Александр Кац - Евреи, Христианство, Россия

Автор Евангелия владел греческим народным языком "койне" и многочисленные цитаты из Библии приведены им по переводу Семидесяти Толковников (Септуагинты). Однако некоторые фрагменты имеют чисто еврейскую идиоматику и допускают, что автор пользовался еврейским текстом с последующим переводом на греческий, умело сохраняя при этом естественность и свободу выражений.

Церковная традиция, утвердившаяся в средине II века, считает автором Евангелия мытаря Левия-Матфея, ученика Иисуса и очевидца всех событий. Это мнение установилось на основании сочинений Папия, Иринея, Климента Александрийского, Евсевия Кесарийского и других церковных писателей. Бесспорным является еврейское происхождение автора, легко и уверенно разбирающегося в традициях, понятиях и тонкостях иудаизма, авторитет которого признается им путем многочисленного цитирования пророчеств. Автор прекрасно владеет терминологией Ветхого Завета, знает обычаи, уклад и географию Иудеи. Евангелие написано для евреев сирийской диаспоры и их языческого окружения предположительно в Антиохии, главной столице христианства после разрушения Иерусалима, где сталкивались влияния иудаизма и эллинизма.

Сомнения в авторстве, высказанные Ф. Штраусом, Э. Ренаном, З. Косидовским и другими исследователями текстов Евангелия от псевдо-Матфея, как они стали его называть, сводились к следующему: 1. Почему Матфей молчал более сорока лет, дождавшись, пока не умерло большинство очевидцев и участников, вместо того, чтобы по свежим воспоминаниям записать слова и деяния боготворимого им Учителя? 2. Маловероятно, что галилеянин Матфей владел греческим языком и обладал талантом писателя. 3. Евангелие от Матфея не воссоздает атмосферу личного общения автора с Иисусом из-за отсутствия деталей, всегда возникающих в таковом, зато содержит слова Иисуса и факты, взятые как бы из вторых рук, т. е. является компиляцией. Заметим, что, с нашей точки зрения, наиболее серьезным здесь является первый пункт, тогда как овладение языком и приобретение писательского навыка - дело явно наживное. Что же касается компилятивности Евангелия, то, в отличие от точных наук, в такого рода произведении компиляция, по-видимому, просто неизбежна и, честно говоря, трудно найти историка, бытописателя, который бы не грешил этим. Поэтому не будем в этом вопросе слишком уж строгими и дотошными судьями и перейдем к более интересным особенностям Евангелия от Матфея.

Имея под рукой Евангелие от Марка, Еврейское Евангелие и изречения-логии, Матфей помещал большие речи Иисуса, раздвигая в нужных местах текст Марка. Знаменитая Нагорная проповедь - украшение Евангелия и квинтэссенция этических норм христианства - составлена из фрагментов, не имеющих связи, разбросанных у Луки по всему тексту, а здесь соединенных искуственно в один отрывок. Чувствуется, что Матфей дорожил любым рассказом о чудесах и исцелениях и дополнял им текст Марка, не заботясь о повторениях близких сюжетов, не боясь впасть в противоречия и запутать повествование. Отсюда в Евангелии от Матфея ряд повторов: два исцеления двух слепых (9: 27 - 30, 20: 30 - 34), два исцеления немого бесноватого (9: 32 - 34, 12: 22 - 24), два случая умножения хлебов (14: 15 - 21, 15: 32 - 38), два изречения против развода (5: 32, 19: 9), два назидания против соблазна (5: 29 - 30, 18: 8 - 9) и т. д. Зато в новый евангельский текст вошло много легенд, не имеющихся у Марка и возникших позднее. Это - генеалогия, рождение Иисуса, посещение волхвов, бегство в Египет, избиение младенцев в Вифлееме, хождение Петра по водам, его прерогативы, волнение в Иерусалиме при въезде Иисуса, иерусалимские чудеса, роль Пилата в судьбе Иисуса и другие эпизоды.

Евангелие от Матфея является полем мирной безболезненной борьбы или, точнее, сосуществования двойственных убеждений автора, отражающих его иудаистскую и христианскую сущности. Он и иудей, и христианин. Он, как всякий галилеянин, ненавидит иудеев, вкладывая в их уста совершенно бессмысленное самопроклятие в сцене суда над Иисусом. И в то же время иудаизм для Матфея есть высший авторитет, так как все вершится по предсказаниям пророков. Он отрицает и утверждает одновременно. Евангелие состоит из полутеней и деликатных ситуаций. Иисус исполняет еврейские обычаи и не хочет, чтобы их исполняли. Он признает субботу и нарушает ее. Он называет язычников "псами", но затем милостиво обращает хананеянку. Однако все становится четким, определенным, когда Иисус язвительно громит фарисеев. Фарисеи - враги Иисуса, а фарисейство становится именем нарицательным, символом ханжества, как впоследствии иезуитство. По своим убеждениям Матфей находится между Иаковом, Братом Господним, стопроцентным иудеем, и Павлом, отбросившим иудаизм ради Христа. Благодаря ясности и простоте еврейского рассказа, мягкому колориту наивных и доверительных еврейских притч, очень квалифицированно переданному в греческом звучании, Евангелие от Матфея стало произведением народной литературы.

6.5. Евангелие от Луки

Третье каноническое Евангелие - Евангелие от Луки написано предположительно в Риме около 90 - 95 гг. н. э. для неевреев, т. е. для христиан из язычников. Лука, первый историк христианства, является также автором "Деяний Апостолов". Согласно Евсевию и Иерониму, автор третьего Евангелия - уроженец г. Антиохии, грек по происхождению. Его основательное знакомство с иудейскими обычаями, его фразеология позволяют думать, что сначала он был прозелитом, принявшим иудейство, а затем уже стал христианином. Это произошло в Македонии после встречи Луки с Павлом, ошеломившим и полностью покорившим его своим дерзким и горячим умом. Лука был спутником Апостола Павла, его учеником, врачом и секретарем, разделяя с ним до конца все взлеты и падения этого удивительного человека. Ириней Лионский и Иоанн Златоуст называют третье Евангелие творением Павла.

Евангелие от Луки, как впрочем и Деяния Апостолов, отличает проримская направленность, отражающая вкусы и взгляды автора, а также политическую жизнь Рима эпохи Домициана. Лука любит порядок и римскую иерархию. Его центурионы и тысяченачальники почти что благосклонны к христианам (Деян. 22: 25 - 30, Лк. 23: 47). В сцене суда у Луки римские солдаты не оскорбляют и не бичуют Иисуса, как у Марка (Мк. 15: 15 - 19). Эти эпизоды опущены Лукой. Римский прокуратор Понтий Пилат - справедливый правитель и чуть ли не правозащитник. Он трижды пытается спасти Иисуса, объявляя его невиновным. Узнав, что Иисус - галилеянин, Понтий Пилат отправляет его к Ироду Антипе, правителю Галилеи. "Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал видеть Его, потому что много слышал о Нем и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо. И предлагал Ему многие вопросы; но Он ничего не отвечал ему" (Лк. 23: 8 - 9). Сознание невиновности Иисуса роднит представителей местной и римской администрации. "И сделались в тот день Пилат и Ирод друзьями между собой, ибо прежде были во вражде друг с другом" (Лк. 23: 12).