Себастьян Хаффнер - Уинстон Черчилль
- Название:Уинстон Черчилль
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Rowohlt Taschenbuch Verlag, Reinbek bei Hamburg
- Год:2002
- Город:Hamburg
- ISBN:978-3-499-61354-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Себастьян Хаффнер - Уинстон Черчилль краткое содержание
Следует предположить, что каждый знает, кем был Уинстон Черчилль, или, по крайней мере, каждый представляет себе образ этой публичной фигуры и легенды военного времени. Себастьян Хаффнер известен гораздо меньше, но его короткая и по существу дела биография столь сложного персонажа, чья жизнь охватывала почти сто лет, стала увлекательным чтением, проливающим немало света на малоизвестные аспекты недавней истории западного мира. И которая, без потворствования интересу к каким бы то ни было "интимным деталям" — что присуще некоторым современным биографиям — также освещает многие противоречия и неудачи в поведении и в карьере Черчилля, не умаляя его уникальных достижений.
Написанная Хаффнером биография Уинстона Черчилля, является шедевром лаконичности и написана с хваткой хорошего журналиста, у которого есть преимущество стороннего наблюдателя, тем не менее такого, кто также знает много о подоплёке событий. Среди сюрпризов для читателя в этой книге — трансформации Черчиллем лояльности к политическим партиям. Он начал как консерватор, затем стал радикальным либералом и членом одного из правительств Ллойд Джорджа, прежде чем вернуться, уже после Первой мировой войны, в консервативную партию, которая долго ненавидела его как ренегата. Черчилль в очень большой степени был политическим диссидентом, часто опрометчивым, редко расчётливым, и искренне не обращающим внимание на то, что о нём думают другие. Ненавидя в своё время школу и будучи профаном в почти любой области, за исключением истории Англии, он обратился к армии для своей карьеры, и также открыл радости писательства. Он был, прежде всего и превыше всего, воином и — конъюнктурщиком, однако без малейшего следа выгоды для себя. А также заслуживающим внимание писателем.
Другой сюрприз в повествовании Хаффнера — полная прозорливость Черчилля в отношении намерений Советской России и его стратегия для предотвращения их превращения в реальность после войны, равно как и его полная неспособность реализовать эту стратегию вследствие относительной слабости Англии перед лицом как Америки, так и России. И его недвусмысленное желание продать английскую экономику и империю в обмен на американскую помощь и таким образом достичь победы в войне. Это был единственный способ сопротивления Гитлеру, и он решился на него без сомнения. Но математические и финансовые расчёты ко всему прочему не были сильной стороной Черчилля. Его упрямство и решимость доказать свою точку зрения приводили его к некоторым решениям, которые были тяжелыми для многих людей. Просто спросите австралийцев или новозеландцев, которых он послал на верную смерть в Галлиполи во время Первой мировой войны, или поляков, которых он покинул во время следующей мировой войны. Хаффнер также явно намекает на переменную природу настроений Черчилля. В наши дни ему возможно поставили бы диагноз "биполярный", поскольку он колебался между интенсивными весьма энергичными подъемами и периодами, которые сам Черчилль описывал как "черная собака", овладевавшая им.
О Черчилле написано много, очень много книг. Эта книга занимает среди них особое и достойное место. Эта книга настоятельно рекомендуется любому, кто хоть сколько-нибудь интересуется личностью Черчилля, или миром британской политики первой половины 20-го века.
Уинстон Черчилль - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
И такой ведь имеется: Черчилль. Черчилль — это воин, он любит войну, он не только именно что наслаждался Первой мировой войной, он в 1919 году с удовольствием тотчас же стал бы вести новую войну против России, а в 1922 — против Турции, и войну против Германии, в которой мы теперь оказались, он пожалуй начал бы уже в 1935, 1936 или в 1938 году, если бы ему это позволили. Как раз поскольку он является человеком войны, мы его и не допускали до руля власти. Теперь же требуется именно такой человек, теперь он правильная персона. Дарданеллы, Норвегия… Он может быть и совершал ошибки, однако в любом случае он воин, а теперь война. Пусть же он теперь покажет, на что способен. Быть может, он сможет нас вызволить. (Если нет, то для Галифакса ещё есть время).
«Англия» войны, о которой она была убеждена, что её всегда хотел Черчилль, не желала — однако теперь она у неё была; так что вести её теперь должен был Черчилль. Это была примитивная, никогда не формулировавшаяся, однако преобладающая директивная мысль, которая в эти дни как большая волна залила и затопила все соображения переднего плана, вынося наверх Черчилля.
При голосовании 8 мая более 30 консерваторов проголосовали вместе с оппозиционными партиями против правительства, более 60 воздержались. Чемберлен тут же твёрдо и самоотверженно решил уйти в отставку. В течение двух дней он ещё сражался за преемника — лорда Галифакса. Однако весы уже склонились в пользу Черчилля — когда Гитлер утром 10 мая наконец нанёс первым удар большим наступлением на Западе. Снова почти мистическая связь в судьбах обоих людей. В 1939 году Гитлер снова привёл Черчилля на английскую политическую сцену; теперь же, 10 мая, Гитлер решил вопрос о том, что он станет премьер–министром. 10 мая Чемберлен прекратил своё сопротивление против Черчилля; и теперь это был он, кто сформировал лояльность к Черчиллю среди всё ещё внутренне сопротивлявшегося большинства консерваторов.
Будет уместно бросить короткий взгляд на личную трагедию Чемберлена. Когда в начале сентября кабинет министров по его собственному предложению решился на вступление Англии в минимум трёхлетнюю войну, то он опустил голову к поверхности стола. А когда он снова поднял голову, его лицо было смертельно бледным. Мысль о трёхлетней войне была для него невыносимой: и всё же он сам внёс предложение. В такой же степени теперь это он сам сделал своим преемником воина Черчилля — противника и антипода — и сам стал оказывать тому самую верную поддержку.
Никто иной, кроме как Чемберлен мог этим ужасным летом 1940 года заставить присягнуть Черчиллю массы консерваторов с их старым, во многих случаях уже перешедшим по наследству, глубоким недоверием к тому. Он самоотверженно сделал это, жестко и последовательно, не моргнув глазом. Но он сломался на этом. 10 мая он передал свой пост Черчиллю. 16 июня он неожиданно свалился с телесными конвульсиями. Через месяц был диагностирован рак. Ещё три месяца он оставался министром в кабинете Черчилля и не подавал вида, что болен. 9 ноября он умер.
Сам Черчилль едва ли играл активную роль в кризисе, который сделал его премьер–министром. 8 мая он ещё изо всех сил защищал правительство в палате общин, и престарелый Ллойд Джордж, в последний раз вовлечённый в большие дебаты, призвал его: «Не позволяйте сделать из себя бомбоубежище для своих коллег!» Когда Чемберлен вызвал к себе его и лорда Галифакса, чтобы посоветоваться насчёт преемника, он молчал. Естественно, что он всеми фибрами души стремился к власти. Но он был суеверен и однажды уже обжёгся. Он не хотел ничего испортить. Он также верил в судьбу и ему хотелось верить, что теперь наконец, наконец–то судьба, которая столь долго его дурачила и над ним насмехалась, но также и сберегла его, показывала, для чего его сберегла, и что ему для этого ничего больше делать не требуется. Настал его час — и, как он написал в знаменитом месте своих воспоминаний о Второй мировой войне:
«Я испытал чувство большого облегчения. Наконец–то я получил право отдавать указания по всем вопросам. Я чувствовал себя избранником судьбы, и мне казалось, что вся моя прошлая жизнь была лишь подготовкой к этому часу и к этому испытанию. Десять лет политической жизни, когда я был не у дел, избавили меня от обычного партийного антагонизма. Мои предостережения на протяжении последних шести лет были столь многочисленны, столь подробны и так ужасно подтвердились, что теперь никто не мог возразить мне. Меня нельзя было упрекнуть ни в развязывании войны, ни в нежелании подготовить все необходимое на случай войны. Я считал, что знаю очень много обо всем, и был уверен, что не провалюсь. Поэтому, с нетерпением ожидая утра, когда в 3 часа ночи пошёл спать, я тем не менее спал спокойным, глубоким сном и не нуждался в ободряющих сновидениях. Действительность лучше сновидений».
Человек судьбы
До 1940 года ещё в целом вполне возможно мысленно устранить образ Черчилля из мировой истории и даже из истории Англии, без того, чтобы тем самым в общей картине изменилось бы что–то решающее: будет отсутствовать некий световой блик, не более того. Точно так же обстоит дело снова начиная с 1942 года. Если бы зимой 1943–1944 гг. Черчилль умер от воспаления лёгких, которое уложило его на больничную койку в Карфагене на обратном пути с конференции в Тегеране, то это более не имело бы решающего значения: гигантские щипцы, между клешнями которых в 1945 году были раскрошены Германия и Европа Гитлера, были уже приведены в действие, и они функционировали бы как с Черчиллем, так и без него.
Но в годы 1940 и 1941 Черчилль был судьбоносным человеком. В эти годы его биография вплавилась в мировую историю; нельзя об одной рассказывать без другой. Уберите Черчилля из истории этих решающих лет — и это не будет более та же самая история. Никто не может сказать, как она пошла бы без Черчилля.
Не был ли бы без Черчилля где–то осенью 1940 ли летом 1941 года заключен компромиссный мир или перемирие между Англией и Германией? Это невозможно доказать, однако и нельзя исключить. Не победил ли бы Гитлер в соответствии с планом Россию, получив таким образом свободу рук? Возможно нет, однако всё же возможно; если же подумать, на каком волоске висела судьба её под Москвой в октябре 1941 года, то скорее можно будет сказать: вероятно, да. Дошло ли бы без Черчилля дело до американо–германской войны? Зададим вопрос иначе: было ли бы возможно Рузвельту без решающих побуждений и постоянного сотрудничества Черчилля заставить Америку вступить в войну с Германией, как это затем произошло? Едва ли.
Разумеется, что в конце Англия Черчилля не была единственной, кто сломал могущество Германии и растоптал Гитлера. Для этого её силы было недостаточно, для этого требовался альянс обоих гигантов — Америки и России. Однако без смертельной решимости Англии в одинокий год с июня 1940 до июня 1941 г. этого чрезвычайно противоестественного союза вероятно никогда бы не было, а без Черчилля возможно никогда бы не было смертельной решимости Англии.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: