Иван Ле - Хмельницкий (Книга третья)

- Не с таким настроением шли мы сюда!.. - с горечью жаловались азовцы, направляясь к казачьим хуторам Приднепровья.

Однако казаки Назруллы не бросили оружия, не разбежались по домам. Жолнеры Потоцкого вместе с кавалерийскими отрядами реестровых казаков объявили, что они хотят схватить только их атамана полковника Назруллу.

- Будем драться! - говорили казаки Назруллы поселянам, жившим в низовьях Днепра. - Казаки должны защищать не только свое человеческое достоинство! Мы будем воевать не за то, чтобы попасть в реестр. Шляхтичи составляют его в своих интересах. Но за свободу нашего народа не пощадим мы своей жизни. А полковника нашего Назруллу мы в обиду не дадим!..

В приднепровских селах все больше собиралось вооруженных людей, объединявшихся в отряды.

Чигиринский полк реестровых казаков во главе со своим полковником Кричевским вдруг поспешно отправился из Чигирина в далекий поход на Подольщину. Николай Потоцкий приказал Чигиринскому полку прочесать подольские леса и села, усмирить разбойников, действующих, как говорят, под началом Кривоноса...

Теперь у чигиринского подстаросты Данила Чаплинского были развязаны руки. И ему нетрудно было сказать, что и на Чигиринщине появились смутьяны. Чаплинский поспешно собрал отряд из жолнеров и реестровых казаков, приказав ему изловить всех "разбойников" из распыленного отряда Назруллы. Ближайшим советником у него был Сидор Пешта.

- Все азовцы, уважаемый пан Данило, настоящие казаки. Стоит ли вступать с ними в драку - наши ведь люди. Их надо прибрать к рукам, только попугать, а может быть, кое-кого и лозой отстегать для острастки. И разбредутся они по домам, пойдут за панским плугом, как та коза за возом. Ловить надо их атаманов! - говорил Пешта Чаплинскому.

- Кто же они, из чьих хуторов? - раздраженно допытывался Чаплинский.

- Да это неважно! Ловите, пан Данило, турка! - поучал полковник Пешта.

- Турка, турка! Теперь сама пресвента дева не разберет их. Все отуречились, кому, где и когда вздумалось. Со своим Назруллой они разговаривают только по-хлопски! Попробуй разбери, узнай гунцвота! А все этот Хмельницкий...

Пешта и успокаивал Чаплинского, и давал ему советы не только по долгу службы - как писарь и полковник реестровых казаков. Даже и не глубокая ненависть к казацкой вольнице толкала его на это. Он сам дрожал от страха, когда думал о встрече с Назруллой. Пешта прекрасно понимал, что Назрулла никогда не забудет и не простит ему то, что он предал его и выдал разъяренной шляхте!..

Пешта узнал о том, что рейтары разгромили казаков Назруллы возле острова Кодак. Они разбрелись по всему Правобережью, а часть из них переправилась на левый берег Днепра. Значит, их надо ждать в Чигирине!

- Хмельницкий сейчас служит у французского короля, теперь трудно до него добраться - руки коротки, - рассуждал Пешта.

- Погоди, пан Сидор. Да и тут, под рукой, можно ему насолить. Турок считается побратимом Хмельницкого. Ходили слухи, что джура, побратим владельца субботовского хутора, причастен к вооруженному нападению донских казаков на турецкого посла, чтобы освободить Назруллу. Очевидно, Назрулла захочет повидаться со своим спасителем...

И Чаплинский в сопровождении большого вооруженного отряда задумал посетить Субботов. А какие у Хмельницкого мельницы, пруды, сенокосы! Откуда все это взялось у простого хлопа, не шляхтича, какой богатый урожай собирает он каждый год! Послать бы туда хороших карателей, чтобы проучить его за турка-выкреста, за укрытие государственного преступника! Кому, как не подстаросте, следует нагрянуть с отрядом рейтар на хутор, разыскивая преступника Назруллу. По долгу службы он может заглянуть и в покои субботовского хозяина!..

А Назрулла в это время уже находился на Веремеевском хуторе у Джеджалиев. Мелашка ночью проводила его вместе с Карпом за Тясьмин. А позже сама же и подстаросту к столу пригласила, радушно угощала. Ведь пани Ганна совсем занемогла.

Отряд Чаплинского продвигался медленно, ища удобного повода, чтобы проникнуть в пределы Субботова.

22

Еще ночью рыбаки перевезли Назруллу с Карпом через Днепр, высадив их на веремеевском берегу. Густая шелюга да ивы приветствовали полковника, помахивая желтыми сережками. Не только казаки, но и рыбаки знали этого прославленного атамана, защищавшего Азовскую крепость. Знали также и о том, что хотя он и турок, но крещеный, носит на шее большой серебряный крестик, сделанный в известном Афонском монастыре. То ли он хотел подчеркнуть всем своим естеством, что он казак, то ли вызывал на поединок иезуитов, осудивших его на смерть!

- Да тут немало и азовцев укрывается, наверно, встретитесь с ними. Только, казаче, не зная броду, не сунься в воду. Будь осмотрительным, советовали рыбаки.

- Спасибо, друзья! - старался Назрулла правильно выговаривать слова.

К вечеру они выбрались из зарослей лозы, приблизились к хутору. А там уже три дня поджидали их гайдуки, наблюдавшие за берегом Днепра. Они окружили хутор Джеджалия и, как говорили, собирались этой ночью переправиться на противоположный берег Днепра.

В Лубнах поднялась суматоха. Непоседливый лубенский магнат Вишневецкий в это время приехал домой. Ему тут же сообщили о том, что турок-выкрест, которого донские казаки отбили у ехавшего из Варшавы турецкого посла, ушел из Азова на Приднепровье!

- Кто-нибудь видел этого выкреста или только болтают со страху? поинтересовался Вишневецкий, возвратившийся домой после долгого пребывания в Варшаве, на сейме, в хорошем расположении духа. Он не жалел денег на содержание вооруженной охраны староства, состоявшей из отрядов гайдуков, возглавляемых молодыми ротмистрами из обедневших шляхетских семей.

- Говорят, что это правда, - смущенно отвечали родные, скрывая страх.

Если бы Вишневецкому об этом выкресте-турке, осужденном на смерть, не напомнил еще и Николай Потоцкий, возможно, он и сам поехал бы со своим войском прочесывать прибрежные леса и луга у Днепра. Но натянутые отношения, даже ссоры с Потоцким, теперь уже коронным гетманом, сдержали Вишневецкого. Он лишь приказал двум молодым ротмистрам проехаться по левому берегу Днепра и проверить эти слухи.

- Не драться с ними посылаю я вас, а только отогнать их за Днепр! Пускай уж там пан коронный гетман займется еще и выкрестами казаками. Уж очень он любит освещать себе дорогу по Украине факелами из горящих людей. Пускай ловит, пускай тешится кольями...

Ротмистр Самойлович, один из молодых придворных стражей лубенского магната, неожиданно нагрянул со своим отрядом на хутор Джеджалия.

- Эй, матушка Богуниха-Джеджалиха! - крикнул ротмистр, не слезая с коня. - Пан Вишневецкий послал предупредить вас, что где-то здесь шатается азовский полковник-выкрест с казаками...