Август Форель - Половой вопрос

Нередко недоступная покупная цена жены являлась причиной безбрачия, наблюдаемого у бедных людей, но при достаточном трудолюбии, каждый молодой человек приобретает себе жену. Как более редкое явление, можно видеть безбрачие в ранние эпохи развития человечества, в настоящее же время дикари, благодаря проституции и полигамии, лишаются своих женщин.

Условия цивилизации, особенно в культурных центрах, отнюдь не благоприятствуют совершению браков, причем брачный возраст здесь значительно выше. Женщин, однако, в Европе больше, чем мужчин. Количество браков у нас понижается, в зависимости от отсутствия средств и плохих заработков. А между тем для дикаря женщина с ее потомством представляют собою источник благосостояния, ибо являются трудолюбивым и в то же время нетребовательным элементом. Сюда в этом же смысле можно отнести и крестьян. Зато женщина буржуазной среды поглощает много средств, и дорого обходится воспитание потомства. В смысле отсрочивания брака действуют продолжительность образования, профессиональная подготовка, воинская повинность, — и, стало-быть, безбрачие является как бы вынужденным в самый расцвет половых сил и половых инстинктивных запросов. Возраст вступающих в брак для обоих полов увеличивается пропорционально усилению культуры. Притягательная сила брака также теряет свою прелесть, благодаря утонченности наслаждений, а также извращенности, которые сопутствуют высокой культуре.

Помимо этого, культура, как указывает не без основания нью-иоркский журнал «The Nation», значительно повышает идеальные требования, вследствие чего усложняются запросы, затрудняется взаимное приспособление, и мужчине труднее становится найти для себя подходящую подругу жизни. Здесь нужно считаться с тем, что писатели не упускают случая представить в виде нормальных типов психопатов с извращенными чувствами и страстями, в то время как люди нормальные, но кажущиеся им скучными и прозаичными, оставляются ими без всякого внимания. Им не приходится, правда, долго искать образцов в нашем современном обществе, получающем соответствующее воспитание и действительно обильно представленном психопатами. Однако, этим последним не следует уделять исключительного внимания, так как не мало еще очень талантливых и культурных людей, вполне уравновешенных и могущих приспособиться в браке, при вполне нормальной требовательности. И все же вступление в брак значительно тормозится вышеупомянутыми идеальными требованиями, так что вопрос об уменьшении или увеличении количества браков в будущем Вестермарком вполне резонно оставляется открытым.

Половые отношения в представлении некоторых дикарей являются воплощением чего-то нечистого и возбуждающего стыдливость, и на этих основах и покоится религиозное безбрачие. Целомудренные девушки, как весталки у римлян, считались священными. Таким образом, святою и чистою считается мать Будды, который зачат сверхъестественно. Буддийскому монаху воспрещается иметь какие бы то ни было половые сношения, «даже с животными». Китайские священники безбрачны.

Представление о нечистоте брака было не чуждо и евреям, особенно ессеям, а это обстоятельство отразилось и на христианстве. Это мы видим, например, у Павла, который безбрачие ставил выше брака. Окончательное подавление чувственности в глазах отцов церкви считалось наивысшей и святою добродетелью, причем они полагали, что богом осуществлено было бы размножение людей, независимо от половых сношении, если бы не произошло грехопадения Адама. Такие люди были бы бессмертны. На земле все полно брака, на небесах же — девственного блаженства (Иеремия). На этих основах зиждется и безбрачие духовенства, которое, кроме того, повышает достоинство церкви, так как благодаря этому, исключаются какие бы то ни было семейные интересы в жизненном обиходе священника.

Вестермарк склонен приписывать представление о нечистоте полового общения инстинктивному отвращению к половым сношениям между представителями одной и той же семьи. Вне пределов семьи половое общение носит характер нечистоты, посягающей на справедливость и впоследствии переносящейся на брак за пределами семьи. Это представление не является всеобщим. Объяснение Вестермарка здесь меня не удовлетворяет. Одежда, вслед за ревностью, сделала то, что половые сношения у человека стали тайными, между четырех глаз. Людям же свойственно видеть во всем тайном обязательно элемент греховности и нечистоты. Я думаю, что в этом и следует искать наиболее естественное объяснение вышеприведенному обстоятельству.

Самец является активной стороной, равно как и у человека, а стало-быть, и добивающейся. Но все же существуют народы (парагвайцы, мокисы, гаросы), у которых предложение исходит со стороны женщины. Общеизвестны столкновения самцов за обладание самкой (олени, петухи и друг.). Наблюдается род единоборства у индийцев, причем побежденный награждает победителя своей женой. Такой же характер носили и состязания за обладание женщиной у греков (женихи Пенелопы). Еще в минувшем столетии то же можно было наблюдать и у ирландцев. Самка у дикарей и у птиц, вместе с тем, любит, чтобы ее домогались не путем состязания, а ухаживанием. Имеют место, наоборот, и состязания женщин у некоторых диких племен из-за обладания мужчиной. Но все же разнообразное проявление кокетства составляет обыденную форму женского домогания.

Женщина в большинстве случаев, по крайней мере, один раз отклоняет домогательство мужчины. Впрочем, мы отсылаем к главе IV, 3 — Флирт.

Тщеславие издревле свойственно людям. Самые дикие и грубые народности питают слабость к нарядам. Привлекающими средствами у них служит татуировка, кольца, продетые в губы, нос и уши, браслеты на руках и ногах, разрисовывание и проч. Сантальская женщина имеет иногда на себе до 30 фунтов украшений. В целях украшения, не останавливаются перед такими бессмысленными поступками, как выбивание себе зубов. Здесь играют роль и религиозные соображения, которые должно считать на втором плане, так как половое стремление нравиться, равно как и тщеславие, являются здесь основною причиною. В стремлении нравиться следует искать и привычку одеваться, наряжаться в тех странах, где условия климатические этого не требуют. Религиозные обычаи обязаны были здесь своим возникновением половому инстинкту, и лишь впоследствии, на почве мистицизма, объединились собственно с религией.

Татуировка может быть не только безобразной, но и довольно художественной. Мужчины диких племен, как замечено, отличаются большим кокетством и более сильной страстью к нарядам, чем их женщины. Здесь прибитое положение женщины не является причиной, так как раскрашивание и татуировка менее свойственны более свободным женщинам этих племен, чем тем из них, которые исполняют обязанности рабынь. Объяснение можно найти в том, что у дикарей мужчине больше угрожает риск остаться безбрачным, чем женщине, вследствие чего он и изыскивает способы нравиться. Наряды мужа больше занимают женщину у дикарей, чем их собственные, причем мужчина старается считаться со вкусом женщины. Украшением дикаря большей частью являются военные трофеи. Обратное наблюдается у культурных народов, где свобода выбора гораздо шире предоставлена мужчине и где много женщин остается за бортом. Поэтому меры привлечения изыскиваются здесь уже женщинами, украшающими себя, чтобы иметь наибольшее количество шансов понравиться.