Иван Аношин - На правый бой

Между тем обстановка требовала высокой дисциплины, организованности, бдительности, готовности к немедленным и решительным действиям: уступив власть, реакция не потеряла надежды на реванш. Об этом с тревогой говорил на встрече с руководством 3-го Украинского фронта глава делегации ЦК БРП(К) член Политбюро Димитр Ганов.

Делегация располагала сведениями о значительной концентрации гитлеровских войск северо-западнее Софии, у города Видина, и на территории Югославии, в районах Ниша и Бела-Паланка. Нам сообщили также, что соединения болгарской армии, располагавшиеся в Югославии, гитлеровцы разоружают. Все это говорило о том, что гитлеровское командование может попытаться захватить Софию, хотя бы с целью обеспечения отхода своих войск из города Салоники через Ниш и Белград. Это могло резко осложнить всю военно-политическую обстановку не только в Болгарии, но и на Балканах в целом.

Такое положение беспокоило не только наше командование, по и коммунистов Болгарии, все правительство Отечественного фронта, которое обратилось к Советскому правительству с просьбой об организации взаимодействия болгарских частей и соединений с войсками 3-го Украинского фронта. Хорошо осведомленное о положении дел на Балканах, советское руководство приняло самые решительные и своевременные меры. Уже 13 сентября по приказу Ставки 34-й стрелковый корпус 57-й армии и 5-я отдельная гвардейская мотострелковая бригада с частями усиления взяли курс на Софию. 15–16 сентября их восторженно встретили жители болгарской столицы. Одновременно в район Софии было передислоцировано несколько авиационных соединений. Образованную из этих войск Софийскую оперативную группу возглавил начальник штаба фронта генерал-полковник С. С. Бирюзов. Организация политической работы в оперативной группе была поручена мне.

Болгария была первой славянской страной, куда вступили наши войска, выполняя свою освободительную миссию. Несмотря на то что она находилась в состоянии войны с Советским Союзом, наши солдаты и офицеры относились к болгарскому населению как к родственному народу. Это благожелательное отношение еще больше укрепилось, когда власть перешла в руки Отечественного фронта.

Рабочих интересовало, как, кто у нас руководит заводами и фабриками, кому они принадлежат, крестьяне расспрашивали о колхозах — что это такое, как можно обобществить землю и так далее.

И начались на наших глазах демократические преобразования. Каждый день и час убеждали советских воинов не только в дружелюбии болгарского народа, но и в его стремлении покончить с эксплуататорами, построить в стране новое общество. Болгары живо интересовались нашим образом жизни. Его пропаганде особенно способствовало то, что наши воины, находясь на территории Болгарии, во взаимоотношениях с местным населением показали себя достойными представителями великой Советской державы. Своим безупречным поведением они снискали всеобщее уважение и благодарность болгарского народа и во многом способствовали превращению общих взаимных симпатий в подлинную братскую дружбу.

О благородстве наших воинов, воспитанных в духе дружбы народов и пролетарского интернационализма, говорят многие факты. В первые дни пребывания в Болгарии некоторые офицеры по вине финансистов оказались без денег в местной валюте. И вот в Бургасе они пришли в отделение национального банка и обратилась с просьбой обменять советские деньги на болгарские по существующему курсу. Дирекция банка, ссылаясь на то, что она не имеет на это указаний, предложила офицерам взять болгарскую валюту под расписку или даже вовсе без расписки — столько, сколько им нужно. Офицеры, однако, единодушно отказались, заявив при этом, что не могут так поступить. Директор банка был изумлен таким ответом. В беседе с офицерами он заявил:

— Странно. Немцы насильно обобрали мой банк, а вы не берете денег даже и тогда, когда вам предлагают. Сегодня я предложил одному вашему бойцу левы для покупки очков, но он их не взял, даже обиделся.

Подобные факты имели место и в других городах и населенных пунктах. Бойцы и командиры наших соединений и частей проявляли исключительную сдержанность и благородство по отношению к местному населению и служащим государственных учреждений, никоим образом не вмешивались во внутренние дела. И все-таки недруги в самой Болгарии и особенно за рубежом старались оклеветать наших воинов, представить их оккупантами, попирающими права народа.

Как-то позвонил генерал-полковник А. С. Щербаков. Выслушав доклад, он спросил:

— Что там у вас творится в Бургасе и Варне?

— Все в порядке, — ответил А. С. Желтов, — особых осложнений нет. Войска ведут себя как положено, устанавливаются связи с вновь создаваемыми органами власти.

Щербаков сказал, что буржуазная печать утверждает, будто в городах и селах Болгарии, особенно в Варне и Бургасе, советские войска вмешиваются во внутренние дела Болгарии, устанавливают там социалистические порядки, которые не хочет иметь население.

Член Военного совета ответил, что это чистейшей воды вымысел, грязная клевета. Однако А. С. Щербаков потребовал срочно разобраться на месте и лично доложить о результатах.

После этого разговора член Военного совета пригласил меня.

— Возьмите несколько человек и выезжайте немедленно в Варну, а оттуда — в Бургас, — сказал он. — Через день я тоже подъеду: надо посмотреть лично.

Как мы и предполагали, никаких беспорядков ни в Варне, ни в Бургасе не было. Строго соблюдая полученные инструкции, наши войска ни в какой форме не вмешивались в вопросы гражданского управления, предоставив это дело целиком и полностью самим болгарам. По отношению к местному населению они вели себя в высшей степени корректно. Были, правда, случаи, когда местная реакция пыталась провоцировать наших людей, но это не достигало целей. Служба войск была поставлена нормально, проводилась большая политико-воспитательная работа с личным составом.

Товарищи из комитетов Отечественного фронта как в Варне, так и в Бургасе рассказали нам, что было несколько инцидентов с представителями старой власти, не пожелавшими признавать правительство Отечественного фронта, исполнять его предписания, что, возможно, и явилось для западной прессы поводом поднять клеветническую шумиху. Было же все скорее наоборот. В Варне ко мне явилась целая делегация весьма решительных молодых людей.

— Как же так, товарищ генерал? — начал горячо руководитель делегации. — Мы все так ждали вас, думали, как только придут советские войска, они помогут и нам создать Советскую власть, точно такую, как в вашей стране…

Пришлось долго объяснять этим искренне заблуждавшимся людям, что наша армия свою цель видит лишь в освобождении Болгарии от фашистов и их пособников. А какую устанавливать власть — это их, болгаров, кровное дело.