Эрих Церен - Библейские холмы

Макс фон Оппенгейм начал работы на старом месте — там, где 12 лет назад он засыпал свои раскопы землей. Постепенно из-под лопат испуганных бедуинов возникли три зверя-колосса. Это были статуи гигантских богов и сфинкс. Открылась также часть фасада дворца.

«Ощупью продвигаясь вперед вдоль вымостки, на которой находились изваяния из камня,— сообщает фон Оппенгейм,— мы постепенно освободили остатки стен и помещений дворцового храма. Следуя в направлении ворот, пробитых в большом фасаде, мы достигли... первого храмового помещения». Его каменный пол был весь покрыт грудой обгоревшего щебня от обрушившихся балок. В восточном углу этого помещения лежал скелет молодой девушки с сохранившимися украшениями в болезненно согнутом положении.

Что же здесь произошло?

Что означает каменное изваяние сфинкса?

Макс фон Оппенгейм вербует новый отряд рабочих. В конце концов, на Телль-Халафе работало 550 бедуинов. Они обслуживали узкоколейку, опрокидывали наполненные вагонетки, раскапывали и... бастовали. Они бастовали периодически, когда знойные песчаные бури забивали пылью глаза или когда кто-либо из их вождей уговаривал рабочих требовать более высокой оплаты. Но барон из Кельна умел успокаивать детей Аллаха и возвращать их снова к работе. Он хорошо обращался с ними, и рабочие слушались его, невзирая на злых духов Телль-Халафа.

Иногда огромный палаточный лагерь Телль-Халафа, рассчитанный на несколько тысяч человек, посещали семьи рабочих или их соплеменники. Издалека приходили шейхи всех крупных племен бедуинов или, по крайней мере, их доверенные представители, не столько затем, чтобы посмотреть на своих братьев и сыновей, которые трудятся на Телль-Халафе, сколько для того, чтобы понаблюдать за немецкими начальниками, выбрасывающими кучу денег для расчистки холма мусора, в котором не могут найти ничего лучшего, кроме камней и обломков.

Эти сыны пустыни не могли понять, почему ученые собирают и рассматривают черепки с такой любовью. Их же никак нельзя использовать! Как странно иногда могут вести себя такие богатые и ученые люди, как эти немцы! И живут же они в этом аду лихорадки на Телль-Халафе. Даже их личный врач неожиданно обессилел, и его, сраженного жестокой лихорадкой, пришлось срочно везти в ближайший порт. Его так и не успели спасти: врач умер в Бейруте.

В тяжелом состоянии пришлось отправить обратно в Германию архитектора, фотографа и секретаря. И, наконец, этот немецкий барон сам заболел и в течение нескольких недель боролся на Телль-Халафе со смертью. Разве он не знал, что два с половиной тысячелетия назад в этом аду погибло несчетное число детей Израиля?

Что ему еще здесь надо было искать?

Но такими уж они родились, эти археологи!

Вместо того чтобы уехать домой и избавиться от зараженного воздуха и адского зноя Телль-Халафа, они вызвали новых людей из Европы. В конце концов, на холме работало уже 10 немцев, в том числе пять архитекторов (некоторые из них позже получили кафедры истории искусств и истории древней культуры в германских университетах), врач, фотограф, два секретаря и, конечно, сам неутомимый барон.

В 1913 году раскопки были прерваны. Нет, они еще далеко не окончены, их собирались продолжать зимой 1914 года. Ведь многое было еще недоделано, не приведено в порядок, не объяснено. Прекращать работы на Телль-Халафе нельзя было ни в коем случае.

Но здесь началась мировая война—надолго затянувшаяся первая мировая война. И лопаты немцев безнадежно ржавели на Телль-Халафе.

Только в 1927 году, через 14 лет, Макс фон Оппенгейм вернулся назад, к Телль-Халафу. Холм уже не принадлежал Турции, а входил в состав французской подмандатной территории Сирии. Французы дали немцам великодушное разрешение на продолжение раскопок по всей области истоков Хавура; они даже помогали там, где это требовалось.

Последствия войны сказались и на Телль-Халафе. Вновь были засыпаны найденные при раскопках холма и спрятанные в экспедиционном домике каменные изваяния. Они лежали под развалинами дома, разрушенного во время боев между турками и сирийцами. Однако все еще можно было снова привести в порядок, тем более что директор общества древностей в Северной Сирии француз М. Дж. Дарру взялся охранять немецкую экспедицию и ее находки и наконец, стал ее хорошим другом. Дарру привез немцам, среди которых было несколько опытных архитекторов, оружие и инструменты из Алеппо. В 1929 году на обратном пути в Алеппо близ Рас-эль-Аина он подвергся нападению бедуинов, которые ограбили и убили его. Немцы глубоко и искренне скорбели об этом человеке.

Скоро 200 бедуинов снова работали на Телль-Халафе. Многие уже были знакомы с этим холмом по довоенному времени. Найденные каменные барельефы изображали охоту на быков, борьбу льва и быка, человека и льва и другие сюжеты. На одном барельефе — изображение двух рогатых животных около дерева. По всему Ближнему Востоку, вплоть до Индии, встречается подобный мотив — священное дерево (символ Млечного Пути) с двумя лунными серпами.

У входа во дворец Телль-Халафа стояло пять огромных звериных фигур, изваянных из камня. В середине изображен бык, справа и слева — львы, по наружной стороне фасада — два сфинкса с женскими головами.

Позади этих пяти колоссов возвышались каменные фигуры трех людей.

Всего нашли восемь изваяний, пять из них — животные, собственно, синкретические существа.

Означает ли это что-либо? Имеет ли эта группа какой-либо особый смысл?

Согласно библейской легенде, бог явился к Аврааму и велел ему расчленить пять животных на восемь жертвенных частей (1 кн. Моисея, 15). То же произошло и в Сирии. Когда Авраам выполнил повеление бога, «господь заключил с ним союз» и сказал: «Потомству твоему даю Я землю сию от реки Египетской до великой реки, реки Евфрата» (15, 17).

И вот немцы снова стоят на берегу Хавура, притока Евфрата, у Телль-Халафа, недалеко от Харрана, и пристально смотрят на восемь существ у входа во дворец; этот дворец, наверное, видели тысячи пленных израильтян, когда ассирийцы изгнали их из Палестины и увели в болота Хавура. История? Какая страшная история была у этого народа! Итак, израильтян увели из своей страны в Ассирию, где живут они «и до сего дня» (IV кн. Царств, 17, 23). Из более глубоких слоев Телль-Халафа извлекли амулеты, которые опять-таки изображали быков (или других рогатых животных). Иногда на таких амулетах изображена и извивающаяся змея.

На одной каменной плите изображено существо, человеческая голова и верхняя часть туловища которого переходят в рыбий хвост. Это существо в обеих руках держит огромную змею, которая своим телом обрамляет весь барельеф.