Александр Соловьев - Знаковые моменты

Надо сказать, что в начале ХХ века к разного рода хитрым автоматам относились как к забавным игрушкам вроде механического пианино. Однако после Первой мировой войны, которая принесла миру немало замечательных технических новинок, многие поверили, что чудеса механики смогут избавить человека от утомительного труда. Моду на механических людей как на идею породила литература. Само слово «робот» появилось на свет в 1920 году вместе с пьесой чешского драматурга Карела Чапека «РУР – Россумские универсальные роботы». Слово «робот» происходило от слова «работа», которое в чешском языке означает то же, что и в русском, а роботы в пьесе Чапека не только облегчили труд человека, но и подняли восстание против своих создателей, которое имело полный успех. Через шесть лет после постановки «РУР» немецкий режиссер Фриц Ланг впервые вывел роботов на киноэкран. В мрачной антиутопии «Метрополис» женщина-робот Мария смущала умы невежественных рабочих и подбивала их на бессмысленный и беспощадный бунт. Зрителю роботы пришлись по душе, и вскоре сюжет об искусственных людях, которые то ли помогают человечеству, то ли стремятся его уничтожить, стал любимым для множества фантастов.

Многочисленные фильмы, книги и комиксы, повествующие о мыслящих машинах, не только сформировали социальный заказ на роботов, но и вдохновили инженеров, которым захотелось воплотить идеи, почерпнутые из научной и не очень научной фантастики. В 1956 году американские предприниматели и инженеры Джозеф Энгельбергер и Джордж Девол обсуждали за коктейлем творчество фантаста Айзека Азимова, который к тому времени сделал себе имя рассказами о роботах. Энгельбергер был полон идей, а у Девола к тому времени на руках был патент на устройство, позволяющее программировать действия автоматов. В результате в том же году Девол и Энгельбергер основали фирму Unimates, которая первой в мире начала производить промышленные манипуляторы с программным управлением. В 1961 году фирме удалось продать свое устройство General Motors, которая установила универсальный манипулятор Unimates в горячем цеху. С легкой руки Энгельбергера, который отвечал за продвижение продукции фирмы, программируемые автоматы стали называться тем же словом, что и герои Чапека и Азимова, хотя с разумными роботами из фантастических произведений их роднила разве что способность двигаться.

У промышленных роботов было не больше интеллекта, чем у их предшественников в XVIII веке, однако даже они оказались для промышленности 1960-1970-х годов слишком сложными. В 1960-е годы США безусловно лидировали в сфере робототехники, но в 1970-е на первое место по количеству и качеству промышленных роботов вышла Япония. Одной из первых роботизированную сборочную линию запустила Toyota, что сразу дало положительный эффект. Однако вскоре выяснилось, что сложные роботы, каждый из которых мог выполнять множество операций, плохо приспособлены к периодическим сменам модельного ряда. В результате от сложных роботов отказались и их место заняли более простые машины. С другой стороны, ни одна фирма в мире в те годы просто не могла создать машину, наделенную искусственным интеллектом, поскольку самого искусственного интеллекта тогда не существовало.

Со временем, впрочем, усилия в этой области стали приносить плоды. Роботы, создаваемые в Японии, США и Великобритании, к началу 1990-х годов научились различать лица людей, двигаться, обходить препятствия, управляться с мелкими предметами вроде карандаша или кофейной чашки. Особенно преуспели японцы. Тосио Фукуда из университета в Нагое создал робота-шимпанзе, который ловко карабкался по ветвям дерева. Сигео Хиросе из Токийского технологического университета произвел на свет целый выводок роботов-змей. А одной из японских лабораторий даже удалось создать робота с внешностью Мэрилин Монро. «Кожа» робота была такой чувствительной, что, когда во время демонстраций кто-то пытался ее потрогать, Мэрилин отодвигалась в сторону и кокетливо грозила пальчиком. Однако подобные чудо-роботы до сих пор остаются лишь привлекательными игрушками. На производстве слишком умные машины совершенно не нужны, а для того, чтобы стать полноценной домашней прислугой, они пока слишком дороги и слишком несовершенны. Кроме того, жители современных мегаполисов привыкли пользоваться отдельными «умными» электронными устройствами, облегчающими жизнь, и вовсе не нуждаются в неповоротливых искусственных лакеях. Так идея мыслящей машины, способной перемещаться в пространстве, совершая те или иные осмысленные действия, фактически повторила судьбу идеи воздушного сообщения на основе дирижаблей. Сначала, когда она была в большой степени востребована, уровень развития технологий оставлял желать лучшего, а позднее, когда с технологиями уже вроде бы все было нормально, оказалось, что идея не имеет практической ценности, и ее популярность заметно потускнела.

В ХХ веке идея создания роботов могла соперничать по популярности лишь с мечтой о колонизации космоса, которой было суждено пройти все тот же путь до почти полного забвения. К тому же идея освоения далеких планет была не менее архаичной, чем проекты создания ходячего железного человека. Ее сторонникам космическая экспансия представлялась чем-то вроде покорения Дикого Запада с обязательным переселением части жителей планеты-метрополии на новые земли.

Планы возведения поселений в околоземном пространстве и на планетах Солнечной системы возникли одновременно с идеей космических полетов. Циолковский еще до революции фантазировал на тему строительства колонии на астероиде Веста. Константин Эдуардович полагал, что без помощи разумных существ, обитающих на астероиде, ничего построить не получится, однако общий план объекта был им описан весьма подробно. Циолковский писал: «Они (жители астероида) нам помогут устроиться на Весте. Они устраивают шарообразные или цилиндрические камеры, состоящие из крепких сеток-оправ с множеством прозрачных плиток-окон. В них кислород в 0,1 плотности воздуха, немного углекислого газа и паров воды. В этих камерах находятся плодовые растения с влажной почвой. Они приносят плоды, необходимые для нашего насыщения. Растения дают пищу и кислород. Наши же выделения служат для них питанием».

Другие застрельщики ракетного дела, такие как Герман Оберт и Вернер фон Браун в Германии, тоже мечтали о далеких мирах, однако, как и в случае с роботами, новые идеи смогли завоевать популярность лишь благодаря фантастам и кинематографу. Делу популяризации грядущего завоевания космоса поспособствовал упомянутый выше Фриц Ланг – тот самый, что вывел на экраны первого персонажа-робота. В 1928 году Ланг приступил к съемкам фильма «Женщина на Луне», в котором рассказывалось об экспедиции, обнаружившей на спутнике Земли огромные запасы золота. Ланг хотел придать своему фильму максимальную степень реализма, а потому пригласил в качестве консультанта энтузиаста ракетостроения Германа Оберта. В свою очередь, киностудия UFA, на которую работал Ланг, намеревалась получить от услуг Оберта максимальный рекламный эффект и, чтобы подогреть интерес публики к фильму, потребовала от ученого в сжатые сроки построить и запустить настоящую ракету, чего не делал доселе никто. Оберт, который до того был скорее теоретиком ракетостроения, чем практиком, все же согласился совершить заказанный ему инженерный подвиг, поскольку сильно нуждался в деньгах. Закончить ракету в срок ему, естественно, не удалось, но UFA все же нашла, что показать публике. Чтобы проверить аэродинамические свойства своей будущей ракеты, Оберт сбрасывал ее модель с высокой заводской трубы, а его ассистент фотографировал полет. Рекламщики UFA заполучили негативы и смонтировали фотографию так, что ракета выглядела не падающей с трубы, а поднимающейся в небо, после чего сообщили газетам о грандиозном достижении науки и техники.