Фулканелли - Философские обители

Свойства философского плода с древа Познания зависят от искусства, тщательности работы и предусмотрительности алхимика. Не подлежит сомнению, что трансмутационная сила философского камня никогда не бывает одинаковой. Исторически известные случаи получения проекционного золота говорят нам об этом со всей очевидностью. Ван Гельмонт в 1618 г. в своей лаборатории в Вильворде близ Брюсселя проводил эксперимент с камнем, который перевёл в золото 18 740-кратное весовое количество жидкой ртути. Сила камня, который Лабужардьер передал Рихтаузену, составила 22 334. В 1603 г. в эксперименте у торговца Коха из Франкфурта-на-Майне Сетон получил коэффициент трансмутации, равный 1155. По словам Диппеля, Дирбах с помощью порошка Ласкариса трансмутировал 600-кратное количество ртути. Другая порция порошка Ласкариса оказалась более эффективной. Коэффициент трансмутации, проведённой в Вене в 1716 г. (присутствовали советник Пантцер де Гесс, граф Карл-Эрнст де Раппах, граф Иозеф де Вюрбен и де Фрейденталь, братья граф и барон де Меттерних), составил примерно десять тысяч. Нелишним будет упомянуть, что максимальный выход даёт ртуть и что эффективность камня зависит от природы исходного металла. Автор Писем Космополита утверждает, что одна часть эликсира превращает в золото тысячу частей обычной ртути, но только двадцать частей свинца, тридцать — олова, пятьдесят — меди и сто — серебра. А белый камень ( pierre au blanc ) при тех же соотношениях производит примерно половину указанных количеств.

О различных результатах хрисопеи Философы говорили мало, а вот о лечебных свойствах эликсира и о его удивительном влиянии на растения распространялись весьма охотно.

«Белый эликсир, — пишет Батсдорф [309], — чудесным образом исцеляет животных и особенно женщин… поистине он питьевая луна древних». Анонимный автор Ключа к Великому Деланию [310], подхватывая слова Батсдорфа, утверждает, что «у этого снадобья есть и другие, ещё более невероятные свойства. Так, белый эликсир благосклонен к женщинам, он омолаживает их, делает их тела крепкими и здоровыми, какими они были в юности… Для этого сначала готовят ванну с пахучими травами, где женщина должна хорошенько смыть с себя всю грязь; затем она погружается в другую ванну уже без трав, куда помещают 3 грана белого эликсира, растворённого в половине литра винного спирта. Женщина проводит в ванне четверть часа, после чего, не вытираясь, сушится возле сильного огня. В результате она чувствует себя на удивление окрепшей, а тело её становится на удивление белым. Наш добрый отец Гермес освящает эту операцию, но даёт понять, что одних ванн мало, нужно ещё каждый день в течение недели принимать эликсир внутрь. И добавляет: той, что будет повторять это каждый год, не придётся страдать от болезней и недомоганий, столь частых у других женщин».

Гугин из Бармы уверяет, что «после ферментации с золотом камень следующим образом используют в медицине: берут скрупул [311]или двадцать четыре грана камня, растворяют по всем правилам нашего искусства в двух унциях винного спирта и дают больному две-три, иногда четыре капли (в зависимости от болезни) в небольшом количестве вина или другой подходящей жидкости» [312]. Как сообщают старые авторы, все недуги, которыми больной страдал около месяца, проходят за день; больной, болевший год, вылечивается за двадцать дней, если же он болел больше года, на исцеление требуется месяц.

Однако в этом случае, как, впрочем, и во многих других, нужно делать поправку на чересчур богатое воображение писавшего. В порыве воодушевления автор Ключа к Великому Деланию готов восторгаться даже спиртовым раствором камня; «Раствор искрится золотом, — утверждаёт он, — и переливается множеством цветов». Автор, пожалуй, заходит слишком далеко, во всяком случае ни один Философ ни о чём подобном не упоминает. Автор Ключа к Великому Деланию вообще заявляет, что эликсир не знает никаких ограничений: «Проказа, подагра, паралич, камни во внутренних органах, дряхлость, водянка… ничто не устоит перед этим лекарством». И как если бы исцеление от прежде неизлечимых болезней показалось ему недостаточным, он спешит приписать эликсиру ещё более поразительные свойства. «Это снадобье возвращает слух глухим, зрение слепым, речь немым, излечивает хромоту; оно способно полностью обновить человека, заменить ему кожу, старые зубы, ногти, заменить седые волосы на новые, любого цвета, какой он только пожелает ». Это уже похоже на шутку и розыгрыш.

Если верить Мудрецам, камень даёт превосходные результаты применительно к растительному миру, особенно к плодовым деревьям. Полив весной землю возле корней сильно разбавленным в дождевой воде раствором эликсира, можно придать деревьям устойчивость к разного рода пагубным влияниям. При этом увеличивается урожай, плоды становятся крупнее и вкуснее. Батсдорф берётся даже посредством этого приёма выращивать в наших широтах экзотические растения: «Если этим раствором поливать какое-нибудь прихотливое растение, для которого непривычен наш климат, оно окрепнет так, словно природа создала его специально для наших краёв».

Упоминая о других чудесных свойствах философского камня, древнейшие авторы приводят многочисленные примеры, когда после длительного отмачивания в растворе камня хрусталь обращался в рубин, кварц — в алмаз. Они даже утверждают, что камень придаёт стеклу ковкость, хотя в это трудно поверить. Правда, Килиани [313]разделяет такую точку зрения. Следует всё же отметить, что способ действия эликсира, который сжимает вещество и придаёт ему твердость, противоречит подобной возможности. Как бы то ни было, Кристоф Мерре в Предисловии к своему трактату [314]вновь возвращается к этой проблеме: «Утверждая, будто эликсир делает стекло ковким, — пишет он, — алхимики опираются, хотя и без должного основания, на следующий отрывок из Плиния (кн. XXXVI, гл. XXVI): „Говорят, что во времена Тиберия был найден способ изготавливать упругое стекло, но мастерскую изобретателя разгромили те, кто боялся, как бы это открытие не сбило цену на золото, серебро и медь. Однако слухи, хотя и очень распространённые, не подтвердились“».

Другие авторы вслед за Плинием также приводили этот факт, хотя и в несколько ином виде. Так, Дион Кассий (кн. LVII) пишет: «Когда большой портал накренился, один архитектор, чьё имя осталось неизвестным (завистливый император не позволил упомянуть о нём в книге записей), выпрямил его и укрепил фундамент. Оплатив работу, Тиберий выслал его из Рима. Архитектор вскоре вернулся, якобы чтобы стяжать благосклонность императора. В присутствии Тиберия он уронил стакан, который помялся при падении, и архитектор тут же выправил стакан своими руками. Он надеялся, что император вознаградит его за изобретение, однако тот предал его смерти. Исидор подтверждает этот случай, но добавляет, что рассердившийся император швырнул стакан на мостовую, тогда архитектор вынул молоток и вернул стакану прежнюю форму. Тиберий поинтересовался, не поделился ли тот с кем-нибудь своим секретом, и когда архитектор побожился, что нет, император велел отрубить ему голову, так как боялся, что, если секрет будет разглашён, золото упадёт в глазах людей и металлы обесценятся».