А Бартницкий - История Эфиопии

КАЗНЬ ПРИНЦЕВ

Чтобы централизовать власть в одних руках и ввести единую систему управления округами, Зэра-Яыкобу прежде всего нужно было сломить сопротивление местных сановников и балаббатов, издавна там живших и господствовавших в этих землях фактически независимо. Знатные роды из местного населения, естественно, были связаны с обычаями, культами и традициями своих этнических групп и пользовались там властью и авторитетом. Такое положение вещей составляло для Зэра-Яыкоба одну из важнейших трудностей в деле объединения государства и укрепления авторитета центральной императорской власти. Эта независимость округов была причиной многочисленных заговоров и интриг против императора. Очевидно, с антиимператорским заговором именно такой подоплеки встретился в первые годы своего правления Зэра-Яыкоб. Во главе заговора стоял его зять Амдэ-Мэскэль, занимавший пост битуоддэда, который делал его ближайшей к императору фигурой. Он был инициатором - по утверждению летописца - "вероломных проектов, замыслов, о которых лучше не говорить вслух, достойных дьявольской, а не человеческой души". В заговоре участвовали монах Амха-Ийесус, ныбурэ ыд Ноб из монастыря Дэбрэ-Дамо, а также предшественник Амдэ-Мэскэля на посту битуоддэда - Исаяс. Обвинение Амдэ-Мэскэля в супружеской неверности было, несомненно, лишь мнимой причиной начала процесса и осуждения заговорщиков. {99} Только император точно знал место в провинции Амхара, куда был сослан его зять, чье имя в результате процесса было изменено: вместо Амдэ-Мэскэль - "Столп Креста" - он стал называться позорным именем Амдэ-Сэйтан - "Столп Сатаны". Монах Амха-Ийесус и ныбурэ ыд Ноб, которому также изменили имя на Кэбэро-Сэйтан - "Дьявольский Тамбурин", - были сосланы в Гошыаро. Был изгнан бывший битуоддэд Исаяс, которого с позором проводили к месту ссылки, надев на него большой железный ошейник.

Этот процесс стал началом реорганизации правления. Был проведен большой "шум шыр" ("разжалован - назначен"), т. е. перераспределение должностей, придворных и провинциальных. Император Зэра-Яыкоб использовал представившийся ему случай, чтобы за один раз по всей стране лишить власти и влияния неугодных ему местных балаббатов, шумов, мэсафынтов и мэкуаннынтов, т. е. наиболее влиятельный слой знати. Желая обеспечить везде строгий контроль, он решил важнейшие посты отдать своим детям, и прежде всего дочерям, опасаясь наследников-мужчин, которым он доверил менее значительные функции.

Женщины в Эфиопии не раз оказывали существенное влияние на политические дела и играли важную роль в государстве, однако никогда не было в Эфиопии так много формально занятых женщинами придворных и государственных постов, как в правление Зэра-Яыкоба. Бырхан-Зэмэда, жена осужденного битуоддэда Амдэ-Мэскэля (Амдэ-Сэйтана), получила пост гыра битуоддэда, другая дочь императора, Мэдхын-Зэмэда, - пост кэнь битуоддэда. Во главе всех важнейших провинций вместо прежних родовых 1 правителей были назначены также его дочери. В провинции Амхара управляла Амэтэ-Мэших, в Тигре - Дыль-Сэмра, в Годжаме - Ацнаф-Сэмра, в Шоа - Ром-Гэнэйела, в Бэгемдыре - Цэбэле-Марьям (называвшаяся также Абале-Марьям), в Дамоте Мэдхын-Зэмэда, в Йифате - Амэтэ-Гийоргис, в Анготе - {100} Бахыр-Мэнгыса, в Гыддыме - Софья, в Гень - Ацнаф-Сэгэду, племянница императора. Другие должности также заняли дети правителя.

Однако этот довольно необычный шум шыр не дал императору ожидавшегося укрепления центральной власти. Очевидно, в своих тенденциях к единовластию принцы и принцессы крови мало отличались от местных крупных феодалов. Поэтому вскоре состоялся следующий шум шыр, еще более жестокий и кровавый, чем предыдущий. Его проведению помогали, вероятно, и монахи толка тоуахдо по причинам, неизвестным нам в настоящее время. Упоминавшиеся выше знаменитые доносчики того времени - Зэра-Цыйон, Тэаука-Бырхан и Гэбрэ-Крыстос - обвинили принцев крови в переходе в языческую веру и поддержке местных, искоренявшихся императором культов и магий, особенно в почитании богов Десак и Дино. Они предъявляли также "много других обвинений, которые были известны только царю; но открыто только то, что они поклонялись Десаку". Обвинение не осталось без внимания. На многолюдном публичном собрании императорские сыновья и дочери, принцы Теодрос, Гэлаудеуос, Амдэ-Цыйон и Зэра-Абрыхам, принцессы Дыль-Сэмра и Ацнаф-Сэмра и многие другие на глазах народа истекали кровью под ударами розог. Над перепуганной толпой, со страхом наблюдавшей муки императорских детей, раздался голос самого правителя: "Смотрите, что сделали мы детям нашим. Мы не пощадили их, ибо они погрешили против бога. И ныне скажите и выскажитесь, достаточно ли этих пыток или мы должны прибавить еще?" Среди собравшихся раздался плач: "Да не прибавляйте им никакого наказания, ибо они близки к смерти, господин наш, царь!" Некоторые из императорских детей умерли сразу же на месте казни, другие скончались позднее в мучениях. Одновременно с ними были подвергнуты смертельным пыткам еще многие неизвестные люди, также обвиненные доносчиками. А вскоре погибли в мучениях и сами эти доносчики. Имя Зэра-Цыйон (Семя Сиона) распространялось среди народа в унизительной и позорной форме Зэра-Сэйтан (Семя Сатаны). Что все это было крупной политической интригой ычэге Ындрыяса (Андрея), мы можем только предполагать по последним словам {101} умиравшего в мучениях Зэра-Цыйона-Сэйтана: "Смотрите, как пронзает меня огненным копьем абба Ындрыяс Дэбрэ-Либаносский!"

РЕФОРМЫ ГОСУДАРСТВЕННОЙ АДМИНИСТРАЦИИ

После неудачной попытки укрепить власть, опираясь на членов собственной семьи, император обратился к другому методу. Он состоял в смелой по тем временам мысли назначить на должности управляющих провинциями специально отобранных императором чиновников и присвоить им определенные титулы согласно исполнявшимся функциям. Таким образом, была сделана попытка отстранить от власти местные феодальные роды, управлявшие в силу традиционных прав целыми округами.

Пример судилища, которое император устроил даже над собственными детьми, служил убедительным предостережением каждому, кто попытался бы выступить против Зэра-Яыкоба. Вновь назначенные управляющие понимали, что в любой момент они могут утратить посты и титулы, присвоенные им волей их господина. Итак, в силу необходимости они были больше заинтересованы в сохранении верности Зэра-Яыкобу, чем в участии в заговорах против личности и воли железного императора. Правители провинций Дамот, Годжам, Бэгемдыр, Тигре, Ангот, Гень, Йифат, Шоа, Кыдда и Гыддым получили титул рак масэре, правитель Доуаро - титул аурари, управляющие Джыр, Гыббыр, Уодж - хегэно, управляющий провинции Амхара - цэхафе лам, а провинции Фэтэгар - аззаж. В результате этого последнего шум шыра все важнейшие должности в государстве были заняты людьми, верными императору и связанными с ним своими интересами. Но успех императорской политике обеспечили не только верные императору управляющие.