Лев Гумилев - Истоки ритма кочевой культуры Срединной Азии
- Название:Истоки ритма кочевой культуры Срединной Азии
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:1966
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Лев Гумилев - Истоки ритма кочевой культуры Срединной Азии краткое содержание
Истоки ритма кочевой культуры Срединной Азии - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Но уже с середины IV в. мы констатируем обратный процесс. На север переселяются теле, находят себе место для жизни жужани, немного позже туда же отступают ашина, и им отнюдь не тесно. Идет борьба за власть, а не за землю, т. е. сам характер борьбы, определившийся к концу V в., указывает на рост населения, хозяйства, богатства и т. д. Сам процесс первоначального переселения беглецов (жужани) и разобщенных племен (теле) стал возможен лишь тогда, когда появились свободные, незанятый пастбища. В противном случае аборигены оказали бы пришельцам такое сопротивление, которое не могло быть не отмечено в хрониках. Но там сообщается о переселении и на слова о военных столкновениях, значит жужани и теле заняли пустые земли. А при отмеченной тенденции кочевников к полному использованию пастбищ необходимо допустить, что появились новые луга, т. е. произошло очередное увлажнение.
Великий тюркский каганат VI-VII вв., соперничавший с Китаем, Ираном и Византией и базировавший свое экономическое положение главным образом из местных ресурсах, не мог бы черпать силы из бесплодной пустыни. Статистика набегов на Китай показывает; что переброска конницы через Гоби в то время была относительно легка, и значит граница травянистых степей пролегала южнее, чем в XX в. В VIII в. тюрки и уйгуры возобновили занятия земледелием, но, что особенно важно, заняв зону степей, ни те, ни другие не пытались овладеть ни лесными районами Сибири, ни проникнуть в Китай. Травянистая степь, перерезанная лесистыми хребтами, была их вмещающим ландшафтом. К другим условиям жизни они были не приспособлены и не хотели приспособляться.
Для того чтобы понять характер отношений кочевников с Китаем, вернемся к эпохе усыхания. Взаимоотношения хуннов с китайцами и до III в. были весьма напряженными, но хунны не стремились к территориальным захватам у китайцев, а китайцы не устраивали военных поселений в сухих степях. Природные условия ограничивали области расселения обоих народов. Но в III в. кочевники потянулись из высыхающей степи к берегам Хуанхэ, которые тоже были подвержены общей аридизации. Степь продвинулась на юг, и в IV в. хунны захватили Шаньси, а сяньбийцы Хэбей и Хэдуи; китайцы же покидали свою родину и уходили на берега Янцзы. В целом, процесс освоения кочевниками китайских территорий совпадает с аридизацией климата, отставая от природных явлений ровно на продолжительность жизни одного поколения. Чрезвычайно знаменательно и то, что область центральных озер – Хунань – не попала в руки кочевников. Ведь там не образовалось степей.
Увлажнение, наступившее в конце IV в., восстановило исходное положение. К середине VI в. китайцы опять стали хозяевами долины Хуанхэ, и это было достигнуто не военными операциями, на которые слабые южнокитайские династии были неспособны, а увеличением китайского земледельческого населения в северных областях. Потомки кочевников вынуждены были подчиниться своим подданным и вместе с кочевым бытом утратили свои этнические особенности. Степь и Китай опять разделила линия Великой стены.
Насколько полезным было это увлажнение для китайцев и тюрок, настолько гибельным оказалось оно для табгачей. т. е. окитаенных потомков пяти варварских племен. За 200 лет табгачи частью погибли во время походов и дворцовых переворотов, частью рассосались среди китайцев и к концу эпохи Тан их уже не было. Зато другой народ – кидани – сумел приспособиться к оседлой жизни. Это оказалось для них легким потому, что, обитая в низовьях Ляохэ и Ионни, они не были настоящими кочевниками и могли развить земледелие, бывшее у них до этого в зачаточном состоянии.
Однако для киданий увлажнение принесло больше вреда, чем пользы. Их восточные соседи, чжурчжени, сложившиеся в лесах на беретах Сунгари, также вступили в период подъема хозяйства и культуры, причем значительно более интенсивно, нежели кидани. Чжурчжени обогнали киданей в развитии, покорили их в 1126 г. и распространились до границ Великой степи. Кидани частью подчинились завоевателям, частью перешли к полукочевому образу жизни, который они вели до того, как создали империю. Продвижение чжурчженей на запад остановилось на границах степи.
Пограничные кочевые народы: татары, монголы, кераиты были в XII в. настолько многочисленны и могущественны, что остановили натиск чжурчженей. И после этого, в XIII в. Монголия сделалась гегемоном Евразии, чего не могло бы быть, если бы она располагалась в бесплодной пустыне.
Любопытно, что период расцвета кочевой культуры совпадает с периодом низкого стоянии Каспия на отметке минус 32 м. Когда же в X в. произошло очередное небольшое (около 3 м) поднятие уровня Каспийского моря, связанное, согласно нашей концепции, с кратковременным перемещением увлажнения в гумидную зону [27] См. Б.А. Аполлов, Колебания уровня Каспийского моря, – «Труды института океанологии», т. XV, 1956, стр. 219.
, то снова началось выселение кочевых племен из современной территории Казахстана на юг и на запад. Карлуки в середине X в. из Прибалхашья переселяются в Фергану, Кашгар и современный южный Таджикистан [28] Б.Х. Кармышева, Этнографическая группа «тюрки» в составе узбеков, «Советская этнография»,1960, № 1.
. Печенеги покидают берега Аральского моря еще в начале X в. и уходят в южное Поднепровье; за ними следуют тюрки, или гузы, распространяющиеся между Волгой и Уралом [29] М.И. Артамонов, История хазар, Л., 1962, стр. 336-353.
. Это выселение не очень большого масштаба, но оно показательно своим совпадением с также небольшим изменением уровня Каспия, что подтверждает правильность принятия нами гипотезы. Совершенно очевидно, что нет оснований связывать эти передвижения с крупными политическими событиями.
В середине IX в. к жестокой войне Уйгурское ханство было разгромлено енисейскими кыргызами. Но стоило кыргызам под напором киданий отступить обратно, как началось быстрое заселение Монголии татарами, кераитами, найманами и другими племенами. Цветущая зеленая степь вновь притянула к себе людей и несмотря на кровопролитнейшую войну не превратилась в пустыню. В начале XIII в. в Монголии было немало лесных массивов. Юный Темучин успешно прятался от врагов в чащах столь густых, что пробраться внутрь их могли только лестные жители по известным им тропкам.
Подъем Каспия в X в. до отметки минус 29 м был не последним. Губительным для береговых культур был подъем к началу XIV.в. По словам итальянского географа Марино Сануто (1320), «море каждый год прибывает на одну ладонь и уже многие хорошие города уничтожены» [30] Л.С. Берг, Очерки..., стр. 220.
. Около 1304 г., по сообщению Неджати, порт Абаскун был затоплен и поглощен морем [31] Б. Дорн, Каспий. О походе древних русских на Табаристан, – «Приложение № 1 к Запискам Академии наук», т. 26, СПб., 1875, стр. 8.
. Подъем уровня Каспийского моря отмечает и Казвини в 1339 г., объясняя это изменением течения Аму-Дарьи, которая стала впадать в Каспий, в связи с чем «по необходимости вода затопила часть материка для уравнения прихода и расхода» [32] В.В. Бартольд, Хафизи Абру и его сочинения, – «Сборник статей учеников проф. Розена», СПб., 1897, стр. 6.
. Таким образом, очевидно, что в конце XIII и в XIV в. уровень Каспийского моря поднимался. Л. С. Берг сомневается, чтобы он превысил аналогичные, по его мнению, поднятия уровня в XVIII в., т. е. до отметки минус 23 м [33] Л.С. Берг, Очерки..., стр. 221, 267.
, однако, по словам географа Бакуи, в 1400 г. часть Баку была затоплена и вода стояла у мечети, т. е. на отметке минус 20,72 м. В. А. Аполлов считает данные Бакуи маловероятными [34] Б.А. Аполлов, Колебания уровня Каспийского моря, – «Труды института океанологии», т. XV, 1956, стр. 225-226.
, но наши полевые исследовании позволяют считать, что в этот период Каспийское море достигало отметки минус 19 м. Изучение поверхности Прикаспийской низменности показывает, что часто находимая в котловинах выдувания по древним тропам у колодцев тюркская кочевническая керамика VII-XII вв. не была обнаружена ниже абсолютной отметки минус 19 м. Это и понятно: ниже указанной отметки керамика перекрыта донными морскими отложениями. Отмечая, что осадки с моллюсками Cardium edule доходят до отметки минус 20,7 м, Л. С. Берг датирует этот уровень более ранним временем, чем трансгрессия XIII в. [35] Л.С. Берг, Очерки..., стр. 268.
. Данные, полученные нами, дают возможность приурочить уровень на отмутке минус 19 м именно к XIII в. Если раковины Cardium edule показывают подъем воды, то керамика тюркского времени отмечает береговую линию конца XIII в. Ниже этой линии керамика перекрывается пойменными либо морскими отложениями и не может быт обнаружена на поверхности почвы.
Интервал:
Закладка: