Владимир Лигута - Наша кровь у Сморгони

Но немецкое наступление захлебнулось. Только ценой больших потерь «в первую очередь, наиболее проверенных войной командиров и рядовых» немецкой пехоте удалось пробиться к Гервятам.

Мечта немцев — сомкнуть свои клещи за спиной русской армии — уходила за горизонт, как мираж.

Совершив 100-километровый марш к Солам подошел 36-й армейский корпус, а к Залесью после 120-километрового перехода– 4-й Сибирский. Нередко пехота после 30 км суточных переходов сразу вступала в бой.

Соотношение сил резко изменилось в пользу русских войск и дало им возможность взять инициативу в свои руки.

В частях кавалерийского корпуса В. Орановского была зачитана телеграмма командующего фронтом: «Благодарю полки конного корпуса за молодецкие бои 15 сентября и жалую по две георгиевские медали на каждый эскадрон и батарею».

Спешенная германская кавалерия заняла позиции на окраине Сморгони и предмостное укрепление на р. Вилии в ожидании своей пехоты. До нее всего 15 км. Но атаки немцев разбивались об упорную оборону русских. 3-й Сибирский и Гвардейский корпуса X-й армии почти без патронов сдерживали немецкие пехотные дивизии. Они так и не подошли на помощь своей кавалерии.

36-й армейский корпус занял Солы, потеснил 4-ю кавалерийскую дивизию немцев и серьезно потрепал ее 17-й и 18-й драгунские полки, при этом 68-я пехотная дивизия подошла к городу на 150-500 шагов.

20 сентября около 15 часов совместной штыковой атакой 10-й Сибирской, 68-й и 25-й дивизий ІІ-й армии Сморгонь была освобождена. В бою отличился 2-й батальон подпоручика В. Первушина из 269-го пехотного Новоржевского полка, 2-я, 3-я, 4-я, 9-я, 11-я и 15-я роты 272-го пехотного Гдовского полка штабс-капитана П. Родионова, поручика А. Степанова, подпоручика М. Рамуля, прапорщиков А. Попова, И. Научигина и С. Яковлева, 1-й и 3-й батальоны 33-го Сибирского стрелкового полка полковника А. Эссена и подполковника К. Войдылло. Офицеры, «герои Сморгони» за «личное мужество и беззаветную храбрость» были удостоены Георгиевских наград (Золотого Георгиевского оружия или ордена Св. Великомученика и Победоносца Георгия IV степени).

Штабс-капитан Порфирий Родионов «первым ворвался в м. Сморгонь и продолжая теснить противника достиг его батареи, стоящей на позиции у р. Вилии; бросившись с криком «ура» в атаку на батарею противника был наповал убит, смертью героя запечатлев содеянный им блестящий воинский подвиг». Был «убит наповал в самом местечке Сморгонь» и прапорщик Иван Научигин.

Девятнадцать «нижних чинов» 33-го и 36-го Сибирских стрелковых полков за личные подвиги, совершенные в атаке на Сморгонь, были награждены Георгиевскими крестами и Георгивскими медалями.

2-й конно-егерский батальон немцев был почти полностью уничтожен. В плен было захвачено 100 егерей, 8 офицеров и 9 пулеметов. Уже вечером, в бою у р. Вилии 10-я Сибирская дивизия взяла 350 пленных и 3 пулемета. Немецкая кавалерия отошла на север, за реку.

Войска Х-й русской армии генерала от инфантерии Е. Радкевича, оставив 18 сентября Вильно, отходили на восток, все время вынужденные медленно подаваться назад под натиском немцев.

Отходили спокойно,но в полках недоставало патронов и снарядов.

Снабжение по железной дороге было восстановлено 20 сентября только до ст. Олехновичи. Здесь же скопились массы населения, беженцы запрудили своим скромным скарбом все дороги.

Генерал В. Гурко, адъютант Ставки, писал: «Люди, воевавшие в нескольких войнах и участвовавшие во многих кровавых битвах, говорили мне, что никакой ужас битвы не может сравниться с ужасным зрелищем бесконечного исхода населения, не знающего ни цели своего движения, ни места, где они могут отдохнуть, найти еду и жилище. Только бог знает, какие страдания претерпели они, сколько слез пролили, сколько человеческих жизней принесено ненасытному Молоху войны».

К вечеру 20 сентября, преследуя отходящие дивизии Гвардейского корпуса, немцы с запада подошли к Солам и окопались.

В 6 часов утра 21 сентября их атаковал 2-й батальон лейб-гвардии Кексгольмского полка. Патронов не было. Гвардейцы дрались штыками и выбили немцев последовательно из четырех рядов окопов. Взяли пленных — 6 человек. В атаке батальон потерял 170 бойцов убитыми и ранеными.

В ночь с 22 на 23 сентября русские войска начали отход на рубеж Сморгонь — Крево, а 24-го утром полки Гвардейского корпуса вошли в город.

Несколько мощеных улиц, яблоневые сады, зеленые палисадники. В центре — площадь, церкви, каменные дома, на восточной окраине издалека виден новый костел.

Согнувшись под тяжестью ранцевых мешков, шли пехотинцы, их обгоняла гвардейская кавалерия — гусары, драгуны, уланы, казаки…

Слышна была солдатская песня:

и дальше:

Немногочисленные оставшиеся жители выглядывали из окон, крестились: «Господи Иисусе, сколько же их много и куда они идут?»

А колонны все пребывали и прибывали — тут лейб-гвардии Кексгольмский, Волынский, Литовский, Петроградский полки, разнокалиберная артиллерия, обозы, лазареты — вся 3-я гвардейская пехотная дивизия генерал-лейтенанта В. Чернавина — лучшее соединение русской Гвардии.

В гвардейских ротах ещё остались кадровые солдаты довоенного призыва. Высокие, рослые, широкоплечие. Есть и белорусы, они за честь считали службу в Гвардии.

Окопы отрыли западнее города от р. Вилии до железной дороги. У железнодорожной станции окопались лейб-гвардии Преображенский и Измайловский полки 1-й гвардейской пехотной дивизии.

Гвардейские саперы по одному взводу были приданы каждому полку. Разведка и наблюдение в районе Сморгони были возложены на две сотни казаков лейб-гвардии казачьей бригады. Дивизии получили боеприпасы и по одному маршевому батальону пополнения.

Гвардейская артиллерийская бригада — шесть легких батарей - и Гвардейский тяжелый восьмиорудийный дивизион заняли позиции у деревень Клиденяты и Белая в 3-5 км восточнее города.

Севернее, за р. Вилией, 25-я и 68-я пехотные дивизии II-й армии вели упорные бои у Гориденят. Здесь подошедшая немецкая пехота закрепилась на высотах, где во многих местах уже появились укрепленные проволочными заграждениями позиции.

Южнее, до Крево, заняли оборону 3-й Сибирский, 5-й Кавказский и 26-й армейский корпуса.

Некоторые дивизии этих корпусов насчитывали по 3-3,5 тысячи бойцов, в полках было только по одному батальону.

Ночь у Сморгони прошла тревожно. Начинало светать, когда разведка за рекой столкнулась с немцами. В воздух взвились красные ракеты. «К оружию! Занять позиции!»