Луис Ламур - Железный шериф

— Между прочим, мистер Паттерсон, меня просили передать вам пару слов.

— Пару слов? Кто?

— Одна очень симпатичная молодая леди просила передать вам привет и сказать, что она очень любит своего дядю Винса.

Скотовод покраснел. — Похоже на Джейн. — Голос его стал мягче. Вы знакомы с Джейн?

— Я разговаривал с ней, — спокойно ответил Шанаги. — Я не знаю ее так хорошо, как хотелось бы, и наверное никогда не узнаю.

Паттерсон и его старший перегона внимательно поглядели на Шанаги, и он залился густой краской. — Она красивая молодая леди, а я всего лишь простой ирландский парень, который получил работу шерифа, только потому, что за нее никто не брался.

Несколько минут все молчали. Ковбой начал скручивать сигарету. Наконец, Паттерсон сказал: — Если за работу никто не брался, зачем же вы за нее взялись?

— Во-первых, потому что ее надо выполнять. Во-вторых, потому что мне кажется, я смогу ее выполнить. Я чертовски хорошо понимаю, что могу положить одного вашего человека, если повезет — двух или трех, но не смогу положить всех. Однако я рассчитывал на то, что сказал Риг.

— И что же он сказал?

— Что вы упрямый, твердолобый человек, но при этом честный и разумный. Он хотел сделать то, что сделал я: выехать вам навстречу и поговорить.

— А если я не послушаюсь?

— Тогда я буду защищать город всеми доступными средствами. Если выиграю я, то потеряю несколько прекрасных людей. Если выиграете вы, то погибнет хороший город, который только-только начал вставать на ноги. И тогда вам придется гнать стадо сто пятьдесят миль на другой рынок через земли, где нет пастбищ. И пока будет идти война, бандиты похитят деньги, и получается, что мы с вами им помогли. Я знаю, что вы честный человек, мистер Паттерсон, и как бы вы ни ненавидели наш город, вы не захотите помочь банде воров украсть деньги, которые предназначены для вас и ваших людей.

В долину вливалось стадо, и ковбой кинулся в седло, чтобы помочь развернуть его. Паттерсон задумчиво прихлебывал кофе, и Том Шанаги замолчал.

Наконец Паттерсон сказал: — Кто входит в банду?

— Мистер Паттерсон, — медленно сказал Шанаги, — я работаю над этим, но сейчас ничего не знаю. Кажется, мне удалось распознать троих, но где они прячутся и сколько человек участвует в деле, мне не известно. Знаю, что одна из них женщина.

— Женщина?

— Да, сэр. И наше преимущество заключается в том, что она считает нас сборищем идиотов.

— Может быть она права, — пробормотал Паттерсон. — Может быть так оно и есть.

— Я не собираюсь отдавать им эти деньги, сэр. Ни единого ржавого цента.

— Вы сказала, что нужна моя помощь. В чем она заключается?

— Здесь густая и сочная трава. Трава вокруг города и к западу и востоку от него не так хороша. Я хотел попросить вас, чтобы вы задержали… откормили стадо, пока я не разберусь с этим делом. Все, что мне нужно — это пара дней.

— Мне кажется, — добавил Шанаги, что у них все расписано по минутам. Они должны примерно знать, когда вы прибудете в город. Наверняка они собираются спокойно, быстро и умело начать операцию как только вы ворветесь в город, чтобы разнести его на кусочки. Пока вы воюете с горожанами, они забирают деньги и быстро сматываются. А потом мы за них будем отдуваться. Если вы задержите стадо здесь, то произойдет следующее: ваш скот откормится, их план сорвется, а у меня будет возможность поработать над делом. Лично я думаю, что если вы не появитесь вовремя, они что-нибудь предпримут.

Паттерсон снова наполнил их чашки. — Как вас угораздило впутаться в это?

— Сын Драко с приятелями собирались повесить Джоша Лунди, а за компанию и меня. Я убедил их не делать этого. И конечно, кто-то должен был занять место Рига Барретта.

— Где сейчас Хэнк Драко?

— Скорее всего на своем ранчо. Ваши отношения с Драко — не моя проблема. Мне он показался полукойотом-полушакалом. По-моему, он способен убить всякого, кто не может оказать сопротивление. Но если вы будете выяснять отношения, не делайте этого в городе.

— Вы диктуете мне законы?

— Да, сэр. Вы диктуете законы на своем ранчо. Я делаю это в городе. То, чем вы занимаетесь за пределами города, — не моя забота. Меня наняли охранять порядок не во всем штате Канзас, а только на территории города.

Винс Паттерсон допил кофе и взглянул на свое стадо. Некоторые коровы уже лежали, другие щипали траву. Несколько его ковбоев ехали к костру. Скоро сядет солнце.

— Вы переночуете с нами? — спросил Паттерсон.

— Если позволите, сэр.

Паттерсон внимательно посмотрел на Тома. — Вы всегда разговаривает так уважительно?

— Шанаги усмехнулся. — Нет, сэр. Но вы джентльмен, а это тот аргумент, против которого не годятся ни мои кулаки, ни мой револьвер.

Паттерсон с минуту не сводил с него взгляда, а затем рассмеялся. Ладно, черт возьми, оставайтесь на ночь. Утро вечера мудренее. — Он протянул руку. Никаких обещаний я давать не буду, но, дьявол вас побери, Шанаги, вы мне нравитесь.

К лагерю медленно подъезжали ковбои — одни, чтобы лечь спать, другие, чтобы после быстрого ужина вернуться к стаду. Приблизившись к костру, все задумчиво рассматривали Шанаги, вначале замечая шерифскую звезду, затем городскую узкополую шляпу.

Один отчаянный парень, бросил через костер взгляд на Тома и сказал: Это не шляпа, а сплошное искушение. Ее когда-нибудь сбивали с тебя выстрелом?

Шанаги сдвинул шляпу на затылок и весело улыбнулся. — Пока нет. Может быть из страха, что я не буду знать, в кого метили — в меня или шляпу.

Ковбой зачерпнул похлебки. — В любом случае, это пустая трата свинца. Я покупал револьвер не для того, чтобы стрелять по шляпам.

Шанаги минуту ел в молчании, а затем заговорил: По-моему городского шерифа надо оценивать по количеству улаженных неприятностей, а не по количеству людей, убитых в поединках. После того, как я получил работу, первым делом постарался узнать, сколько в городе оружия и сколько человек умеют с ним обращаться. Оказалось, что у нас тридцать семь винтовок: девять "пятидесяток" для бизонов, две снайперские винтовки Бердана, пять винчестеров, семь "спенсеров" 56-го калибра и четырнадцать винтовок разных систем — от Хокена до Балларда. Кроме того у каждого мужчины и почти у каждой женщины есть револьвер.

Потом я начал считать тех, кто умеет стрелять. Пятеро жителей города во время Гражданской войны служили на той или другой стороне снайперами, а девять — просто воевали. У нас есть один старый охотник с гор и шесть ветеранов стычек с индейцами. В городе только два человека не участвовали в перестрелках, но они дымятся от желания доказать, что они ничем не хуже других.

Задолго до того, как я приехал, поселению грозило нападение индейцев, поэтому город выстроили без "слепых" зон обстрела. Все хранят оружие заряженным на случай всяких неприятностей. Большинство горожан любят свой город и хотят жить спокойно. Они считают, что у таких команд, как ваша, должны быть деньги, они хотят торговать со скотоводами. Жители настроены очень дружелюбно. Я всего-навсего бродяга и не вижу, почему город им так нравится, но он для них дорог. Когда вы, ребята, к нам приедете, я хочу, чтобы вы оставили оружие в салуне Гринвуда.