Адриан Голдсуорти - Октавиан Август. Революционер, ставший императором
- Название:Октавиан Август. Революционер, ставший императором
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ
- Год:2018
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-088484-1, 978-5-17-111097-0
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Адриан Голдсуорти - Октавиан Август. Революционер, ставший императором краткое содержание
Октавиан Август. Революционер, ставший императором - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Мы не знаем, когда родители сочли, что Октавий может безопасно вернуться в Рим, однако он там уже точно был в конце 47 г. до н. э., а 18 октября официально стал совершеннолетним. Для данной церемонии не существовало установленного возраста; обычно она проходила в 14–16 лет. Октавию уже несколько недель как исполнилось шестнадцать. Прелестную буллу, которую была на шее у ребенка, теперь, наконец, снимали, и юноша впервые брился. Его волосы также срезались. Мальчикам позволялись длинные и взъерошенные волосы, а вот взрослому гражданину подобали более короткие и аккуратно уложенные. Кроме того, мальчики носили так называемую toga praetexta с пурпурной каймой – такая была еще только на одежде магистратов. Теперь в знак своего нового статуса Октавий надел мужскую тогу ( toga virilis ). В очередном рассказе о знамениях, предвещавших его будущую славу, Светоний сообщает, что когда юноша снимал детскую тогу, его туника порвалась и упала к ногам – предвестие того, что магистраты и сенат в свое время подчинятся ему. Как обычно, невозможно узнать, имел ли место такой случай на самом деле или это позднейший вымысел. После церемоний в домашнем кругу родственники‑мужчины и друзья семьи шли с только что посвященным во взрослые через центр города, поднимались на Капитолийский холм и в храм Юпитера, чтобы совершить жертвоприношение Ювентуте, богине юности. [119]
Вполне возможно, что Юлий Цезарь был свидетелем этого важного этапа в жизни своего внучатого племянника. Он достиг Италии после своего возвращения с Востока в конце сентября, однако затем ему пришлось заняться организацией похода в Африку подавлять мятеж легионеров, которые стали проявлять все большее недовольство во время его долгого отсутствия, проводить выборы, а затем в середине декабря он отправился на Сицилию. Возможно, что Юлий Цезарь был слишком занят, чтобы присутствовать при описанных церемониях лично, однако он уже проявлял интерес к шестнадцатилетнему родственнику. Из‑за гибели видного помпеянца в битве при Фарсале [120]образовалась вакансия в коллегии понтификов. Юлий Цезарь официально рекомендовал внучатого племянника в качестве кандидата, и участники выборов, как и полагалось, удовлетворили его желание. [121]
Хотя формально Октавий был уже взрослым и членом высшей жреческой коллегии в Риме, он продолжал жить под одной крышей с Филиппом, а Атия по‑прежнему осуществляла контроль за жизнью и образованием сына. Его считали очень красивым парнем. Волосы у него слегка вились и были светлыми ( subflavum ), хотя такие описания могут подразумевать каштановый, но не черный цвет. У него были маленькие зубы, разделенные бо́льшими промежутками, чем это бывает обычно, а впоследствии они стали гнить. Его лицо не было очень темным или очень белым, движения были изящными, тело и его члены – соразмерными, так что он казался выше, чем был. Позднее один из его вольноотпущенников утверждал, что во взрослом возрасте тот имел больше пяти футов и шести дюймов (пять футов девять дюймов роста по римским меркам). Однако это, вероятно, слишком лестная оценка – несомненно, Октавий считал себя низкорослым и бо́льшую часть жизни носил обувь на толстой подошве, чтобы казаться выше (Suetonius, Augustus 79. 1–2).
Юлий Цезарь был высоким мужчиной с пронзительными глазами, и если в отношении роста его внучатый племянник соперничать с ним не мог, то ему нравилось думать, что уж по крайней мере его взгляд производит сильное впечатление. Римских аристократов отличало сознание собственной значимости, равно как и их рода. Октавий в высшей степени испытывал уверенность в собственных силах, и говорили, что еще с ранних лет он собрал вокруг себя дружеский кружок. Позднее его биограф Николай Дамасский утверждал, что он также привлекал внимание зрелых женщин. Желая скрыть свое обаяние, он реже появлялся на публике в дневные часы, когда его могли видеть, и даже храмы посещал в темное время суток. В Риме было немало скучающих жен сенаторов, получивших столь же хорошее образование, как и их братья, но отстраненных от участия в политической жизни, выходивших замуж и разводившихся для того, чтобы скреплять или разрывать политические альянсы, а мужья их либо отсутствовали, либо не интересовались ими. Сестры Клодия не раз становились предметом сплетен об их романах и разгульном образе жизни; об одной из них под именем Лесбии писал влюбленный в нее поэт Катулл, который потом возненавидел ее, но тосковал по ней, когда она покинула его. Мать одного из подчиненных Юлий Цезаря, Децима Юния Брута, весьма колоритно описывается одним из сенаторов: «Среди них была и Семпрония. […] Ввиду своего происхождения и внешности, как и благодаря своему мужу и детям, эта женщина была достаточно вознесена судьбой; она знала греческую и латинскую литературу, играла на кифаре и плясала изящнее, чем подобает приличной женщине; она знала еще многое из того, что связано с распущенностью. Ей всегда было дорого все, что угодно, но только не пристойность и стыдливость; что берегла она меньше – деньги ли или свое доброе имя, было трудно решить. Ее сжигала такая похоть, что она искала встречи с мужчинами чаще, чем они с ней. Она и в прошлом не раз нарушала слово, клятвенно отрицала долг, была сообщницей в убийстве; роскошь и отсутствие средств ускорили ее падение. Однако умом она отличалась тонким: умела сочинять стихи, шутить, говорить то скромно, то неясно, то лукаво; словом, в ней было много остроумия и привлекательности». [122]
Юный Октавий, судя по всему, сопротивлялся прелестям таких высокородных сирен. Однако юношам из аристократических семей, в отличие от их сестер, многое дозволялось, когда речь заходила о сексуальных подвигах. В Риме было полно борделей, а в них – множество высококлассных куртизанок, которые хотели, чтобы за ними ухаживали и заботились о них не скупясь. Марк Антоний в то время имел роман с мимической актрисой по имени Киферида, и покровительствовал ей в то время, как Юлий Цезарь отсутствовал, а он выполнял функции его заместителя в Италии. Это было рабовладельческое общество, когда одни люди находились в собственности у других. Раб не имел права сопротивляться своему хозяину, если тот желал вступить с ним в сексуальную связь. [123]
Октавий отправился в Испанию для участия в кампании против Гнея Помпея, однако из‑за болезни добрался туда слишком поздно, когда боевые действия уже закончились. Однако все равно Юлий Цезарь рад был видеть его и относился к нему очень заботливо. По возвращении в Рим он выехал из дома Филиппа и перебрался в жилище неподалеку. Во многих первоклассных инсулах имелись просторные комнаты, и их нередко сдавали внаем богатым молодым людям, жившим там до свадьбы и до обзаведения собственным домом. Семнадцатилетний Октавий по‑прежнему немало времени проводил с родителями, однако время от времени устраивал обеды для своих друзей. Некоторые из них позднее утверждали, что он целый год воздерживался от любовных утех, считая это полезным для укрепления здоровья в целом и особенно для голоса. Человеку, желавшему сделать политическую карьеру, требовалось стать оратором хотя бы среднего уровня. Тем не менее, вне зависимости от причины, целый год сексуального воздержания рассматривался как нечто исключительное, и не просто для юного римского аристократа как такового, но и как достижение Октавия лично. [124]
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: