Светлана Василькова - Бездомное счастье. Автобиографическое пронзительное повествование о жизни, её крутых виражах, смысле, счастье
- Название:Бездомное счастье. Автобиографическое пронзительное повествование о жизни, её крутых виражах, смысле, счастье
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент Ридеро
- Год:неизвестен
- ISBN:9785448525971
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Светлана Василькова - Бездомное счастье. Автобиографическое пронзительное повествование о жизни, её крутых виражах, смысле, счастье краткое содержание
Бездомное счастье. Автобиографическое пронзительное повествование о жизни, её крутых виражах, смысле, счастье - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Однажды это произошло на глазах у отца, и он шлёпнул её по мягкому месту. Рая расплакалась, убежала к бабушке.
Родственники забрали её к себе, а c нею всё, что было в доме, оставив матрац, который отец покупал, и скамейку, которую сделал сам.
Потом, через суд, отец вернул Раю домой. Стать для неё родной, маме так и не удалось. Рая ухитрялась, как можно меньше времени проводить дома, сбегая то к бабушке, то к подругам. Она всё ещё воспринимала мать, как захватчицу, пытавшуюся отнять у неё самое дорогое из оставшегося – отца.
Когда Рая, закончив учёбу в школе, не поступила в институт, отец прописал её в Минске, снял для неё комнату, устроил на работу.
***
Я только один раз покидала дом, когда с отцом ездила на его малую родину, к дедушке. Мать ехать отказалась, а почему так поступила, рассказала гораздо позже.
Накануне свадьбы, чтоб не нарушать традиций, они с отцом поехали к его родителям на смотрины. Когда отец убедился, что она всем понравилась, сказал очень странную фразу: « Ну и чем она хуже нас?»
Оказывается, деревня была разделена на две, не дружившие между собой, части. На одной стороне жили зажиточные потомки польских шляхтичей, на другой – безродные мужики-бедняки. Мать относилась ко вторым. Со временем всё изменилось, но мать принципиально не хотела там больше появляться.
Братья отца приезжали к нам с периодичностью два-три года, окончив школу и отслужив в армии. Под патронажем старшего брата они устраивались на работу, обзаводились женой и домом в нашей деревне или ближайших посёлках.
Наступил черёд четвёртого брата. Отужинав за праздничным столом, все стали укладываться спать, а дядя Володя отправился в клуб. Место для отдыха ему определили с Эдиком, а мне – на горбатом диване. В печке с плитой ещё вовсю горел огонь, потому что торфа положили больше обычного, поэтому закрыть заслонку камина поручили Володе после возвращения из клуба.
Спать на диване было также неудобно, как и сидеть. Я долго ворочалась, слышала, как вернулся дядя Володя и засопел на, теперь уже бывшем, моём месте. Я же никак не могла уснуть. Сквозь дрёму, я услышала, как заплакал Эдик и попросил пить.
– И мне, – пробормотала я.
Сделав несколько глотков, как будто куда-то провалилась, уронив кружку. Очнулась от холодных брызг.
Отец бросился к печке. Сквозь золу, подёрнутую пеплом, предательски пробивался голубой огонёк.
– Всем одеваться, на улицу!
Одеться я не смогла, вновь потеряв сознание. Вытащили меня на улицу, завернув в одеяло. Позвали фельдшера. От угарного газа я пострадала больше всех, может быть, потому что была ближе всех к приоткрытой из кухни двери.
На сей раз, я была благодарна горбатому дивану, не дававшему мне крепко уснуть. Выходит, он спас меня.
Спустя три года я рассталась с родным домом, а вместе с ним и с детством.
Столько хорошего и радостного было в детстве, а память сохранила только светлый, неповторимый фон этого периода, сосредоточившись на запоминании деталей различных потрясений.
***
Намечалась реформа школьного образования. Сроки обучения увеличивались в связи с решением давать уже в школе ученикам профессии. Видеть во мне будущего животновода или полевода родителям не хотелось. После окончания шестого класса меня отправили учиться в Минск ещё и для того, чтоб я с обучения на белорусском языке перешла на русский, увеличив тем самым шансы поступления в ВУЗ.
Жили мы с Раей. Она окружила меня материнской заботой, в которой в тринадцать лет я ещё нуждалась. А вот дом встретил неприветливо. Месту жительства у знакомых Рая предпочла независимость, сменив квартиру. Принадлежал дом двум сёстрам. Одна из них две свои комнаты сдавала квартирантам. В первой, большой, жили мы, во второй – девушка-студентка.
Хозяйка другой половины дома была уже в возрасте, и не совсем адекватной. С нами она не общалась, хотя мы проходили к себе через её комнату. Лишь иногда слышался её демонический хохот, когда ей удавалось вычитать в газете о каком-нибудь бардаке в стране. Тогда она приоткрывала шторку, ища слушателя, и радостно сообщала, с брызгами изо рта, о творящихся безобразиях.
***
Утро первого сентября. Я нежусь в постели, воображая, как приду в новую школу, незнакомый класс. Рая сладко спит рядом после ночной смены. Из бабкиной комнаты доносится какое-то бесконечное шуршание.
Вдруг занавеска зашевелилась и отодвинулась. Через нашу комнату, согнувшись, прошмыгнул какой-то человек. Кричать было опасно, я тихонько начала толкать сестру, шепча: «там дядька». Спросонья, она ничего не понимала.
Через минуту чужак вылетел из комнаты, уже не прячась. Тут я криком подняла Раю с постели. Накинув халаты, мы пустились преследовать неизвестного, выбежав во двор, потом за сарай в огород. Нигде, никого.
Когда возвращались, увидели, как закрылась входная дверь. На всякий случай мы закрыли дверь снаружи болтавшимся тут же замком, а сами стали заглядывать в окна. Успокоились, увидев бабку.
Она сначала раскричалась, подумав, что это я перевернула зачем-то всё в её комнатах. Окончательно всё прояснилось по возвращении студентки – пропал чемодан с вещами. Вызванная милиция только разводила руками, ничего не обещая.
Начавшись с такого потрясения, первый день в школе прошёл хорошо. У меня появились две закадычные подружки. Сравнительно легко я перешла на русский язык, надо мной даже не смеялись, когда случались затруднения. Закончила школьный год без троек.
***
Раина подруга Зойка, активно принимавшая участие в моём воспитании, предложила попробовать поступать в техникум. Выбрали – политехнический, и новое отделение – фототехника.
Я поступила. Всем мест в общежитии не хватило, нас временно разместили на первом этаже общежития политехнического института. Жилось весело, в комнате по пять человек. Без приключения и тут не обошлось.
Просыпаюсь под утро и вижу прямо перед собой мужчину, который возится с брюками, пытаясь их толи застегнуть, толи расстегнуть. И тишина… Я предпочла притвориться спящей.
– Девочки! Дядька! – послышался вдруг дикий крик моей соседки. Все вскочили со своих мест и замерли.
– Включайте свет, зовите дежурную.
Мужчина, ни слова не говоря, не спеша, почти перешагнув остолбеневшую Ларису, выпрыгнул в окно.
Привлечённые шумом к нам начали заглядывать девчонки из соседних комнат.
– Ничего не пропало?
Мы опомнились и начали осматривать свои тумбочки и вещи. Не было ни одной тумбочки, откуда бы ничего не пропало. У меня не оказалось документов. Опять пропал чемодан с вещами.
Все были в недоумении. Выходит, он тут всю ночь находился, успел всё унести и вернуться.
– Он опять под окном, пришёл за оставленными ботинками, – крикнул кто-то, – все вместе мы его поймаем.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: