А. Фурсов - De Aenigmate / О Тайне
- Название:De Aenigmate / О Тайне
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Товарищество научных изданий КМК
- Год:2015
- Город:Москва
- ISBN:ISBN 978-5-9905832-8-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
А. Фурсов - De Aenigmate / О Тайне краткое содержание
Сборник научных трудов является логическим продолжением сборника «De Conspiratione / О Заговоре» (М., 2014). В работах, представленных в сборнике, анализируется ряд таинственных и загадочных проблем древности, средневековья и современного мира; при этом выясняется, что современные проблемы уходят вглубь веков, а древность неожиданно прорастает в наши дни.
De Aenigmate / О Тайне - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Применение оргоружия отражает историческую тенденцию перехода от войн, основу которых составляет физическое уничтожение ресурсов противника, к войнам, ориентированным на его «самодезорганизацию» и «самодезориентацию». При этом решается задача сохранения имеющейся в руках противника ресурсной базы. На практике это осуществляется посредством применения системы организационных (согласованных по целям, месту и времени разведывательных, пропагандистских, психологических, информационных и др.) воздействий на противника, заставляющих его двигаться в необходимом для инициатора атаки направлении. С помощью ОО можно направить политику противника в стратегический тупик, измотать его экономику неэффективными непосильными программами, затормозить развитие вооружений, исказить основы национальной культуры, создать среди части населения «пятую колонну». В итоге в государстве возникает обстановка внутриполитического, экономического, психологического хаоса.
B.C. Овчинский и И.Ю. Сундиев утверждают, что организационное оружие есть способ активации патологической системы внутри государства-мишени. Характерной особенностью патологической системы является то, что она воздействует на функциональную систему общества, в первую очередь, «извне», с иерархически «вышележащего» (властного) уровня системной организации. Кроме того, применение оргоружия не всегда заметно, покрыто тайной, а потому не видимо и не понятно для традиционной науки. «Деструкция, как действие организационного оружия, направлена на достижение результатов, находящихся в "системе ценностей" инициатора применения данного оружия» [798]. Иными словами, должно быть деформировано когнитивное.
Развитие «ненасильственных» технологий смены режимов обусловлено научно-техническим прогрессом, благодаря которому современный человек погружается в киберпространство, в широком смысле — ноосферу. В её границах разумная деятельность индивида становится определяющим фактором развития. Дигитализация (т. е. перевод информации в цифровую форму) всех сторон жизни и стремительное развитие сетевых электронных технологий благоприятствуют созданию новой информационной парадигмы. При этом существенным оказывается следующее противоречие — информационные технологии развиваются значительно быстрее, чем происходит адаптация людей к ним, что обусловлено физиологическими и психологическими особенностями человека как биологического вида. В результате осознание истинной роли новых технологий в формировании информационного, а значит, социального и политического пространств, приходит к людям с опозданием.
Теперь по сути вопроса. Под когнитивными или познавательными принято понимать информационные технологии, описывающие основные мыслительные процессы человека. Они являются одним из наиболее «интеллектуальных» разделов теории искусственного интеллекта. В отличие от фундаментального принципа западного рационализма, сформулированного Декартом в «Рассуждении о методе» (1637 г.), — «мыслю, следовательно, существую» ( cogito ergo sum ) — сегодня к понятию когнитивного относятся не только процессы мышления, но и любые формы взаимодействия человека и среды, основанные на построении образа ситуации. В современном мире известное утверждение: «Кто владеет информацией — тот правит миром», уступило место принципу когнитологии: «Кто умеет систематизировать информацию и из неё получать знания, тот правит миром» [799].
Истоки когнитивных знаний, согласно которым мозг рассматривается как устройство обработки информации, были заложены ещё во второй половине XIX в. в работах Уильяма Джеймса и Германа фон Гельмгольца. Однако лишь в 1960-е гг. на факультете прикладной психологии Кембриджского университета, возглавляемом Фредериком Бартлеттом, удалось организовать проведение широкого спектра работ в области когнитивного моделирования. Хотя ещё в 1943 г. ученик и последователь Бартлетта Кеннет Крэг в своей книге «Природа объяснения» (« The Nature of Explanation ») привёл весомые доводы в пользу научного изучения таких мыслительных процессов, как убеждение и постановка цели. Уже тогда Крэг обозначил следующие три этапа деятельности агента, основанной на знаниях. Во-первых, действующий стимул должен быть преобразован во внутреннее представление. Во-вторых, с этим представлением должны быть выполнены манипуляции с помощью познавательных процессов для выработки новых внутренних представлений. В-третьих, они должны быть, в свою очередь, снова преобразованы в действия [800].
Современные когнитивные технологии как усовершенствованные крэговские установки — это способы трансформации свойств и качеств человека, его поведения за счёт либо модификации психофизиологических параметров организма, либо включения индивида в гибридные (человеко-машинные) системы.
Отдельное направление представляют когнитивные технологии, меняющие социальное поведение. Надо сказать, что информационные и когнитивные технологии изначально развивались, взаимно дополняя друг друга, создавая задел для нового технологического уклада, в котором объектом и субъектом преобразования становится человек. Бурное развитие биотехнологий в конце XX в., появление нанотехнологий привело к рождению NBIC-конвергенции (по первым буквам областей, где: N — нано; В — био; I — инфо; С — когно).
Как отмечает Игорь Сундиев, к настоящему моменту NBIC-конвергенция уже затронула все области человеческой жизнедеятельности, прямо или косвенно определяя характер, способы и динамику социальных взаимодействий. Благодаря облачным вычислениям, робототехнике, беспроводной связи 3, 4 и 5 G, Skype , Facebook, Google, Linkedln, Twitter, iPad и дешевым смартфонам с поддержкой выхода в Интернет социум стал не просто связанным, а гиперсвязанным и взаимозависимым, «прозрачным» в полном смысле этого слова. Особую роль NBIC-конвергенция сыграла в появлении новых форм и методов совершения преступлений, а также изменила взгляды на военную стратегию. Доминирующими стали «стратегия непрямых действий» и «стратегия безлидерного сопротивления», опирающиеся на сетевые структуры, создаваемые среди населения потенциального противника [801]. Именно на этом были основаны все, начиная с белградской «революции» 2000 г., политические перевороты [802].
Существенным «достижением» когнитивных технологий является разработка смарт-форм пресоциализации — добровольно-игрового неосознаваемого самим субъектом способа быстрой смены социальных ролей, статусов и позиций. Смарт-формы «упакованы», «завёрнуты» в контркультурную оболочку безобидной игры-прикола [803]и выступают как способы новой консолидации людей. Наиболее известны среди смарт-форм флэшмобы. Дословный перевод « flash mob » на русский язык означает « мгновенная толпа», хотя правильнее это понимать, как « умная толпа», т. е. толпа, имеющая цель и чётко следующая заранее подготовленному сценарию. Собственно, это уже и не толпа.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: