Игорь Ашурбейли - Расплетин

Наиболее «простым» и очевидным решением этих задач казалось применение раздельных РЛС обзора и РЛС сопровождения с использованием в каждой из РЛС известных к тому времени традиционных технических решений, например конического сканирования для точного сопровождения по углам. Это решение было реализовано для первых американских ЗРК «Найк».

Создание таких узколучевых локаторов предполагалось поручить Тарановскому Вадиму Михайловичу, а проработку оснащения зенитной ракеты радиолокационной головкой наведения, как было принято в теме «Комета», должен был начать Николай Александрович Викторов.

Однако более подробная проработка с учетом заданной канальности выявила чрезвычайную громоздкость подобного лобового решения. Действительно, в этом случае в общем секторе должны были одновременно работать без взаимных помех секторная РЛС обзора и по двадцать РЛС сопровождения целей и ракет.

Для этого на двух «кольцах» требовалось разместить более тысячи ЗРК с двумя радиолокаторами в каждом. На вопрос Расплетина, как обеспечить управление боевыми действиями такой громоздкой системы, наладить ее непрерывную слаженную работу, ответ был такой: «Сегодня решения этой задачи нет. Это твоя задача, и ее надо решить незамедлительно».

Во второй половине дня они поехали к Д. Ф. Устинову, где собрались все поименованные в приказе лица. Д. Ф. Устинов в общих чертах ознакомил с содержанием постановления, а затем попросил руководителей КБ-1 (П. Н. Куксенко и С. Л. Берию) познакомить А. А. Расплетина, И. Д. Митяшина и В. С. Пугачева в соответствии с утвержденным Л. П. Берией «Порядком ознакомления» с отдельными положениями указанного постановления. Все они дали расписки о неразглашении каких-либо сведений по системам «Беркут» и «Комета».

Материалы, с которыми ознакомился Расплетин, удивили его конкретностью тактико-технических данных и жесткими сроками выполнения. Формально все элементы системы были прописаны, но технический облик средств не был определен. Главной задачей, стоявшей перед Расплетиным, было максимально быстро определиться с обликом задуманной системы обороны Москвы и ее радиолокационных средств.

Сроки были невероятно сжатые. К. К. Михалюк напомнил присутствующим, что на КБ-1 распространяется распоряжение правительства от 1947 года, разрешающее отбирать и принимать на работу из любых организаций высококвалифицированных специалистов и молодых инженеров разного профиля. Это было чрезвычайно важно, и этим надо было немедленно воспользоваться.

Из сообщений Э. В. Ненартовича и В. М. Шабанова Расплетин сделал для себя вывод о достаточно благоприятной ситуации с разработкой системы «Комета». Испытания шли успешно, начался серийный выпуск ракет, имели место лишь трудности с обработкой результатов летных испытаний, но это была понятная задача. Завершив обсуждение текущих вопросов по созданию средств системы «Беркут» и «Комета», Устинов остановился на ближайших задачах по организации работ по этим темам и обязал всех присутствующих подготовить конкретные предложения и попросил своих замов еженедельно рассматривать ход разработки. Это предложение Устинова стало основным требованием к руководителям на всех этапах разработки системы «Беркут». Все справки, отчеты, технические предложения, естественно, имели гриф «Сов. секр. Особая важность». Об их содержании было известно только высшему руководству КБ-1 и ТГУ Иногда такие еженедельные отчеты направлялись Л. П. Берии, но об этом позже.

На предприятие Расплетин вернулся вместе с начальником теоретического отдела В. С. Пугачевым. В КБ-1 к ним присоединились Н. И. Аухтун и Л. А. Гаухман, которые рассказали историю создания системы «Комета» и о событиях, приведших к постановлению по системе «Беркут».

Разговор затянулся допоздна. Договорились, что следующий день будет посвящен внимательному изучению постановления по «Беркуту» и формированию программы первоочередных работ по системе. Дежурная машина развезла всех по домам. Для отдыха им в этот день было отпущено всего несколько часов.

Дома Александра Андреевича ждал накрытый стол с хорошим коньяком. Дети уже спали. Нина Федоровна с нетерпением ожидала его рассказа о первом дне работы в КБ-1.

Приведенная ниже история разработки систем «Комета» и «Беркут» составлена по реконструированным воспоминаниям очевидцев тех событий, изложенным в работах С. Л. Берии, Г. В. Кисунько, М. А. Первова и автора настоящей книги.

В 1947 году сын Л. П. Берии, Сергей Лаврентьевич, завершал учебу в Ленинградской военной академии связи им. С. М. Буденного, куда он поступил в конце войны. Отец Сергея был крайне заинтересован, чтобы он написал достойный проект. Для этого Лаврентий Павлович пригласил к себе Г. Я. Кутепова и попросил его подобрать для сына толкового консультанта. У Г. Я. Кутепова, начальника одной из крупнейших «шарашек» НКВД — КБ № 29, работали многие выдающиеся ученые и конструкторы. Для Сергея Берии Кутепов предложил известного ученого-радиста Куксенко, работавшего у него с 1931 года. За его плечами были интересные разработки, внедренные в серийное производство, он был награжден двумя орденами, удостоен звания лауреата Сталинской премии. Предложение Кутепова понравилось Лаврентию Павловичу. Так у Сергея Берии появился научный руководитель. Отсутствие ученой степени у Куксенко Л. П. Берия попросил ликвидировать быстрой защитой его докторской диссертации на ученом совете в НИИ-108.

Так счастливо сошлись жизненные пути П. Н. Куксенко, С. Л. Берии и Г. Я. Кутепова. Сергей Берия учился в Ленинграде, Павел Николаевич Куксенко работал в Москве, но это не мешало их частым встречам и успешному оформлению дипломной работы.

На защите дипломного проекта государственная комиссия поставила Сергею оценку «отлично» и рекомендовала организовать его реализацию в промышленности. Вскоре у министра вооружения Д. Ф. Устинова состоялось совещание членов коллегии, на которое были приглашены ведущие разработчики НИИ-20, НИИ-88 и на котором майор С. Л. Берия со своим научным руководителем И. Н. Куксенко сделал доклад. Речь шла о борьбе с кораблями противника с помощью крылатого снаряда, отцеплявшегося от самолета-носителя. Чтобы обеспечить беспрепятственную работу по созданию нового вида оружия, 8 сентября 1947 года вышло постановление СМ СССР № 3140–1026 об организации «Спецбюро № 1 МВ».

Этот факт нашел отражение в недавно вышедшей книге Л. И. Берии «Тайный дневник. 1937–1953 гг.», в которой приводится следующая запись:

5/9—47. Договорился с Кобой, будем принимать постановление Совмина по противокорабельным управляемым снарядам. Ракетчики хотели назвать «Болид», потом решили, что «Комета» понятнее. Ракета будет как маленький беспилотный самолет. Подвешивается под матку, потом сбрасывается и летит к цели. Дальность пока 100 км, надо ставить задачу на большее. Работать будут Павел и Серго. Лучшего учителя для Серго не вижу. Павел — человек с головой и выдумкой и умеет крепко работать.