Рэм Красильников - Призраки с улицы Чайковского

Говоря о такой позиции тогдашнего руководителя советской внешней политики, я далек от того, чтобы бросить упрек всем сотрудникам Министерства иностранных дел, которые участвовали в реализации решений политического руководства СССР по делу об этой крупномасштабной разведывательной операции спецслужб Вашингтона. Тут я имею в виду и демарши советской стороны японским и западногерманским властям, и организацию проведенной по инициативе КГБ пресс-конференции для советских и иностранных журналистов. Рабочий уровень отношений с МИД СССР был достаточно высок, но, к сожалению, не был использован шанс политически и пропагандистски закрепить успех органов госбезопасности Советского Союза.

Не уверен, правильно ли я называю псевдоним, который был дан Центральным разведывательным управлениям этому агенту. По одним данным, которые приводит в своей книге американский журналист Пит Эрли, это «Медиан». В другом случае этот же самый агент имеет псевдоним «Медиум». Но это не так важно. Главное, автор не путается в том, что агент был действительно завербован ЦРУ в 1981 году в США. Я буду именовать его — «Медиан».

Но дело не в псевдониме, дело — еще в одной человеческой драме, в странном смешении детектива и фарса, преступления и перевоплощения в «борца за права человека».

«Медиан» — это Владимир Поташов, старший научный сотрудник по военно-политическим проблемам Института США и Канады Академии наук СССР. Он был на хорошем счету в институте, пользовался расположением его руководства, лично директора. Не случайно поэтому в 1981 году его посылают на три месяца на стажировку в посольство СССР в Вашингтоне.

В октябре этого же года Поташов по собственной инициативе вступил в контакт с американской разведкой. Он использовал в этих целях знакомство с американцами, с которыми встречался в Москве по делам института. Свел его с сотрудниками ЦРУ не кто иной, как министр армии США Гарольд Браун.

Когда Поташов будет разоблачен и арестован советской контрразведкой, он огорошит следователей душещипательной историей о том, как его «заманили в ловушку» и «четверо здоровенных мужчин» угрозами принудили его «работать на ЦРУ». Но следствие и суд установят в действиях Поташова не результат угроз и шантажа и не вскроют какой-либо «идейной» основы. Выявятся элементарные меркантильные мотивы и интересы. Будет доказано, что Поташов своим шпионским сотрудничеством с американской разведкой нанес ущерб государственной безопасности и обороноспособности Советского Союза.

Так «инициативник» Поташов станет агентом ЦРУ «Медиан». До отъезда в Вашингтоне в спешном порядке проводятся конспиративные встречи с Поташовым. Он передаст информацию об Институте США и Канады, о людях, которые там работают, о проблемах и научных разработках, которыми они занимаются. Американские разведчики интересуются сотрудниками института, и он дает развернутые характеристики на лиц, с которыми работает. Сообщает то, что ему становится известным о посольстве СССР в Вашингтоне, советских дипломатах. Признается, что имеет негласную связь с КГБ. Это поначалу пугает ребят из Лэнгли, но потом они решают, что агент сидит крепко у них на крючке и никуда ему не деться. Тем более что Поташов жаден на деньги, а ему открыт долларовый счет в американском банке.

Агента «Медиан» срочно обучают тому, как выполнять задания и поддерживать связь с посольской резидентурой в Москве, когда он окажется в Советском Союзе. Напряженная учеба включает: шифрование и дешифрование сообщений, способы нанесения тайнописи, использование международной почтовой переписки, прием и расшифровку кодированных радиопередач. Агент получает задания по сбору разведывательной информации. Потом они будут наращиваться и усложняться.

Собственно говоря, обучение в Вашингтоне «Медиана» ничем не отличается от того, как поступает ЦРУ с другими завербованными за границей агентами, которые предназначаются для передачи московской резидентуре.

Как было условлено, Поташов выждал полгода, а потом поставил метку, означающую готовность к выполнению задания. Метка — на маршруте, которым обычно пользуются едущие по своим делам американские дипломаты. Примерно через неделю на квартире агента раздался условный телефонный звонок: в тайнике для него сделана закладка. В ней инструкции и средства конспиративной связи, задания, деньги. Вторым тайником Поташов воспользуется в октябре 1983 года, когда расшифрует очередную радиограмму. В нем новые поручения разведки и, конечно, снова деньги.

Агент работает, что называется, не за страх, а за совесть. Он выдает все, что ему известно о деятельности Института США и Канады, поставляет хозяевам сведения политического, экономического и военного характера, которые собирает в других учреждениях.

В конце концов жадность к деньгам, которая непрерывно грызет «Медиана», его же и погубит. А пока он старается вовсю. Похищает у директора института справочник правительственной связи с намерением сообщить ЦРУ все то, что в нем содержится, передает документы института, которые, как он считает, будут полезны американцам.

Необычная активность «американиста», выходящая далеко за его служебные рамки, в конце концов обратила на себя внимание нашего отдела. Мы занялись им, и довольно быстро нам удалось собрать убедительные доказательства его связи с резидентурой. Поташова арестовали и судили.

В начале девяностых годов «Медиана» по амнистии освободили из мест заключения. Он быстро разобрался в тогдашней обстановке и стал изображать из себя «борца за свободу» и «жертву репрессий». Как ни странно, но прохвоста поддержали некоторые «демократические» журналисты, вдохновленные возможностью поспекули-ровать на его деле и оболгать, как тогда было модно, контрразведку КГБ.

Некоторое время тому назад Поташов перебрался в США, поближе к своим работодателям из ЦРУ. Наверное, рассчитывает получать деньги со счета в банке, куда их переводило Центральное разведуправление Вашингтона.

Прелюбопытные должности существовали с шестидесятых годов в американском посольстве в Москве. Это — гражданские помощники атташе по вопросам обороны. Число их колебалось от двух до десяти. Какие же обязанности они выполняли?

Кое-кто из помощников фактически работал в том подразделении Агентства национальной безопасности, которое располагалось на верхних этажах посольского здания. Они занимались перехватом советских линий связи. Но не эти специалисты радиотехнической разведки интересовали нас. Внимание первого отдела было сконцентрировано на посольской резидентуре, которые использовали эти должности для своей «крыши». Кое-кого из них мы уже знаем: Джона Уайтхеда — по дерзкой акции со шпионской парой Григоряна-Капояна; Джека Даунинга, ставшего резидентом ЦРУ в Москве, который затем занимал высокий пост руководителя Оперативного директората ЦРУ; Винсента Крокетта, задержанного советской контрразведкой, когда он передавал контейнер агенту Филатову. Познакомились мы также с Дэвидом Ролфом, похвалявшимся своей причастностью к вызову из Советского Союза предателя Шеймова и позже возглавившим московскую резидентуру, Джоном Боуманом, причастным к «делу Капустина», Алексом Грищеком, положившим начало работе резидентуры со шпионом Воронцовым.