они вели разговоры в неформальной обстановке как старые друзья.

– Ладно, уже и пошутить нельзя, – хмыкнул архимаг, – Если говорить по делу, то эти молодые люди весьма интересный экземпляр. Легат не ошибся в своих суждениях. Их внутреннее строение магического тела отличается от всех, что я видел ранее. Пока не знаю в чем причина, но подозреваю это из-за их сурового климата. Как они сказали у них четыре разных сезона в году, и зима очень суровая штука. Даже не представляю, какого это выдерживать такие температуры. У нас такой холод бывает только в горах, но вот какой сумасшедший у нас полезет в горы, не представляю. Для более четкой картины мне нужно поработать с ними более тщательно и тогда могу дать развернутый ответ. Пока это все что я могу сказать о них.

– Хорошо. Позже тогда обследуй их как следует, – кивнул я его словам, – а что думаешь ты, Вэлиас?

– Их нашли посреди битвы. Чудо что они выжили в той мясорубке. Они не испытывают пиетет перед тобой, как это положено перед императором. Может всему виной эта их демократия, а может, они еще не осознают в полной мере куда попали. Они упоминали еще о третьем, которого они не сумели отыскать, – доложил глава самой ужасающей организации империи.