Булат Рахимзянов - Москва и татарский мир

Дональд Островски, работающий в Гарвардском университете, в 1998 г. опубликовал провокационную монографию «Московия и монголы: межкультурные влияния на степной границе, 1304–1589 гг.» 55, концептуальные построения которой были приняты далеко не всеми исследователями, работающими на поле средневековой истории России 56. Основные идеи монографии были им изложены восемью годами ранее на страницах журнала Slavic Review 57. Автор, как он сам заявляет во введении, не старался глубоко вдаваться в детали, так как писал работу как обобщающую, как интерпретацию. Изначально являясь специалистом по истории русской православной церкви 58, автор, разрабатывая эту тематику, пришел к интересующим нас вопросам. Вероятно, именно поэтому вторая глава его работы, «Развитие антитатарской идеологии в московской церкви», на мой взгляд, удалась ему лучше первой — «Монгольское влияние: что было и чего не было». История татарских средневековых государств для Островски не была первостепенной. Его больше занимали вопросы внешних влияний на формирование московской государственности. Островски считает переселенцев из татарских ханств, в совокупности с двором великого князя, одними из основных источников монгольского влияния на Русь.

А. А. Горский в своей монографии «Москва и Орда» 59обратился к взаимосвязям Москвы и поздней Золотой Орды в XѴ в. Работа сделана на основе серьезного анализа русских летописей. Концептуально автор находится под влиянием традиционных установок российской историографии, хотя следует им выборочно.

Исследователь А. В. Мартынюк, получивший степень доктора философии ( Dr. phil .) в Бохумском университете, в 2002 г. опубликовал книгу «Монголы в картинах. Восточные, западноевропейские и русские изобразительные источники по истории Монгольской империи и ее наследных государств в ХІІІ-ХѴІ вв.» 60, где проанализировал визуальные изображения монголов/татар указанного периода. Книга помогает проследить некоторые нюансы геополитических реалий того времени в свете нестандартного источника.

Профессор университета Лойола в Чикаго Михаил Ходарковский, получивший базовое образование в СССР, затрагивает историю позднезолотоордынских государств в совокупности в своей работе «Степная граница России: создание колониальной империи, 1500–1800 гг.» 61, одна из глав которой была им опубликована как большая статья «Приручая Дикую Степь: южная граница Московского государства, 1480–1600 гг.» 62. Автор попытался перенести концептуальные наработки так называемых Colonial Studies (колониальные исследования), принятые и признанные в «западной» историографии, на почву взаимоотношений Московии с татарским миром в ХѴ-ХѴІІІ вв. Это ему не очень удалось, что отмечалось в рецензии В. В. Трепавлова 63. Фактографическая часть работы «хрестоматийна» (В. В. Трепавлов); в плане же мыслей автора по поводу изначальной невозможности мирного сосуществования Степи и Московского государства в Средние века с М. Ходарковским можно поспорить, хотя его аргументы и имеют право на существование. Сильной стороной работы является попытка систематизации связей Москвы с татарским миром в указанный период.

И. В. Зайцев в 2004 г. издал книгу, состоящую из статей-очерков по истории и источниковедению позднезолотоордынского пространства XѴ — первой половины XѴI вв. 64Она крайне полезна при реконструкции политической истории этого периода. Концептуальные установки автора не относятся к традиционным для российской историографии.

Украинский автор О. Гайворонский сделал попытку написать обзорную историю крымских ханов на основе имеющихся на данный момент монографий по проблеме 65. Он активно использовал английскую, американскую, французскую и немецкую историографию вопроса.

Исследователь из Йошкар-Олы А. Г. Бахтин в 2008 г. решил заново расставить акценты в вопросе образования Казанского и Касимовского ханств 66. Хотя его работа и находится полностью под влиянием концепции Вельяминова-Зернова, в ней имеются некоторые новые мысли и привлеченные источники. Методологией А. Г. Бахтина является позитивизм.

Курганский автор Д. Н. Маслюженко исследовал позднезолотоордынскую историю Сибири в ХѴ-ХѴІ вв. 67В историографическом контексте обзорных исследований вышла работа автора данных строк по истории Касимовского ханства 68.

Рязанский автор А. В. Беляков, крайне продуктивно работающий в архивах РФ, особенно в РГАДА, в 2011 г. обобщил результаты своих штудий в монографии «Чингисиды в России ХѴ-ХѴІІ вв.» 69. Количество материала, проработанного для написания монографии, впечатляет читателя. Однако его переработка и анализ уже не столь блестящи, о чем указывалось в рецензии В. Д. Назарова на книгу 70. Главный вывод книги А. В. Белякова — Чингисиды в России на протяжении ХѴ-ХѴІІ вв. являлись «ненужными», лишними людьми. Соглашаясь с данным тезисом относительно XѴII века, по которому А. В. Беляков является бесспорным специалистом, можно отметить, что механически экстраполировать данный постулат на XѴI в., а уж тем более на XѴ в. непродуктивно. В данном случае выводы А. В. Белякова входят в серьезный диссонанс с материалами аутентичных источников по периоду. Как и А. Г. Бахтин, методологически Беляков твердо стоит на позитивистских позициях.

Не так давно в издательстве Brill вышла книга польского историка Дариуша Колодзейчика «Крымское ханство и Польша-Литва: Международная дипломатия на европейской периферии (15–18 вв.): Изучение мирных договоров с приложением аннотированных документов», затрагивающая важный аспект внешней политики одного из важнейших позднезолотоордынских государств — Крымского ханства 71. Книга весьма объемна (1135 с.). В исследовании достаточно подробно обсуждается вопрос о характере крымских отношений с северными соседями, Короной Польской и Московским государством. В приводимых автором документах есть масса сведений, которые могут быть использованы для раскрытия многих сторон истории Крымского ханства (системы карачи-беков, клановой структуры, состава и статуса религиозных деятелей и т. д.) и Ногайской Орды 72. В целом же книга имеет явный источниковедческий уклон.

В. В. Трепавлов в 2012 г. издал монографию, исследующую историю Сибирского ханства после Ермака 73. Книга построена на материалах архивных источников, что придает ей особую ценность.

Итак, работы третьей группы весьма разнообразны по своему содержанию: каждая из них выявляет свои аспекты проблематики.

Четвертая группа исследований — статьи, освещающие различные нюансы темы. Они «утилитарно» помогли автору книги в разрешении локальных вопросов. Это и внутреннее устройство татарских анклавов Московской Руси — здесь приведенные статьи позволяют в том числе и провести компаративный анализ на материале русских уделов (особо выделю работу С. Н. Кистерева 74), различные нюансы восточной политики Москвы в ХѴ-ХѴІ вв. (фундаментальная статья И. И. Смирнова, важные исследования О. Прицака, Л. Коллинз, Дж. Мартин и др.) 75, вопросы трибутарных отношений между Москвой и татарским миром (С. Ф. Фаизов) 76, ногайское поселение Московской Руси Романов и аспекты его появления и существования (В. В. Трепавлов) 77.