А. Фурсов - De Aenigmate / О Тайне
- Название:De Aenigmate / О Тайне
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Товарищество научных изданий КМК
- Год:2015
- Город:Москва
- ISBN:ISBN 978-5-9905832-8-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
А. Фурсов - De Aenigmate / О Тайне краткое содержание
Сборник научных трудов является логическим продолжением сборника «De Conspiratione / О Заговоре» (М., 2014). В работах, представленных в сборнике, анализируется ряд таинственных и загадочных проблем древности, средневековья и современного мира; при этом выясняется, что современные проблемы уходят вглубь веков, а древность неожиданно прорастает в наши дни.
De Aenigmate / О Тайне - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Итак, сетевые структуры — продукт, созданный для решения, как минимум, трёх глобальных задач. Первая — формирование новых смыслов, смыслов, задаваемых «оператором», «маяком». Если эту задачу удаётся решить, то индивид, социальная группа будет делать то, что нужно заказчику операции. В таком случае никакое военное вмешательство не понадобится.
Вторая задача заключается в организации оперативного контроля над деятельностью групп и отдельных лиц . Фактически, в сети происходит модерация поведения. Далее это может быть закреплено во флэшмобах, разного рода акциях, ну и конечно, в решающий момент смены политического режима все эти навыки должны проявиться в полной мере. Однако, это уже третья задача — создание механизма формирования и манипуляции поведением в конкретных ситуациях, а также привлечение к решению задач людей, которые этих задач не понимают и не должны понимать .
Таким образом, набирая многомиллионные аудитории, социальные сети превратились в когнитивное, информационное и организационное оружие. Как в своё время верно заметил выдающийся ученый Петр Капица, «средства массовой информации не менее опасны, чем средства массового уничтожения». Это в полной мере применимо к социальным сетям.
Цвета, символы, зрелище как технологии политических переворотов
Тайна мира символами не закрывается, а именно раскрывается, в своей, подлинной сущности, то есть как тайна.
Павел ФлоренскийСимвол есть центр, из которого расходятся бесчисленные радиусы; образ, в котором каждый, со своей точки зрения, усматривает нечто другое, но в то же время все уверены, что видны, одно и то же.
Артур ШопенгауэрЛюбая революция поначалу слово — слово-диверсант, слово-взрыватель, слово-прорыв.
Юрий ОсиповОсобую роль в процессе смены политических режимов играют цвета и символы, т. к. именно знаковые системы, в отличие от содержательной вербальной коммуникации, воздействуют на глубокие сферы психики (предсознание и подсознание). Поэтому выбор «красной розы» или «красного тюльпана» в качестве символа «революции», политического переворота никогда не бывает случайным.
Во-первых, знаковые системы продуцируют простые (архаичные) генеральные эмоции (например, ярость, отвращение, блаженство, страх), которые подавляют или возбуждают волевые действия. Главное, они не стимулируют целенаправленную деятельность. Соответственно, в войне, социальной революции, политическом перевороте роль знаковых систем хотя и не определяющая, но весьма значительная, т. к. они формируют настроение масс. Более того, в отдельных элементах стратегии (психическая атака) от них может зависеть исход всей операции.
Во-вторых, знаковые системы актуализируют социальный опыт (личный, родовой, этнический, конфессиональный, сословный, национальный) и вызывают тем самым отзвук, который побуждает к самоидентификации, к выбору и, наконец, к поступку. Таким образом, символ становится опознавательным знаком, обозначает соратников и выявляет противников. Он физически консолидирует сообщество в конкретном пространстве и времени.
В-третьих, зрительный опыт, как и обонятельный, вкусовой, тактильный и элементарный звуковой, является более архаичной структурой в сравнении с опытом вербальным. Воздействие на зрительный анализатор, особенно, в сочетании с элементарными звуками, более инструментально и эффективно для навязывания желаемого поведения индивиду или массе, чем вербальное воздействие. Именно поэтому для быстрого и максимально широкого охвата населения в технологиях политических переворотов активно используются демонстрации элементарного цветового или графического знака (например, белый кулак в круге на чёрном фоне — символ белградской «революции», который впоследствии использовали в Украине, Киргизии, Египте) или зрелища: шествия, флэшмобы, «кольца», разного рода акции (например, война памятникам, развернувшаяся на Украине в конце 2013 — начале 2014 г.), транслируемые по социальным сетям.
Зрелище особо важный, но и более сложный в сравнении с символикой, технологический приём. Он продуцирует коллективное чувство — синтонию, формирующее новое качество отношений между объектами воздействия, т. е. зрителями. Кроме того, ролевое зрелище (например, театр, кино, акты самосожжения, передаваемые по социальным сетям) дополняет синтонию самоидентификацией с героем или усвоение страсти героя. В результате, завороженность конкретным действием может изменить восприятие реальности. К тому же, развитие современных технологий позволяет серьёзным образом усилить эффект невротической синтонии. В современных условиях внедрение коммуникативных программ быстрого общения (форумы, социальные сети, живые журналы, блоги и т. п.) серьёзным образом повышает внушаемость. Это происходит, в частности, потому, что в реальности люди начинают переходить на «птичий язык», свойственный виртуальности — наступает т. н. деградантная синтония.
Современные средства коммуникации стали одними из важнейших средств подготовки и осуществления политических переворотов в арабском мире, прежде всего, в силу того, что позволили активизировать зрелищную сигнальную семантику. Так YouTube , который является третьим по количеству посетителей сайтом в мире (в январе 2012 г. ежедневное количество просмотров перевалило за 4 млрд), позволяет мгновенно распространять по мобильной связи подлинные, ретушированные или просто созданные видеосюжеты. Возбуждающие в сенсибилизированном обществе генерализованные реакции ужаса, преходящего в яростное неприятие заведомо указанного виновника. Как правило, это политический лидер, члены правящей партии.
Роль «запала» «арабской весны» в Тунисе и Египте, как известно, сыграла «эпидемия» самосожжений, с немедленной героизацией жертв в сетевых медиа. Правда, созданию «кумиров» предшествовала длительная подготовка исламского общества к восприятию самоуничтожения как подвига, вопреки канонам ислама, но это отдельный разговор. Применительно к технологиям смены режимов важно, что методологически побуждение к самоуничтожению числилось в рецептуре перехода «от диктатуры к демократии» Дж. Шарпа под пунктом 158 — «Самоотдача во власть стихии (самосожжение, утопление и т. п.)» — с 1973 г. [817]
Очень чётко разъяснил роль сетей в событиях «арабской весны» Мэри С. Джойс, издатель сайта Meta-Activism. Акты самосожжения — это «наглядно и это шокирует… Что сделало истории Буазизи, Саида и аль-Хатиба резонансными? Их необыкновенная брутальность, причём брутальность, видимая на фото- и видеоснимках сразу после происшедшего. Это… произвело висцеральный (т. е. до ощущений во внутренних органах — Е.П.) эмоциональный эффект. Увидеть эти картинки — куда более чувствительно, чем о них услышать, и уже испытываемый гнев против режима достигает лихорадочной амплитуды». Кроме того, «…образ говорит сам за себя, и в мире, где кусочек контента является заразительным, это всё, что требуется… В этом состоит ключевой переход от аполитичного мировосприятия к политическому: статус-кво становится более нетерпимым, чем объясняется риск его изменения» [818].
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: