С.-Х. Нунуев - Чеченцы

Своеобразие творчества чеченских писателей 20-30-х годов заключается в том, что в силу особенностей общественно-политической и историко-культурной ситуации, характерной для Чечни до и после октябрьского периодов, писатели решали многие задачи просвещения художественными средствами. В Чечне к концу 1924 года было всего 58 советских школ, и только в начале 1925 года, по инициативе Председателя Чеченского облисполкома Т. Эльдарханова, было организовано общество изучения края. В этих условиях начинающие писатели, опиравшиеся на традиции своих предшественников, просветителей конца XIX— начала XX в., осознали, выражаясь словами В. Г. Белинского (из его «Письма к Н. В. Гоголю»), что Чечне отныне «нужны не проповеди <���…>, а пробуждение в народе чувства человеческого достоинства».

По убеждению молодых писателей, это является необходимым условием для быстрейшего достижения народом успехов «в цивилизации, просвещении и гуманности».

Достижения литературы в этом направлении, постановка и решение значительных социальных проблем, предопределивших развитие жанров рассказа, повести и романа, связаны с появлением в ней Саида Бадуева и Саид-Бея Арсанова.

С. Бадуев с самого начала заявил о себе как писатель, которому было тесно в рамках зарождающегося рассказа, основанного на кровной зависимости от фольклорных сюжетов и образов, выразительных средств. Уже первые его рассказы свидетельствуют о том, что он пришел в литературу, пройдя школу хорошей профессиональной подготовки в русской литературе, по своим собственным видениям истории и современности, со своей тематикой и манерой повествования. Характерной чертой писателя стало умение в маленьком эпизоде, посредством небольшого на первый взгляд конфликта, сказать о многих теневых сторонах быта и характера народа, его мировоззрении, нравственных и этических представлениях. Каждый герой его произведений несет в себе социально и общественно значимые идеи, штрихи каждого из них все глубже характеризуют жизнь народа, его внутренний мир.

В начале творческого пути писатель как бы проверяет нравственный мир своих героев ставя их перед трудным выбором. При этом ярко выраженной особенностью уже первых его произведений является попытка проникнуть во внутренний, духовный мир героев. Настоятельная необходимость подчиниться властному требованию человеческого долга борется в душе Усама с условностями, навязанными адатом, — и эта внутренняя борьба приводит его в смятение. В результате происходит трагедия («Адат»).

Один из действенных приемов писателя — внутренний монолог персонажа, монолог писателя, обычно завершающий сюжет рассказа, состоящий из вопросов-обращений к читателю. Эта форма и особенность стиля С. Бадуева были привнесены в чеченскую прозу. Именно обличающая, обвиняющая, осуждающая устаревшие адатские нравственные установки позиция писателя, именно острый публицистический пафос его произведений, воспитывающий читателя, были обусловлены временем, когда среди горцев начали складываться новые морально-этические нормы. В этих условиях на первых порах наиболее плодотворной оказалась форма письма С. Бадуева, позволяющая прямо и непосредственно обращаться к читателю. Она имела огромное воспитательное значение своей дидактической направленностью («Олдум», «Имран», «Колодец», «Зийнап», «Кабиха», «Месть», «Ураза» и многие другие).

Переход писателя к большим эпическим формам повествования был подготовлен его предыдущими идейно-эстетическими поисками в жанре рассказа. Процесс развития жанра повести в творчестве С. Бадуева был настолько стремителен, что в конце 20-х — начале 30-х годов писатель написал пять крупных произведений («Г олод», «Огненная гора», «Бешто» и другие), в которых в полной мере отразились его идейно-художественные искания, запечатлены внутренние сдвиги в характере и мировоззрении горца, жившего на рубеже двух эпох. Естественно, поэтому в основе его повести лежат социально-классовые конфликты своего времени и сопряженные с ними эпизоды духовной жизни человека.

В рассказах и повестях С. Бадуева впервые в письменной чеченской литературе подняты гуманистические проблемы, развивая и обновляя традиции гуманизма, заложенные в фольклоре. Лирическими, публицистическими отступлениями, явно выраженным сочувствием к герою, анализом описанных событий в конце рассказа — всеми этими художественными приемами писатель выражал, прежде всего, гуманистическую концепцию человека и решал вопрос о необходимости бережного, чуткого и терпеливого отношения к человеку, душевно надломленному в прошлом, а ныне очутившемуся в водовороте острой классовой борьбы. Кстати, эта проблема ставилась им и в поэзии (стихотворение «Наш сад», поэма «Два солнца» и др.).

Анализ возможностей человека в моменты резких сдвигов в его жизни — качество, которое определило эстетическую структуру целого ряда произведений писателя, воссоздающих прошлую жизнь народа. Момент кризиса, перелома в судьбах героев выявляет меру их человечности, мужества, подготовленности для сопротивления реакционным нравственным нормам бытия, для восприятия и утверждения новых идей своего времени. К осмыслению образа Петимат — героини из одноименного романа — писатель подошел, опираясь именно на эти критерии. В романе «Петимат» писатель показал читателю, что в дореволюционном прошлом была и другая правда, которая в корне отличалась от «правды» муллы в повести «Огненная гора». Правда эта поддерживала энергию социальных низов, вдохновляла на борьбу с угнетателями, интернационализировала их сознание. Правда эта заключалась в постоянном влиянии на умы трудящихся горцев демократических идей передовой, протестующей и борющейся России.

После романа «Петимат» тематика творчества С. Бадуева резко меняется. Писатель приступает к новым обобщениям, анализирует духовный мир человека, очутившегося на гребне социалистического строительства. Произведения, написанные им с 1930 по 1937 год (до его репрессии) в поэзии, прозе и драматургии по своему эстетическому потенциалу и художественной силе менее значимы, чем произведения, в которых он осмысливал дореволюционную жизнь своего народа.

Почти одновременно с С. Бадуевым приступил к написанию своего романа и С.-Б. Арсанов. Но в отличие от романа С. Бадуева, в романе С.-Б. Арсанова «Два поколения» на первый план выступили другие факторы, свидетельствующие об эволюции эпического жанра в молодой литературе. Писателя заинтересовал новый тип человека, в котором воплотились судьбы трудящегося народа, пришедшего вместе с русским пролетариатом к первой русской революции.